Роберто Сантьяго – Тайна призрачного вратаря (страница 18)

– Франциско уже на поле, милая, – остановил её мой отец.

– То есть как? – мать правда меня не видела и находилась в замешательстве.

– Кто такой Франциско? – спросила Пили со скамейки запасных.

– А ты как думаешь? – недовольно ответила Алёна, кивая в мою сторону.

– Пакет – Франциско, как Папа Римский? Я сейчас лопну от смеха, – сказала Пили, которая имела суперспособность говорить и смеяться одновременно.

Мы продолжили свою ужасную игру.

А дальше произошло то, что должно было произойти. Они забили нам ещё три мяча. Два забил МакАртур. И ещё один – какая-то блондинка, которая бегала быстро, как пуля.

Со счетом 4:0 у нас почти не было шанса отбиться во время ответного матча в нашей школе. Только чудо могло спасти нас от потери места в Лиге Интерсентрос, после чего наша команда, скорее всего, исчезла бы навсегда.

И это чудо произошло. За пять минут до завершения игры случилось то, чего не ожидал никто.

23

Угловой удар в нашу пользу.

Андреа завладела мячом и стала выводить его из зоны защиты. Мы все приготовились забивать. Особенно братья Пачеко, которые были самыми высокими в команде и имели реальные шансы на успех.

Но Андреа решила поступить по-своему: она ударила по воротам прямо из углового, попытавшись сразу забить гол. Идея оказалась так себе, потому что вместо того, чтобы попасть в ворота, мяч полетел прямиком в центрального защитника. Он отбил его, как смог, в результате чего мяч отскочил в сторону МакАртура, который находился в центре поля. МакАртур мгновенно завладел мячом и направился к нашим воротам, которые защищал Камуньяс.

– Молись, дорогая, – шепнул Фелипе Алисии, кусая костяшки пальцев.

Через три секунды МакАртур уже был в нашей штрафной зоне. Поскольку выглядел он как дикий зверь, создавалось впечатление, что если он сейчас ударит, то порвёт сетку на воротах. Но он не ударил. Вместо этого МакАртур имитировал удар влево, потом вправо, согнувшись в талии сначала в одну, потом в другую сторону, но так и не коснувшись мяча. Эти два финта были настолько совершенны технически, что последствий, которые они понесли за собой, не ожидали даже мы.

Два этих ложных движения, сухих и быстрых, свели Камуньяса с ума. Потому что он бросился на землю... и загрёб к себе мяч руками. Это был безусловный пенальти. И исключение. Думаю, это был самый безусловный пенальти в истории футбола. Судья достал красную карточку и объявил штрафной.

Отец Камуньяса сходил с ума на трибунах.

– Какой ещё пенальти, судья, опомнись! – кричал Кике.

Камуньяс, склонив голову, покинул поле под шиканье и свист публики. Но его отец встал и зааплодировал сыну. Он был единственным, кто так сделал.

– По крайней мере, это не был гол. Молодец, хорошая игра, – утешил Камуньяса Фелипе, когда тот проходил мимо него.

Кто-то должен был встать на ворота, чтобы попытаться отбить штрафной. Фелипе и Алисия посмотрели на Аниту, запасного вратаря. Она встала. Вид у неё был крайне напуганный.

– Ты готова? – спросила Алисия.

– Если другого выхода нет... – сказала Анита, глядя на МакАртура, который ждал на точке пенальти, с мячом в руках и улыбочкой, которая говорила: «Сейчас я тебя сделаю».

Тут Вао встал со скамейки и, хромая, поковылял в сторону Аниты.

– Если ты хотеть, я пойти всё сделать, – сказал он очень спокойно.

– Ещё чего не хватало, – сказал Фелипе. – Извини, но ты не можешь выйти: у тебя травма.

Но китаец как будто не слышал тренера. Он по смотрел на Аниту и снова сказал:

– Я выходить и остановить мяч. Ты решать.

На мгновенье все замолчали. Камуньяс шепнул:

– Он её гипнотизирует.

– Ты уверен, что хочешь выйти, Вао? – спросила Алисия.

Вао больше ничего не сказал. Он был уверен. А мы в этот момент думали об одном: что во время той памятной тренировки он отбил все штрафные.

– Немедленно выходите кто-нибудь! Пора пробивать пенальти, – выкрикнул судья.

Анита больше не сомневалась. Она просто отдала перчатки Вао и сказала:

– Сделай это.

Вао, хромая, вышел на поле. Фелипе и Алисия обеспокоенно посмотрели на него. На трибунах начали переговариваться. Все присутствующие с любопытством смотрели на Вао: футболисты и болельщики Сото Альто, спортсмены и зрители Ибисса. Все с интересом наблюдали за китайцем. Херонимо Льоренте даже встал, пытаясь получше разглядеть Вао, который хромал в сторону ворот.

Поскольку Камуньяс был исключён, тренерам пришлось убрать одного игрока с поля.

– Пакет, на скамейку, – сказал Фелипе.

Настал мой черёд.

– Мне очень жаль, – сказала Алисия, – но нам нужно убрать одного игрока.

Я вышел и молча встал рядом со скамейкой. МакАртур приготовился пробивать пенальти.

24

Если бы МакАртур забил тот гол, всё бы закончилось.

Мы проиграли бы всухую со счётом 5:0.

МакАртур замахнулся и ударил по мячу. Мяч с бешеным ускорением полетел в ворота, на которых стоял Вао.

Абсолютно не шевелясь.

Остановить этот мяч не было никаких шансов.

Но в последний момент…

…когда Ибисс уже приготовились кричать «ГОЛ»…

…Вао очень внимательно посмотрел на мяч и…

БАМ!

Тренер Робинсон не верила своими глазам…

– Он шёл в ворота. Что случилось?

– Ты видел, что случилось с мячом?

– Что это было?

Как такое возможно? Никто не осмеливался произносить это вслух, но мы все думали об одном и том же.

– Китаец остановил мяч взглядом?

25

Наш препод по языку по кличке Ящер болеет за Барсу и говорит, что в этой команде был очень известный голкипер по имени Платко. Однажды в Сантандере Платко проделал какую-то совершенно невероятную вещь, потому что после той игры один знаменитый поэт написал стихотворение, которое называлось «Ода Платко». Поэта звали Рафаэль Альберти.

Насколько мне известно, это был единственный раз в истории, когда поэт посвящал стихотворение футбольному вратарю. Если бы в тот день какой-нибудь поэт или писатель увидел нашу игру, он бы точно написал «Оду Вао».

Потому что тот штрафной был просто ерундой по сравнению с тем, что произошло дальше.

А случилось вот что.

После пенальти Вао совершил ещё один невозможный сэйв. Когда я говорю «невозможный», я имею в виду именно то, что вы сейчас услышали: сэйв, который не может осуществить человеческое существо.

Зрители на трибунах, и спортсмены, и тренеры на скамейках продолжали обсуждать, насколько редким был тот пенальти...

– Наверное, ветер, – сказал кто-то из родителей Ибисса.