Робин Мейл – Испорченная корона (страница 16)

Я разложила карты лицевой стороной вниз в несколько кругов, каждый из которых был больше предыдущего.

– Во что тогда будем играть, Ваше Высочество? – тихо спросил Игорь, тот, над которым я посмеялась за перебирание моего белья.

– Игра называется «Короли и Засранцы». – Произнеся это вслух, я едва не задохнулась.

Я не играла в нее с тех пор, как умер Мак. Это была одна из его любимых игр, которой он научил и нас. До войны его приемный отец возглавлял сопротивление и настаивал на сохранении связи с народом, поэтому Мак всегда был чуть ближе к селянам, чем мы. Включая их кабацкие игры и непристойные песни, которые так любил Давин.

Сдержав неожиданно нахлынувшие эмоции, я сосредоточилась на мужчинах вокруг меня, которые были изрядно ошарашены названием. Один подавился смехом, другой фыркнул.

Я объяснила правила, довольно сложные для игры с выпивкой, но не менее нелепые.

Я знала, что игры с выпивкой в Сокэре довольно распространены, хотя эта была им незнакома. Но они быстро ее освоили. Так быстро, что к тому времени, когда кто-то вытащил туза, Засранца в этой игре, я уже немного захмелела.

Кроме того, я была куда меньше их, а по пути мы питались довольно скудно. Тем не менее, я знала, что не я одна почувствовала облегчение, когда прежнее напряжение немного ослабло.

Я разглядывала туза, будто бы размышляя вслух.

– Никто не замечал, что этот Засранец – точь-в-точь лорд Эвандер?

Эти слова вырвались у меня сами собой, и я съежилась, готовясь выслушать брань солдат. Одно дело, когда я разъезжала наедине с наследником клана, и совсем другое – публично говорить о нем с пренебрежением перед его солдатами, когда лорда нет рядом.

По раздавшемуся в ответ хохоту я поняла, что не стоило переживать.

В свой черед я вытянула короля.

– Это значит, что я должна установить правило, – объявила я. – Провозглашаю, что присутствующий здесь Дмитрий не может приглаживать усы, пока не вытянет шестерку.

Этот самый Дмитрий во время моей речи как раз приглаживал свои густые усищи, но поспешно отдернул руку и положил ее на колени. Ход перешел к сидящему слева от меня, и Кирилл вытянул четверку, а Дмитрий вновь потянулся к усам.

– Пей! – велела я, показывая на него пальцем.

Он с удовольствием выполнил мое повеление, а следующий, Рейно, вытащил карту, позволявшую ему издать указ.

– Приказываю Генрику дотронуться до волос принцессы.

Все замолчали, глядя на меня и выжидая, как я на это отреагирую. Все, кроме Генрика, который побелел от ужаса. Он сотворил сокэрский знак, отводивший зло, а я громко расхохоталась.

– Дотронься, не то я мазну тебя ими по лицу, – пригрозила я, размахивая выбившейся прядью.

Позади меня раздалось покашливание, и язвительный голос произнес:

– Довольно интересно вы проводите время, леммикки.

Я обернулась к Эвандеру, и комната слегка покачнулась.

– О, смотрите-ка, сам лорд Засранец к нам пожаловал. Хвала тебе, лорд Засранец! – громко объявила я, отвешивая ему театральный поклон.

Раздался очередной взрыв смеха, пара человек повторили «лорд Засранец» и тоже поклонились, а Эвандер раздраженно покачал головой.

За его спиной Тарас тяжко вздохнул, произнеся, я уверена, слово «хаос». К нашему общему огорчению, он приказал закончить игру и изрек что-то о том, как бы кому-то не стало плохо в пути.

Что ж, это все-таки был веский довод.

Все забрались в спальные мешки. Эвандер, конечно, расположился всего в двух шагах от меня, и от моего внимания не укрылось, что он лег между мной и выходом.

Он излучал… что-то. Злость? Недовольство? Голод? Я так устала, что не могла понять, но на этот раз мне было совершенно все равно. Скоро я увижусь с Тео и Давином. И даже суровый Эвандер не может лишить меня этой радости.

Глава 26

Как и предрекал Тарас, следующим утром некоторые мучились похмельем. И под некоторыми, я имею ввиду себя.

К счастью, оно было не таким сильным, как бывало прежде. Всего лишь легкая тошнота и повышенная чувствительность слуха. Но оно того стоило, ведь солдаты теперь вели себя спокойнее в моей компании. Даже Генрик больше не бросал косых взглядов на мои алые кудри.

От мысли, что жизнь в клане Лося была бы не так плоха, как я опасалась, защемило в груди. Причины, по которым я отказывалась выходить замуж за Тео, вдруг показались ребяческими и ничтожными. Те солдаты тоже, наверняка, поменяли бы свое отношение.

Будет ли у меня шанс это проверить?

Поездка оказалась сравнительно недолгой, на стоянках солдаты шутили после тяжелого пути верхом. Дмитрий даже дал мне от тошноты каких-то трав, которые были у него с собой. А самое главное – больше не было происшествий с изгоями.

Когда мы остановились на ночевку в другом амбаре, повторить игру с выпивкой не получилось, в основном, потому что весь вечер мы провели под бдительным взглядом господина Старого хрыча и лорда Аалио.

Луна была высоко в небе, когда следующим вечером мы подъехали к сторожке, где собирались провести ночь прежде, чем направиться к границе. Однако то, что Эвандер назвал сторожкой, оказалось размером с половину его чертога. Только вместо серого камня и шпилей она вся состояла из панорамных окон и темных бревен.

– Дом готов, так что пусть каждый сам позаботится о своем коне, – объявил Тарас.

Кирилл предложил поухаживать за моей лошадью, но я покачала головой.

– Я сама, – ответила я. – Если, конечно, лорд Аалио не боится, что я скроюсь в ледяном мраке ночи.

Эвандер вздернул брови.

– Если хотите, чтобы вас сожрали волки или медведь-шатун, никто не держит.

– Единственный медведь-шатун здесь – это вы, – любезно улыбнулась я.

Проигнорировав меня, он спешился и повел коня в стойло. Я пошла следом и поставила свою кобылку рядом. Кирилл поместил своего жеребца в кабинку с другой стороны.

Моя крупная лошадь возвышалась надо мной почти на полметра, но я решила, что это не должно мне помешать. Мы стояли, глядя друг на друга и склонив головы набок. Хотя, в отличие от сестры, я не умела общаться с животными, но сразу же поняла, что лошадка меня не одобряет.

Может, я догадалась об этом по легкому проблеску в ее глазах или по тому, как она недоверчиво фыркнула при виде меня, но я приняла вызов и не спешила признавать поражение.

Притащив стоявшую в углу скамеечку, я взобралась на нее и перекинула поводья через голову лошади, чтобы снять уздечку. Когда я это сделала, кобылка дернула ухом и удовлетворенно фыркнула. Во время работы я нашептывала ей на ухо:

– Знаешь, дома мама заставляла нас ухаживать за своими лошадьми. Конечно, Авани справлялась с этим лучше остальных, но это и не удивительно.

Лошадка стукнула копытом, и я поняла: она намекает, что хватит болтать. Как грубо! Сняв уздечку, я надела недоуздок и привязала животное к стойлу. У меня за спиной раздалось ржание, и я усмехнулась.

– Я же говорила, что уже это делала, – сказала я, переходя к седлу.

Расстегнув подпругу, я едва удержала седло, когда оно соскользнуло, сбив меня со скамейки. Весило оно, наверное, килограммов двадцать и было гораздо тяжелее тех, которые мы использовали дома.

Проковыляв к стенке стойла, я закинула его на перегородку. Хорошо, что только Кирилл стал свидетелем моих тягот. Эвандер, по-видимому, ушел, так что на этот раз мне удастся избежать насмешек.

Я особенно этому обрадовалась, когда седло, сместив центр тяжести, перелетело через стенку. Одновременно с глухим стуком раздалось ворчание, и я замерла.

– Леммикки! – Низкий голос Эвандера прозвучал натянуто. – Убить человека можно и более хитроумным способом. Мне бы не хотелось прервать свой род из-за того, что вы не в состоянии удержать седло.

Он встал с упомянутым смертоносным седлом в руках и явным выражением досады на лице. И закинул его на перегородку, на этот раз понадежнее.

Я закрыла рот рукой и прислонилась к лошади, сдерживая смех. Очевидно, Эвандер не ушел.

Прокашлявшись, я попыталась заговорить серьезно.

– Не знаю, не знаю. Я поразмыслила о вашей кончине и уверена, что вы совершенно точно заслуживаете заурядную смерть.

Эвандер не соизволил на это ответить, а просто вышел, бормоча что-то подозрительно похожее на «Где все медведи-шатуны, когда они так нужны»?

Глава 27

В сторожке было тепло, огонь потрескивал в камине, а из кухни доносился приятный аромат горячей похлебки. Строение было на удивление уютным для своих размеров.

Из-за угла вышла семейная пара, на их лицах сияли улыбки, пока они не заметили меня. Оба изумленно посмотрели на мои волосы, явно насторожившись.

– Принцесса Роуэн, познакомьтесь с Нико и Рииной. – Эвандер представил нас друг другу.

Должно быть, ради них он воздерживался называть меня своей зверушкой.

– Приятно познакомиться, – отозвалась я.