Роберт Уилсон – Звездная жатва (страница 68)
Наконец пришло время для серьезного голосования, которого Бет ожидала с ужасом.
— На прошлой неделе мы решили провести перевыборы председателя, — устало объявил Мэтт. — Можем начать с выдвижения кандидатур. Кто первый?
— Предлагаю полковника Джона Тайлера! — вскочил Джоуи, едва не повалив стул под ноги Бет.
— Поддерживаю, — добавил Джакопетти.
«Вот это номер», — подумала Бет.
Эбби Кушман с легким удивлением подняла руку:
— Мэтт, ты хорошо справлялся. Можно оставить все как есть? Я предлагаю тебя.
Ее поддержала Мириам. Бет снова удивилась.
— Итак, у нас два кандидата, — сказал Мэтт. — Кто-нибудь еще?
— А двух мало? — ответил Джакопетти. — Может, нам всем выдвинуться?
Больше предложений не последовало.
— Хорошо, — сказал Мэтт. — Дебаты нужны? Думаю, все и так знают наши с полковником позиции.
Все согласились.
— Голосуем поднятием рук. Мы с полковником Тайлером воздержимся… и, думаю, наш новый гражданин тоже должен воздержаться, пока не войдет в курс дела.
— Полагаю, Уильям не будет возражать, — улыбнулась Мириам Флетт.
— Отлично. Кто за полковника Тайлера?
Бет поспешно огляделась вокруг. Разумеется, Джоуи мгновенно вскинул руку. Джакопетти, несколько высокомерно, сделал то же самое. Двое. Двое из девяти.
Поднялась пухлая лапа Боба Ганиша. Три.
Повисла долгая, напряженная пауза. Все.
— Кто за вашего покорного слугу?
Эбби с Томом Киндлом разом подняли руки, за ними — Мириам. Три на три.
— А что, если ничья? — спросила Эбби.
— Обычно, — ответил Мэтт, — решающий голос остается за председателем. Но это будет нечестно, так как мы с полковником Тайлером договорились воздержаться. В «Правилах», наверное, что-то есть по этому поводу. Но проще, наверное, переголосовать. У нас много воздержавшихся. Вдруг кто-нибудь передумает?
«То есть я. — Бет покраснела. — Я, Чак Мейкпис и Тим Беланже».
Решение Мейкписа предсказать было невозможно. А что касается Беланже… Мэтт спас ему жизнь, вынеся в бурю из разрушенного коридора. Но Беланже сблизился с Тайлером, когда тот присоединился к ним. И это, в конце концов, было лишь голосование за председателя, а не проверка лояльности… по крайней мере, на первый взгляд.
Мейкпис, Беланже…
«И я, — подумала Бет. — Господи, пожалуйста, пускай до меня не дойдет!»
— Кто за полковника Тайлера? — повторил Мэтт.
Та же троица: Джоуи, Джакопетти и Боб Ганиш… и — «упс», — подумала Бет. — Чак Мейкпис присоединился к лагерю Тайлера. Теперь их стало четверо.
— Еще можно добыть ничью, — заметила Эбби.
— Не агитируй, — приструнил ее Мэтт. — Кто за меня?
Мириам, Эбби, Том Киндл. Бет сложила руки и уставилась на них. Когда она подняла голову, то увидела, что Беланже поднял руку за Мэтта. Четыре на четыре.
— Срите или слезайте с горшка, дорогуша, — бросил ей Джакопетти.
Она подумала о Мэтте: один перед всеми, усталый, недовольный.
Она подумала о полковнике Тайлере, о том, как он при встрече пожал ей руку. О том, как он улыбался.
Бет не находила в себе сил смотреть на кандидатов. Или на Джоуи. Или на беззубого сукина сына Джакопетти.
— Тайлер, — прошептала она.
— Что-что? — переспросил Джакопетти.
— Полковник Тайлер! — Она смерила его полным ненависти взглядом.
В комнате повисла тишина.
Джоуи с ехидной ухмылкой повернулся к Бет.
Мэтт откашлялся:
— Полковник?
— Да, доктор Уилер?
Тайлер поднялся, выглядя безупречно в военной форме.
— Полагаю, теперь это ваш молоток.
Бет вспомнила, как полковник Тайлер появился в городе. После тайфуна началась настоящая безнадега: Бет выбралась из развалин и увидела плоский мир без ориентиров, где все было разрушено, где из «фольксвагенов» торчали кровати, а прогулочные яхты плавали по морю поваленных елей.
Через несколько дней Бет отправили на поиски еды. Они с Эбби Кушман и Бобом Ганишем поехали на юг по шоссе, которое теперь можно было назвать так лишь с трудом. Оно превратилось в тропу, вилявшую среди обломков зданий. Их целью был большой супермаркет. Поиски были чем-то вроде археологии. Бет всегда ориентировалась по рукотворным объектам, дорожным знакам, перекресткам и магазинам. Теперь не осталось ничего, кроме изгиба береговой линии и причудливого склона горы Бьюкенен, возвышавшейся над равниной, полной однотипного мусора.
После бури небо стало пастельно-голубым. Дул холодный ветер. Поношенный свитер не согревал Бет и быстро испачкался от ползания по сырому гипсокартону и старой опалубке в поисках консервов. Найденные банки грузили в большие двухслойные мешки для мусора, чтобы отвезти в город. Бет чувствовала себя женщиной Средневековья. Грязной побирушкой.
После обеда, шмыгая носом от холода, она распрямилась, чтобы дать отдохнуть спине, и увидела его.
Полковника Джона Тайлера.
Она сразу поняла, кто этот человек вдалеке. Джоуи говорил с ним по радио. Совсем недавно Чак Мейкпис объявил, что полковник следует в Бьюкенен. Но это было еще до тайфуна. Бет думала, что тайфун все изменил, спутал все планы.
Но полковник Тайлер прибыл, как и обещал.
Он был пешком. Немного испачкался. Но он шел по шоссе с высоко поднятой головой, гладко выбритый, в поношенной, но аккуратно надетой военной куртке, и Бет при виде его почувствовала немыслимое удовольствие. Он был как будто призраком утерянного мира.
Она не стала звать других. Пусть копаются в развалинах. Бет смотрела, как приближается полковник. Ей хотелось предстать перед ним не такой грязной, с расчесанными волосами.
Тут его заметила Эбби.
— Ну и ну, — вырвалось у нее.
Боб Ганиш встал и разинул рот. В одной руке у него был зеленый мусорный мешок, пузо вываливалось из штанов.
«Хорошая из нас приветственная делегация, — подумала Бет. — Пожилая леди, чумазый автодилер и я».
Приблизившись, Тайлер улыбнулся. Его возраст бросался в глаза, но для своих лет он находился в отличной форме. Седые волосы были коротко подстрижены. Казалось, он ничуть не устал и, если понадобится, может идти вечно.
Бет вдруг засмущалась и принялась одергивать свой грязный свитер.
Первым выступил и представился Ганиш. Полковник Тайлер с серьезным видом пожал ему руку.
— Помню, мы общались по радио, — сказал он спокойным, звучным голосом. — Рад встретиться с вами лично.
Затем пришел черед Эбби.
— Наслышан о вас, миссис Кушман.