Роберт Силверберг – Революция на Альфе Ц (страница 20)
Человек только молчал, холодно сверля его глазами. Картер схватил его за плечи и заставил сесть, а потом дважды сильно шлепнул его по щекам.
— Отвечай же! Ты же из экспедиции «Авангарда», не так ли?
— Да. — В голосе незнакомца звучал металл.
— Тогда почему ты напал на меня? Я принял твой сигнал бедствия и прилетел тебе на помощь! Отвечай же!
— Скоро ты получишь все ответы.
Картер сердито помотал головой.
— Я хочу знать немедленно. Где остальные участники экспедиции?
— Они здесь. И все они в безопасности.
Подняв его на ноги, Картер сорвал с пояса бластер и сказал:
— Давай-ка немедленно отведи меня к ним. Я хочу получить объяснение, что здесь происходит. Шевелись!
Всего лишь час назад Картер был в космосе, летел из главного госпиталя на Ригеле IV на Офиукус VII. Там он собирался пробыть до полного выздоровления. Офиукус VII была планетой с низкой гравитацией, полностью оборудованной для реабилитации раненых.
Картер был ранен во время взрыва реактора на борту космического корабля «Альфа Центавра», где он служил навигатором. Из этой аварии он вышел с радиационными ожогами, проломленным черепом и рядом более мелких повреждений. Часть кожи была восстановлена пересадкой ткани, а в череп вмонтирована титановая пластинка, так что его тело и голова стали уже через неделю совсем как новенькие. И теперь он летел на Офиукус отдохнуть, прежде чем вернуться к своей работе.
Но его полет был прерван, когда приборы поймали сигнал SOS, и тогда он свернул в систему Денеба.
— SOS! SOS! Прошу помощи!
Сообщение шло на всех волнах. Картер легко определил, что исходит оно с Денеба IV — неисследованной планеты.
— Слышу вас. Кто говорит? — ответил он.
— Космографический корабль «Авангард». Мы попали в беду.
— Сколько вас?
— Двенадцать человек. Нас нужно срочно спасти.
В маленький корабль Картера могло вместиться максимально пятнадцать человек, так что он мог взять их всех на борт.
— Немедленно направляюсь к вам, — сказал он. — Дайте мне посадочные координаты.
Ему послали ряд чисел, и Картер с легкостью рассчитал орбиту. Через несколько минут он уже посадил свой корабль точнехонько в то место, которое они указали, но обнаружил, что планета необитаема и в поле зрения нет никаких землян.
Картер с изумлением стал озираться. Вот тогда стройный космонавт и напал на него сзади.
И вот теперь Картер следовал за своим пленником через дикие, непролазные джунгли, собираясь раскрыть какую-то странную тайну, о которой он мог только гадать. Титановая пластинка, вмонтированная в череп, начала слабо чесаться, пока он все больше и больше углублялся в джунгли.
Через некоторое время начали появляться признаки обитаемых мест. Затем Картер увидел взметнувшийся вверх над деревьями золотистый корпус космического корабля и схватил за руку своего проводника.
— Это «Авангард»?
— Да.
Теперь Картер увидел позади корабля большую прогалину, по которой расхаживали люди, одетые в форму Исследовательского подразделения Межгалактической Федерации. На заднем плане маячило какое-то здание, квадратное и тускло-серое.
Один человек вышел им навстречу. Он тоже был рослым и стройным и носил форму Командора Эскадрильи.
— Я Гендрон, — сказал он. — Капитан «Авангарда».
— Меня зовут Дэйв Картер, я навигатор корабля «Альфа Центавра». Я прилетел на ваш сигнал SOS.
Гендрон недоуменно замигал.
— SOS? Какой SOS?
— Тот, что вы послали, — удивленно ответил Картер. — У меня на корабле есть запись. Вы просили немедленно оказать вам помощь, сказали, что это очень срочно. Я приземлился, и этот человек внезапно напал на меня. Но мне удалось совладать с ним.
У Гендрона был вид ничего не понимающего человека.
— Здесь произошло какое-то недоразумение. У нас нет никаких проблем, дела идут блестяще. Как видите, мы уже построили здание главного офиса и теперь, согласно инструкции, собираемся заняться картрированием планеты.
Картер нахмурился.
— А что вы скажете об этом человеке?
— Вы имеете в виду Шермана? Боюсь, не могу ничего сказать.
— Командор повернулся к пленнику Картера. — Вы что, напали на этого человека?
— Нет, — сказал Шерман. — Он первый напал на меня.
— Это ложь! — рявкнул Картер. — Я вышел из корабля поискать людей, которые просили у меня помощи, и он ударил меня сзади.
Гендрон насмешливо поглядел на него.
— В это трудно поверить. Шерман — один из моих самых надежных людей. Лейтенант Картер, я склонен усомниться в вашей истории. Не могли бы вы объясниться?
Картер почувствовал растущее раздражение.
— Послушайте, сказал он. — Я летел по своим делам, когда получил SOS. Я сейчас в отпуске. И вынужден тратить впустую свое драгоценное свободное время, играя с вами в какие-то игры. Я принял ваш сигнал о помощи и приземлился. Приземлился, кстати, по тем координатам, которые дали мне вы сами. Затем этот человек ударил меня. Это все, что я могу сказать вам.
— Я в полном недоумении, — сказал Командор. — Насколько мне известно, мы не посылали сигналов о помощи. Мы здесь не находимся ни в какой опасности. Мы даже не закончили свою работу. Очень жаль, если мы причинили вам какие-то неудобства.
Картер ошарашенно покачал головой.
— Ладно, — наконец сказал он. — Я возвращусь на свой корабль и улечу. Забудьте о случившемся.
— Я думаю, это хорошая мысль, — согласился Гендрон. — Вы бы хотели, чтобы Шерман проводил вас?
— Я сам найду дорогу, — сказал Картер.
Он повернулся и пошел от поляны, пытаясь убедить себя, что еще не окончательно спятил.
Он успел пройти только три шага. Затем что-то ударило его по голове, и Картер свалился на землю.
Очнулся Картер, чувствуя себя так, словно на него рухнула гора. Голова ужасно болела, в глазах все расплывалось, а язык был толстый и словно ватный.
Картер попытался шевельнуть руками и обнаружил, что крепко связан. Его руки были стянуты какими-то кожаными ремешками, как и лодыжки.
Он лежал в темной, вероятно, без окон комнате где-то в квадратном здании на полу.
Он попытался заставить мозги заработать. Но думать он мог лишь о том, как болит голова.
Гендрон ударил его сзади. Казалось, это является правилом на всей планете. Отказавшись от того, что они посылали сигнал SOS, Гендрон ударил его исподтишка. Это было невероятно.
А также невероятной была слабая щекотка в его голове, как раз под выскочившей на черепе шишкой. Картер не мог понять, что это такое.
Он сел, прислонившись к холодной стене темной комнаты, и стал дергать свои путы. Но путы не поддавались. Он был связан, как рождественская индейка — но для чего?
Внезапно он замер и прислушался.
Голоса.
Тот же самый холодный металлический голос, которым говорил космонавт Шерман, когда Картер встретился с ним после приземления.
— Ничего не понимаю, — сказал кто-то. — Он прошел прямо через контроль.