Роберт Вегнер – Каждая мертвая мечта (страница 90)

Когда он вернется, придется серьезно поговорить с Оумом.

Но пока что, чтобы не выпасть из роли, ему приходилось притворяться удивленным и настроенным скептично.

– Плавающая гора? Ты уверен?

Солдат кивнул:

– Ага. Черная, словно ночь, огромная, как город. Длиной в полмили, а может, и больше. Вынырнула из тумана, кроша лед и несясь прямо на нас. Наши собаки не были достаточно быстры, чтобы сбежать, а потому мы атаковали.

– Что вы сделали?

– Атаковали эту гору. Ее хребет был наклонным, – Гессен ладонью показал, насколько сильно, – а потому… ну, знаешь… на него можно было въехать. Ну мы и попытались, как и остальные. Нам не удалось.

Только и всего, несколько слов, чтобы рассказать наиболее странную историю, о которой Альтсин слышал. Чтоб богов корчи взяли за их старые грехи и тайны. Эти солдаты бросились на штурм горы, что плавала среди льда.

Безумцы. Прекрасные безумцы.

– И что потом?

– Наши собаки и сани упали в воду, а мы оказались на льдине. Дрейфовали. Дни и ночи. Лед таял слишком быстро, прогалины между льдинами росли на глазах, однажды нам удалось перескочить на больший кусок, но вода подхватила его и вынесла в открытое море. Потому мы и ждали…

– Смерти?

– Хотя бы чего-то.

Гессен глянул на вора с выражением лица, которое могло значить что угодно. Гнев, гордость, веселье.

– Утонуть – дурная смерть для горца. А потому мы держались льдины, даже когда от нее осталось всего ничего, а вода начала мочить нам задницы. Но, как видно, стоило ждать.

Солдат замолчал, внимательно глянул на Альтсина, а гримаса его превратилась в вежливую улыбку.

– Извини за интерес, но что чародей из далекого города делает здесь, на севере?

Вежливость вежливостью, но сейчас, когда стражник отдохнул и набрался сил, он задавал себе, должно быть, ужасно много вопросов.

Вор послал ему измученный и раздраженный взгляд. Как и должно высокомерному магу.

– А тебе недостаточно того, что я вынул вас из воды?

– Пожалуй, и достаточно. Но мой отец говорил ровнехонько то самое каждому пойманному лососю. А потому – пойми мое любопытство…

Улыбка Гессена оставалась вежливой, но в глазах его светилась осторожность.

Альтсин вздохнул.

– Пытаюсь узнать, с насколько серьезными проблемами столкнутся наши корабли в ближайшие годы. Сколько пиратских кораблей отправится на юг и насколько большой флот придется выставить городу, чтобы их сдержать. И самое важное: что тут, проклятие, случилось, и не начнут ли из-за этого несбордийцы доставлять нынче проблем больше, чем обычно.

– Не понимаю.

– Чего именно? – Пришло время для очередного фрагмента его сказочки, хотя на этот раз она полностью состояла из истины. – Гильдия Гамлесх занимается делами моря, потому что Ар-Миттар с моря живет. Уже много лет мы наблюдаем за несбордийским продвижением на юг. Они выплывают от островов и фьордов в Авийском море, порой торгуют, а порой – грабят до чего достанут, а порой даже создают новые поселения и подчиняют новые земли. Если лето слишком длинно, а Владычица Льда не чересчур безумствует, несбордийцы охотятся на лис, тюленей и китов, а потом плывут на юг с мехами, шкурами и бочками ворвани. По дороге торгуют с кем смогут. Но если зима слишком длинна, а охота дурна… Единственное, что они тогда везут, – это сталь и веревки, чтобы вязать пленников.

Альтсин сплюнул в ладонь и вытер ее о мачту. На удивленный взгляд солдата ответил кислой ухмылкой.

– В море не плюют, чтобы не оскорбить Близнецов, – пояснил вор.

Боги, эта роль – чародей из портового города с матросскими навыками и матросским взглядом на мир, – втягивала его с каждой фразой и жестом. Он мысленно ухмыльнулся. Ты и правда не нашел вовремя свое призвание, сукин ты сын.

– То, что тут происходило, – вор повел рукой, – привлекло внимание не только нашей гильдии. Купцы, торгующие с северными княжествами, давно сообщали, что на море не видно несбордийских кораблей с мехами и ворванью. А значит – приближаются проблемы. Нас троих послали, чтобы мы проверили, что происходит на Севере, и мы быстро поняли, что тут дело не в обычной затянувшейся зиме. Владычица Льда сражалась с кем-то… с чем-то – и сражалась яростно. Мои товарищи… – Альтсин закатил глаза и махнул рукой, – посчитали, что нужно как можно быстрее доставить эти вести в Ар-Миттар. А я решил проверить, что, собственно, происходит.

– Любопытство – скверное качество.

– Может, и так. Я об этом не задумывался особо. Кроме того, солдат, ты и сам должен понимать, как порой обстоят дела. Трое идут на разведку, двое возвращаются ни с чем, а третий приводит пленника и немного писем, найденных на враге. Кого ждет награда?

– Это зависит от того, насколько хреновая армия, в которой он служит.

– Верно. Но в гильдии магов… порой как в армии, приходится себя показывать. Если нет связей…

«Осторожно, – с весельем говорил он сам себе. – Тут не нужна история бунтующего одиночки, которого никто не воспринимает всерьез. Хорошая ложь – самая простая».

Но Гессен выглядел вполне убежденным его сказочкой.

– И как ты добрался на север?

– Сперва через Авийское море, слушая, как несбордийцы куют новое оружие и готовятся к походам на юг. Потом путем охотников за шкурами перешел Лохарры, повернул на восток, вдоль границы гор и льда. За немалые деньги нанял запряжку собак и двух охотников… Тогда мы впервые увидели этих… – Он двумя пальцами показал клыки, выступающие из нижней челюсти. – Ахеров. На юге мы слышали о них одни легенды.

– На севере мы втыкаем друг другу железо в потроха. Хотя больше проблем с обычными бандитами. Сколько времени ты ехал?

Это был вопрос с подвохом. Какое, собственно, расстояние отделяло западный край гор от лагеря, в котором Альтсин получил лодку?

– Достаточно, чтобы отморозить яйца, – ответил он обтекаемо. – Причем несколько раз. Как вы это выдерживаете?

– Носим теплые подштаники.

– У меня тоже такие были, пока мы не попали в тот лагерь. Тот самый, который видели и вы.

Стражник вскинул брови.

– На вас напали?

Что-то в его голосе заставило напрячься. Альтсин помнил лагерь и окружающую его атмосферу отчаянья и смерти. Но там не было ненависти и насилия. История о банде дикарей, напавших на странников, требовала уточнений.

– Да… вернее – нет. Приняли нас хорошо… ты же видел тот лагерь, верно? Наши собаки… было утро, один из проводников думал дать им поесть, а несколько ахеров кинулись на кусочки рыбы, собачий корм. Не знаю, что произошло, но тот идиот вдруг оказался с ножом в руке, а несколько дикарей лежало у его ног. А потом в нашу сторону бросились и остальные. И на наших собак. Повалили проводника на снег и в несколько мгновений разорвали его зубами и ногтями, словно звери… а я… Ну, что говорить? – Альтсин махнул рукой, словно отгоняя надоедливую муху. – Что я бился до конца и героически погиб? Ты, пожалуй, не поверишь. Я выскочил из шатра как был и побежал куда глаза глядят. Наложил заклинание, ветер повалил все на моем пути, а я помчался туда, где видел лодки. На льду меня поймали бы достаточно быстро, а на воде был шанс.

Вор постучал по ребрам кораблика, выполненным из кости.

– Это продуманная конструкция. И достаточно быстрая, если помочь ей магическим ветром. Но я остался только с тем, что было у меня на хребте; запасная одежда, еда, котел… все пропало. Потом я поплыл на восток…

– Отчего на восток? – прервал его Гессен.

Альтсин пожал плечами: для такого у него уже был готов ответ.

– Сначала я, естественно, пытался поплыть на запад. Но против ветра и течения, в лодке без киля и с настолько примитивным рулем я делал, может, узел в час – причем непрерывно используя магию. У меня чуть голова не лопнула. Я ведь, чтоб ему, не бог! А потому я повернул на восток и поплыл за течением, пока не услышал твое бормотание. Тебе повезло, что над водой голос разносится далеко.

Гессен послал ему странный взгляд, словно бы эта тема его раздражала.

– Я молился. Не впервые, но никогда раньше – так… – Он не закончил. – А когда заметил твою лодку, в первый момент подумал, что за мной приплыл сам Реагвир.

Ну вот тебе… Вор едва не оскалился от уха до уха. Вместо этого спросил:

– Ты верный Владыки Битв?

– Верный? – Солдат нахмурился. – Нет. Скорее – нет. Я не слишком религиозен, не татуировал себе Дурвон, ничего такого. В горах лучше рассчитывать на хороший топор, крепкую веревку и сухую одежду. И на товарищей по отряду. Нет, я не почитаю Владыку Битв, я… просто принял его в качестве патрона.

– Патрона?

– Патрона. Преклоняешь колени перед Матерью, однако можешь кланяться и другим богам. Так работает мир.

– Я предпочитаю кланяться Близнецам Моря. – Еще одна ложь проскользнула сквозь его уста без малейшего усилия. – Но я слышал, что горцы чаще выбирают себе богом воинов Сетрена.

Гессен кивнул и улыбнулся, словно Альтсин только что произнес нечто мудрое.

– Именно. Почти все в Страже предпочитают Быка. А потому, когда доходит до боя, целая куча людей молится ему в один и тот же миг. А когда столько сразу морочит Рогатому башку, нет даже шанса, что он выслушает всех. Потому лучше просить о помощи Владыку Битв.

Что ж, сложно отказать в логике.

– Ловко.

– Я тоже так думаю. – Солдат подмигнул насмешливо, и Альтсину пришлось признать, что ему нравится такой рассудочный, лишенный фанатизма подход к религии. – Но если ты служишь Близнецам, то, может, мне стоит принести им жертву в благодарность за спасение?