Робин Штенье – Рубежи (страница 43)

— Пап, — братишка обнял отца в ответ и пообещал: — Я не буду больше убегать. Да и Денис Чешира уже нашел и домой принес. Так можно мы Мигеля себе оставим?

— Илья, — Владимир Андреевич ласково погладил сына по голове. — Я же тебе объяснял, Денис…

Отец, наконец-то, заметил его. Их взгляды встретились, Денис виновато склонил голову и прошептал одними губами: «Прости». Илья выбрался из родительских объятий и, обернувшись, махнул рукой в сторону старшего брата.

— Видишь? Я же вам с мамой говорил! Что Денис не умер, тем более маленьким. Живой вон. И Чешира нашел с Мигелем. Так можно мы Мигеля себе оставим? Ну пожалуйста!

— Нельзя, — ответил вместо отца сухой старческий голос, а потом в коридоре материализовался его обладатель. — Боюсь, вы не можете оставить дома даже Дениса. Но прежде, чем их забрать, я, так и быть, отвечу на все ваши вопросы. Из уважения к человеку, преодолевшему ради своих детей Ловца Иллюзий.

Все снова вернулись в гостиную. Разбуженная криками в коридоре, мама прижимала к себе Илью одной рукой, в другой сжимала ладонь Дениса. Она бы и его к себе прижала, но Денис успел буркнуть «ну не надо этого», а теперь, глядя на довольного братишку, жалел о сказанном. Рядом там же на диване сидел Мигель и задумчиво гладил мурчащего Чешира, покинувшего укрытие под раковиной. В креслах расположились Райджиган и Лин Вей. Отец же мерил гостиную шагами, пытаясь примириться с только что рассказанным о магии, творцах и векшах, и роли собственных детей во всем этом безобразии.

Будучи кардиохирургом, Владимир Андреевич придерживался атеистических взглядов на мир, веря лишь в доказанное наукой, и то не без здорового скептицизма. А здесь мало того, что представитель другой расы из параллельного мира, так еще и дети: один — избранный, второй — пророк! Но ведь со «смертью» Дениса и впрямь было что-то нечисто. Еще этот слишком обходительный Густаф Маркони, после которого Светлана Анатольевна стала вести себя странно, а сам Владимир Андреевич чуть не забыл о существовании младшего сына, а Илья взял и сбежал из дома…

В тот день Владимир Андреевич как обычно уехал на работу, а вернувшись вечером обнаружил, что Ильи нигде нет. Жену расспрашивать было бессмысленно — она не понимала о ком речь, да и старший сын умер для нее трехлетним малюткой, по которому Светлана Анатольевна горевала до сих пор. Хорошо хоть соседи видели, как мальчик выбежал из дома за котом, но куда побежал — не обратили внимания. Поиски организовывали всем кварталом, желая помочь доброму доктору, иногда бесплатно их консультировавшему. Только за пару дней так никого не нашли ни жители, ни полиция, а сегодня вот позвонили, попросили прийти на опознание. Какое счастье понимать, что ребенок на столе в морге не твой. Какое счастье обнаружить родного живым, прижать его к себе, осознать, что с ним все в порядке. Несмотря на шок, узнать, что перед этим ты похоронил не старшего сына, тоже счастье. Счастье, что пришли у него отобрать.

Владимир Андреевич остановился напротив дивана и мог видеть теперь всех собравшихся, терпеливо ждущих его решения.

— Значит, когда Илья сбежал, у него случилось видение, из-за которого он провалился в другой мир? — в очередной раз переспросил отец.

— Все именно так, — Райджиган едва заметно кивнул. — Время Авекши течет медленнее, чем на Земле, потому пока ваш сын был там, здесь успела пройти неделя. Теперь он получил благословение духа Мьялиг Странницы, которое поможет ему оставаться во время видений в вашем мире. Чтобы местный огонь не выжег благословение слишком быстро, я привязал его к тотемному зверю.

— Но и здесь есть свои нюансы, — подхватил Лин Вей. — Мы не знаем, как часто будут происходить приступы, так что мальчика лучше перевести на домашнее обучение. Заодно у Конклава Огня будет меньше возможностей вмешаться в его жизнь. Кстати, друг мой, — он обернулся к Райджигану, — конфликт с родом Дайджеру можно считать разрешенным?

— Да, вполне. Принцесса Шанкьяхти-хи повела себя недостойно, о чем и стало известно благодаря маленькому пророку. Гармо Дайджеру виновен в нападении на дона Мигеля, потому претензий к вашему ученику клан Охотников и народ векш не имеют. Более того, мы готовы принести официальные извинения всем пострадавшим и уплатить за проступок принцессы кровью. Но не могу не заметить, что дон Мигель довольно любопытный ребенок с исключительной магией, позволившей ему приручить одного из любимцев моей племянницы.

— Такие времена, что река рожает много любопытных детей, чтобы защитить себя, — Лин Вей улыбнулся одними губами. — Что на счет крови…

— Ее и так пролилось достаточно, — возразил Илья, и все обернулись к нему.

Он все так же обнимал мать, положив голову ей на плечо, но его глаза заволокла молочная пелена, как будто мальчик давно был слеп.

— Крови пролилось достаточно, — повторил он. — Река же всегда защищает свой народ, потому никогда не делила себя на стихию и аватар. Что до детей, для родителя каждый ребенок — особенный. Эта загадка слишком хрупка, чтобы пытаться отыскать ответ столь грубым способом. Спроси у тех, кому уже не навредишь, но кто еще способен рассказать правду, — на последних словах Илья закрыл глаза и вздрогнул, а когда открыл снова — они вновь были карими.

Отец какое-то время задумчиво смотрел на него, а когда осознал, что тем самым пугает, зажмурился.

— Нет, он, конечно, уже предсказывал что-нибудь случайными фразами, но подобных фокусов еще не вытворял.

— Это не мальчик, — успокоил Владимира Андреевича Лин Вей, — это река. Но не думаю, что она станет слишком часто отягощать жизнь своего любимчика таким образом.

— Ладно, — согласился отец. — Переживем как-нибудь. Так может, тогда и с Денисом так же? Просто переведем на домашнее обучение, и не надо этих ваших Шамбал? Я даже Мигеля готов усыновить, из-за которого весь сыр-бор начался, раз уж их троих без присмотра оставлять нельзя.

Услышав свое имя, Мигель вышел из ступора и удивленно уставился на Владимира Андреевича. Мама сильнее сжала руку Дениса, как будто его прямо сейчас пытались забрать в ужасное место, коим Шамбала, конечно же, не была. Илья протянулся через них с матерью и несильно дернул Чешира за ухо, кот в ответ лениво отмахнулся когтистой лапой. Райджиган удрученно покачал головой: то ли на слова Владимира Андреевича, то ли на беспечное баловство Ильи, когда шло обсуждение судьбы его старшего брата.

— Боюсь, вы изначально неверно меня поняли, — сказал Лин Вей. — Я не предлагаю вам выбрать, просто говорю, как все будет. Денис вернется в Шамбалу и продолжит обучение там. Не волнуйтесь, его жизни ничего не угрожает. Ваша задача скрыть от Конклава Огня, что ваш младший сын — пророк.

Отец выругался, впервые на памяти Дениса.

— Это даже звучит смешно. Илья — пророк! Вы вообще понимаете, что они оба — мои дети?! Что это за выбор такой?! Сами на моем месте, конечно, за своих-то дрались бы!

— Увы, мы с уважаемым Лин Веем были слишком плохими отцами, чтобы советовать что-либо. Но порой, лучшее, что можно сделать, это не оставлять человеку выбора.

Владимир Андреевич сжал кулаки, как будто собрался драться. Райджиган поднялся со своего места, и теперь почти доставал головой до потолка. Денис, понимая, что отцу не победить даже в словесной схватке, подскочил с дивана. Но его опередил Илья. Братишка ловко выбрался из объятий матери, подбежал к отцу и крепко того обнял.

— Все будет хорошо, пап, — пообещал он. — Денис выучится на программиста, как и хотел, вернет себе сердце и снова будет с нами. Тем более, как снимать Ловец Иллюзий он уже знает.

Отец отстранил его от себя, но судя по мягкой улыбке, глаза у братишки оставались обычными. Подтверждая последнее, Илья обернулся и выжидающе посмотрел на Дениса. И тот понял, что ради младшего брата, ради того, чтобы матери больше ни разу в голову не пришла мысль наглотаться таблеток, ради отца, до последнего пытающегося отвоевать его даже не у творцов, а у злой судьбы, ради них всех он должен сейчас уйти.

— Простите, — Денис натянуто улыбнулся. — Думаю, я уже достаточно взрослый, чтобы решить самому. И я решил. Я вернусь с Верховным Творцом в Шамбалу. Без меня вам будет лучше. Безопасней уж точно.

— Нет, — попытался возразить отец, но заметив, как мама качает головой, замолчал.

Светлана Анатольевна, которую все это время не брали в расчет, повернулась к Мигелю и спросила:

— Ты помог Денису вернуться домой. Почему?

— Не вернуться, — Мигель нахмурился, как будто только сейчас задумался, зачем вообще пришел сегодня к целительному источнику. — Я хотел убедиться, что с Ильей все в порядке, потому что, когда Гармо Дайджеру напал, не вмешайся Илья — меня бы убили. Хотя в том, что мы оба с ним живы, заслуга Дениса. Вернее, благодаря вселившемуся в него богу Агни. Сейчас же ваш сын обычный ребенок, не умеющий плести даже простенькие бытовые руны. Но то, на что он может быть способен в будущем, видел не только я и покойный Гармо, другие творцы тоже. И им это не понравилось. А все, что не нравится Конклаву Огня, тот уничтожает. Поверьте, я знаю, о чем говорю: мой отец долгие годы занимал должность главы Конклава. С вами Денису опасно оставаться, в том числе и для вас самих, не говоря об Илье. У Ильи совершенно нет магического потенциала, значит, для целей Конклава, если те прознают о способностях пророка, он идеален. Если Денис вернется в Шамбалу, то взгляды творцов будут прикованы к нему, при этом навредить они ему не смогут. Посмотрел бы я на самоубийцу, возжелавшего поднять руку на единственного ученика Верховного Творца. Я много наговорил, но… К сожалению, реальность такова, что… — он развел руками.