Роберт Сперанский – Обратный отсчет (страница 3)

– Что – то я весь чешусь! – наконец не выдержал Михаил, хотя из всех он был наиболее привычен к общежитскому быту, ибо как иногородний, постоянно проживал в таком же общежитии, только принадлежащему юрфаку.

– Точно, ерунда какая-то! – тут же поддержали его Володя с Олегом.

– А ну-ка, включите свет! – сказал я, осененный внезапной догадкой.

Представшие нашим взглядам в свете неяркой общежитской потолочной лампы стены тут же полностью подтвердили мою догадку. По ним важно шествовали и сидели в небольших дырках, коих было великое множество, самые обыкновенные клопы. Те самые, которые, не смотря на дефицит в советских магазинах антинасекомной отравы, практически уже ушли из квартир горожан.

– ….ть! Что же делать то? – загомонили мы, ужасаясь от перспективы месячного соседства с клопиной братией

Однако, через пару часов когда клопиные норки были залеплены бумажными шариками и прочим подсобным материалом, что, впрочем, мало помогло делу, но внесло некоторое обманчивое успокоение в наши растревожено – брезгливые души, мы смогли наконец-то заснуть, чтобы утром отправиться на то место, где нам предстояло самоутвердиться на ближайший месяц в качестве строительных рабочих.

Знакомство с производственным процессом возведения могучего сооружения по перекачке нечистот началось с посещения « столовой третьей категории» со звучным названием «Бригантина», в коей заправлял шеф-поваром некий Анатолий Есич, старый питерский еврей, по какому то недоразумению занявший место в общепите, вопреки обычно свойственным этой нации профессиям.

Еда в этом кефирном заведении оказалась вполне сносной по тем временам. Так что в хорошем расположении духа наш отряд, состоявший из двух бригад, прибыл на строительную площадку, располагавшуюся недалеко от гостиницы «Прибалтийская», знакомой большинству читателей по фильму «Интердевочка». В оном отеле жили , как правило, туристы из стран капитала, так как плата за проживание была не карману не только обычному советскому гражданину, но и представителям стран «народной демократии». От нашего грандиозного строительства, впрочем, этот островок капитализма был отделен решетчатым забором.

На самом производственном процессе останавливаться особого смысла не вижу. Скажу лишь только, что наша могучая бригада, в которую вошла вся компания, включая и Михаила К. не поместившегося из -за малого количества спальных мест вместе с остальными в комнату общежития и квартировавшего в соседней «камере», занималась возведением деревянной опалубки для второго и третьего этажей. Работа для будущих представителей юриспруденции оказалась непривычной, но человеку свойственно привыкать ко всему, и вскоре мы довольно ловко научились устанавливать мощные деревянные столбы, подаваемые нам строительным краном, скреплять их между собой, гнуть арматуру и выполнять иные незнакомые нам ранее работы. Так началась стройотрядная будничная жизнь на производстве, в которой, конечно, благодаря советскому раздолбайству, работа не всегда начиналась и продолжалась от звонка до звонка, потому что периодически случались перебои с подвозом стройматериалов. И тогда наша доблестная компания, деловито дымя зажатыми в уголках рта сигаретами, а то и просто рабоче – крестьянскими «беломоринами» с видом бывалых работяг резалась на счёт в домино. Делая по десятку – другому «замесов» видавшими виды костяшками, хранившимися в бытовом помещении, отчего на письменном столе, служившим полем битвы в козла, образовалась большая проплешина. Кстати, нас четверых на следующий же день переселили в другую комнату, в которой присутствия проклятых домашних животных клопиного племени не оказалось, так что и в бытовом отношении все устроилось довольно удачно.

Конечно, всех нас наставляли, как правильно обезопасить себя от возможных производственных травм, а командир нашего отряда – аспирант Володя Плигин даже лично протестировал монтажный пояс, пристегнув его к бетонной опоре и повиснув на нем как больная сосиска между этажами. Однако, молодость и бесшабашность, свойственная этому безоблачному возрасту, зачастую сплошь и рядом не обращала внимания на эти параграфы техники безопасности, которые надо было соблюдать. И, слава богу, что сие не привело к какой -то беде. Хотя я помню, как у меня похолодело все внутри, когда раскачивающийся на строительном крановом тросе здоровенный деревянный столб чуть не угодил Олегу прямо в голову. Каким то чудом он успел пригнуться и тяжёлый вес пронёсся в сантиметрах от его головы.

Через неделю после начала работ приехал и влился в наш здоровый студенческо – производственный коллектив первый иностранный десант из дружественной Болгарии. Они работали с нами на той же стройке. Но какого то весомого впечатления в моей памяти их пребывание не оставило. Разве что паренька имярек вышедшего в велюровых коротких шортах на Невский проспект «замели» в отделение, поскольку стражам порядка почудилось, что он разгуливал по центру города трёх революций в трусах. Да остались, пожалуй, ещё незабываемые впечатления у нашего сокурсника Константина З., имевшего определённое притяжение к нашей компании, так как случилась у него любовь с болгарской студенткой. И от той любви появился потом на свет в солнечной Болгарии ребёнок, о чем Константин был официально извещён через болгарское консульство уже в где -то в учебном году… Следом за ними прибыли студенты из Чехословакии, о которых также ничего примечательного вспомнить не могу, за исключением разве что непонятной для нас их изначальной брезгливости к ассортименту столовой третьей категории, заставлявшей чехов порой оставлять полные тарелки стряпни Есича, что вызвало у последнего ярую нелюбовь к представителям западных славян. Последними в наш интернациональный отряд прибыл десант из более чем десятка восточных немцев и одного чеха Милана Мейзлика, волею судьбы проходившего учёбу в гэдэровском университете . Следует сказать, что прибытия немцев мы ждали особо, так как уже год все из нашей компании , за исключением Михаила К. и Олега, изучали немецкий и ждали случая попробовать применить его в практическом общении. Немцы в компании со случайно прибившимся к ним Мейзликом, брезгливостью не отличались и с аппетитом поедали стряпню Есича, который зло посверкивал на них глазами из своей кухни. Дело в том, что сам по себе Есич был дядькой не плохим и даже вполне добрым, но прошедшая война, унёсшая по понятным причинам многих его родственников, заставила его ненавидеть всю немецкую нацию безо всяких там оттенков.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.