Робин Хобб – Судьба Убийцы (страница 136)
Он едва мог достать до лужицы одной рукой, но все равно рвался в своих оковах, пытаясь добраться до разлитого зелья, не обращая внимания на пылающую женщину и сердитые окрики Двалии. Я потерпела неудачу, осколок лампы был слишком мал, чтобы нанести серьезный ущерб. Симфи будет обожжена, но выживет. И будет очень зла. А затем я увидела длинный расколовшийся цилиндр. Он блестел, черный с отливами серебра, и он был длиннее моей ладони. Достаточно длинный, чтобы нанести удар. Бросив свой осколок, я прыгнула и схватила его.
Он был очень острый, как и осколки, лежащие в змеиной слюне. Я порезала свою босую ногу, порезала руку, но боли не было. Посмотрев на струящуюся из руки кровь, я почувствовала головокружение, дурман и странное спокойствие. Кровь сочилась из ранки на моей ладони, и капли очень медленно падали на пол. Я точно знала, куда упадет каждая из них. Что-то произошло, но я не была уверена, что именно. Оглушительная тишина воцарилась внутри меня, все звуки были где-то неимоверно далеко. Меня заполнил этот момент, я начала полностью осознавать, что происходит вокруг.
Симфи отплясывала в диком огненном танце. Мне было видно движение каждого языка пламени и ясно, в каком месте они лизнут ее тело. Винделиар весь неестественно вытянулся, пытаясь зачерпнуть из расширяющейся лужицы слизи, его совершенно не заботило, что зелье смешалось с грязью на каменном полу. Он поднес руку к лицу, облизав ладонь и пальцы. Его глаза закатились, показывая белки. Двалия выкрикивала команды:
- Постарайся достать ключи! Забудь о зелье! Достань ключи! Убей сучку! Симфи, сорви с себя одежду! Подойди, чтобы я смогла дотянуться до тебя!
Кроме этого, она выкрикнула еще дюжину бесполезных приказов, которые никто не слушал. Я держала в руке осколок, острый край которого впивался в мою ладонь. Внезапно мне стало больно, рана горела огнем, я захотела что-то сделать со всем этим. Убить. Я собиралась убить Симфи, а потом Винделиара и Двалию. Но как?
А затем магия захлестнула меня. Я почувствовала, как она распространилась от порезов на моих ногах и руке. Я горела в экстазе, дрожала от удовольствия, мурашки пробежали по спине. Я громко рассмеялась, звук собственного смеха показался необыкновенно приятным. Отсмеявшись, я сосредоточилась на Симфи и увидела ее совершенно ясно, как и все возможные варианты развития событий. Она может рухнуть на пол, и ее одежда продолжит гореть, а может побежать и врезаться в решетку или дотащиться до койки Двалии. Но наиболее вероятным было то, что случилось потом, потому что я этого пожелала Я двинулась к ней, предугадывая ее последующие движения. И когда она запрокинула голову для нового крика - перерезала ей горло осколком, отступив назад, прежде чем пламя могло бы настигнуть меня. Это было совсем просто. Я наперед знала, как будет двигаться пламя и куда безопаснее всего отступить. Я знала, как сильно надо нажать и насколько быстро резать. Винделиар был прав. Когда я была на истинном Пути, все становилось легко и понятно.
Осколок был мне больше не нужен. Симфи умрет от ожогов и кровопотери. Передо мной пронеслись несколько возможных вариантов будущего, в которых я продолжала держать осколок и он меня сильно ранил. В гораздо меньшем их количестве он бы еще пригодился мне, чтобы защититься. Всего в нескольких им могла завладеть Двалия. Но даже несколько – это слишком много, и я забросила его в угол камеры, где упала Симфи, захлебываясь кровью. Она пыталась зажать свою разрезанную шею руками, а ноги остались в горящей луже и пинали воздух. Я отвернулась, уже зная, что произойдет дальше. С ней все кончено. Также я знала, что должна делать теперь. С каждым шагом мой Путь открывался передо мной все шире и яснее.
Совершенно отличный от того, что избрали Служители.
Наклонившись, я положила свою раненую руку в лужу и вздохнула, ощущая рев магии в крови. Она встретилась с моей истиной, врожденной магией, доставшейся от династии Видящих, и они слились, танцуя во мне: красная, черная и серебряная. Я знала прошлое и будущее и знала, что могу командовать людьми, чтобы создать то будущее, которое пожелаю. Я почувствовала, как магия Винделиара холодной волной прошла через меня. Слабая волна.
- Освободи нас, - предложил он
Я увидела, как его глаза расширились, когда я медленно покачала головой.
- Этого не будет, - мягко сказала я
- Заставь ее! - рявкнула Двалия, и в этот раз его магия стала сильной пощечиной моему сознанию. Она ударила, но не оглушила. Я придумала небольшую шутку: медленно отступив и подняв кольцо с ключами, я посмотрела на них. Сдержано и спокойно я протянула их Двалии, и она рванулась вперед. Я отбросила ключи вне ее досягаемости, и она кинулась за ними, душа себя собственным ошейником.
- Отопри наши цепи, - Винделиар вновь повторил свою команду, но я подняла свои стены, взрезав его приказ, как корабль режет волны. Улыбнувшись ему, я подошла к неподвижному телу Симфи и нашла кинжал у нее на поясе. Его украшенные ножны обгорели. Я вытащила кинжал и засунула себе за пояс - настоящее оружие, отец научил меня пользоваться таким. Мне стало хорошо. В другом кармане я нашла ключи на серебряных цепочках. Они тоже были моими.
- Винделиар! - сдавленно прохрипела Двалия.
Он снова попытался. Я чувствовала, как он нацелил в меня свой удар, не сильнее порыва ветра. Я улыбнулась, вспомнив, как оттолкнул меня отец, почувствовав прикосновение моей магии. Я сделала так же, глядя на Винделиара, и сказала:
- Прекрати.
Он повалился на пол, его глаза закатились, а тело дрогнуло пару раз и затихло.
- Он мертв? - спросила я вслух.
- Стража! Стража! Помогите! Помогите!
Двалия почти рычала от ярости и гнева. Впервые в ее голосе слышался ужас.
Осознание пришло через мгновение - она боится меня. На секунду я почувствовала панику, хотя стояла вне досягаемости ее цепи: стражники придут и схватят меня, а потом изобьют или убьют. Нет.
- Перестань кричать, - сказала я: - Замолчи.
И она замолчала, ее рот широко открылся. Я прислушалась. Затухающие языки пламени над телом Симфи тихо потрескивали, стражников было не слышно, двери не открывались, тишина. О, конечно, Симфи поставила их далеко от своих постов. Я улыбнулась - она сделала всю работу за меня. В это мгновение мое тело дало знать о себе – я разрезала обе ноги, порез на руке болел - он походил на улыбку, вырезанную на ладони, и из него сочилась кровь. Другой рукой я крепко зажала его.
О, я могла сделать даже лучше. Я почувствовала, что разрезанные края плоти коснулись друг друга, как прежде.
- Ты никогда не была Нежданным Сыном! - прошептала она.
- И я говорила тебе об этом много раз, но ты все равно разрушила мою жизнь, забрала из дома, убила друзей.
- Ты - Разрушитель. И мы привезли тебя сюда.
Я удивилась - ее слова мерцали для меня светом правды. Была ли я Разрушителем? Мысленно я вернулась в прошлое и вспомнила шепот Реппин и Аларии. Так это все обо мне?
- Да, это я, - как только я признала это, Путь развернулся передо мной, и теперь я знала, что буду делать. У меня не было выбора, когда я вытащила нож из-за пояса. Я делала это в стольких вариантах будущего, что этого невозможно было избежать. Я медленно шагнула к ней.
- Я - Разрушитель. Ты не только привезла меня сюда, ты – мой создатель. Я была маловероятна, почти невозможна, а потом ты пришла в мой дом… о, нет.
Я смотрела на нее и видела пройденный ею путь, похожий на слизь, оставленную улиткой на чистом полу.
- Нет, все началось гораздо раньше. Ты начала создавать меня, когда пытала Любимого.
Она смотрела на меня, широко открыв глаза. Я шагнула вперед, приготовив нож. Она ударила меня по руке, и нож выпал. Он с грохотом упал на пол, как раз в том месте, о котором я знала заранее, и в точности с тем же звуком. Мне не нужен был нож. Я улыбнулась, вошла в ее разум, будто горячим ножом в мягкое масло, и спокойно произнесла всего одного слово:
- Умри.
И она умерла.
Пространство, которое она занимала в мире, опустело. Мне показалось, что оно схлопнулось, ее живая часть вновь вернулась к природе, и все варианты будущего, в которых Двалия оставалась живой, исчезли из Великого Гобелена. Теперь другие нити сплетались, занимая свои места - те исходы, которые становились возможными после ее смерти. В момент смерти ее тело начало превращаться во что-то другое. Я уставилась на этот мешок с плотью, размышляя, чем была Двалия. Уж точно не тем, что осталось теперь.
Значит вот какая она - смерть. Осознание пришло, пока я поднимала ключи и кинжал Симфи. Я посмотрела на Винделиара, он дрожал, щеки и глазные яблоки дергались. Я было подумала быстро убить и его, но решила, что не стану. Я все еще не осознала, что сотворила с Двалией и Симфи. Я не чувствовала смерть последней так остро, возможно, потому, что у меня не было доступа к ее разуму и я не могла манипулировать ей, как проделала это с Двалией. Или это было из-за змеиной слюны во мне. Было страшно убивать Винделиара, потому что между нами чувствовалась особая связь. Я оставила его.