Роберт Силверберг – Революция на Альфе Ц (страница 1)
Роберт Силверберг
Революция на Альфе Ц
(Составитель А.Бурцев)
РЕВОЛЮЦИЯ НА АЛЬФЕ Ц
Моим родителям посвящается
Глава 1
Промежуточная остановка на Плутоне была короткая, но Ларри Старку даже она показалась слишком долгой. «Сад» и его команда провели неделю на этой холодной маленькой планете на самом краю Солнечной системы, стараясь как можно лучше отдохнуть. Это была вторая остановка по пути на четвертую планету звезды Альфа Центавра в четырех с половиной световых годах от Солнца.
«Сад» было необходимо переоборудовать для межзвездного путешествия, если он не намеревался пересечь этот пролив космической пустоты меньше чем за десять лет. Двигатель Стэндарда, который использовали в Солнечной системе, был ограничен и выдавал сравнительно небольшую максимальную скорость в сто тысяч километров в секунду. Установка ускорителя на Плутоне позволила бы «Саду» пролететь миллиарды километров до Альфа Центавра не более чем за две недели, а без этого ускорителя полет занял бы много лет.
Ларри не терпелось добраться до Альфы Ц. Им и так пришлось сделать остановку на Марсе, чтобы забрать Харла Эллисона, который, как и Ларри, был недавним кадетом-выпускником Космической Патрульный Академии. Им предстояло сделать Заключительный Круиз — традиционный Круиз в космосе после вручения диплома, в конце которого их наградят званиями офицеров Патруля.
Большинство Круизов было проложено к различным объектам в Солнечной системе. Но Ларри и Харл, который учился в марсианском филиале Академии, а также Эйтори ван Хаанен и три других кадета были избраны совершить первый Межзвездный Круиз в истории Академии. Они летели на примитивную четвертую планету Альфы Центавра, где четыре маленькие земные колонии боролись за существование в условиях доисторической окружающей среды.
Ларри втайне надеялся, что его отец, командующий Космическим Патрулем Старк, использует свое влияние, чтобы включить его в желанный межзвездный круиз. Но Ларри не осмелился даже намекать об этом, зная, что кодекс чести отца не позволил бы ему такое, и стал зарабатывать свой Круиз сам, приложив все усилия, чтобы быть первым в своем классе в Академии. Его отец был чрезвычайно горд — ведь Ларри был наследником длинной шеренги командующих Космическим Патрулем, и отец был убежден, что сын поддержит эту традицию на самом высоком уровне. Трудно даже описать счастье Ларри, когда его имя появилось в списке избранных для Круиза.
Полет на Марс был волнительным, но после девяти дней, проведенных в корабле во время полета к Плутону, новизна жизни в космосе утратила часть своего блеска. Однако впереди лежала четвертая планета Альфы Ц — молодой мир, населенный гигантскими динозаврами, и задержка на Плутоне почти исчерпала терпение Ларри.
Наконец ускоритель был установлен на «Сад», и Ларри смог сказать «прощай» холодному заснеженному миру. Команда «Сада» попрощалась с колонистами, жившими под куполом на Плутоне, и понеслась по сугробам к кораблю, чтобы готовиться к старту.
Закрепляя свои вещи в ожидании старта, Ларри все время смотрел в иллюминатор. Он видел белоснежную равнину, покров которой местами был проткнут зазубренными осколками скал, а высоко в черном небе блестела яркая точка Солнца, колкая и блестящая, не дающая никакого тепла. Ларри знал, что это Солнце, лишь потому, что изучал, как выглядит Солнце с орбиты Плутона.
Он сравнил пейзаж Плутона с тем, как выглядит Марс, насколько видел его во время короткой экскурсии. Марс тоже был монотонным, без единого деревца — просто холодное и бесплодное обширное пространство, красно-коричневая пустыня с заплатками зелени. И на Марсе, и на Плутоне человек мог жить только под куполом. Но впереди бывших кадетов ждала Альфа Центавра IV, где воздух был свежим и теплым, и куда ни глянь, повсюду росли леса.
Ларри устроился в гамаке и пристегнулся, готовясь к стартовому толчку, когда корабль будет вырываться из хватки Плутона. Каюту заполнил гул двигателей, а снизу по гамаку заколотил невидимый кулак. «Сад» оторвался от поверхности Плутона, мгновение постоял на огненном хвосте, а затем рванулся в черное небо к звездам.
Начался долгий путь — пятнадцать дней полета от Плутона к самому близкому звездному соседу Земли.
На самом деле Альфа Центавра не была самой близкой звездой. Проксима Центавра — невзрачная, лишенная планет звезда — была намного ближе к Земле. Но вокруг Альфы кружили одиннадцать планет, из которых четвертая от солнца была пригодна для жизни людей. Сто двадцать пять лет назад там и была основана колония, и еще одна колония имелась на планете яркой звезды Сириус, примерно вдвое дальше от Земли, чем Альфа Ц.
В двадцатом веке великий Эйнштейн доказал, что ни один материальный объект не может двигаться со скоростью больше скорости света. Уравнения Лоренца-Фицджеральда показали странные эффекты, возникающие, когда материальный объект приближается к скорости света.
Но слова «невозможно» не имелось в словаре большинства ученых.
Открытие Хаксли в 2183 году проложило человеку путь к звездам. До него путешествие быстрее скорости света было невозможным.
А с полетами ограниченными скоростью света потребовалось бы почти двадцать лет, чтобы добраться до Альфы Ц и вернуться — девять лет туда и девять обратно.
Открытие Хаксли основывалось на деформации пространства двигателем, который был назван ускорителем, работающим на совершенно новом принципе.
Главная обязанность Ларри на борту корабля состояла в том, чтобы работать радио-оператором — такую специальность он выбрал во время учебы в Академии. Один раз в день он передавал отчет, который диктовал капитан Рейнхардт с каменным лицом и пробивающейся в волосах сединой, строгий старый космический волк, напоминающий Ларри отца. Один раз он даже в приступе рассеянности обратился к капитану «папа».
Ларри также регулярно передавал сообщения Космическому Бюро, которое требовало ежедневных контактов со всеми кораблями в космосе. Остальную часть своего рабочего дня он заботился о радиоаппаратуре, а также принимал сообщения, посланные кораблю.
Такой график давал Ларри много свободного времени, которое он обычно проводил в своей каюте, где проживал вместе с Харлом Эллисоном — марсианским кадетом. Эллисон был на голову ниже Ларри, широкоплечий, крепкий, с бочкообразной грудью. Как и все марсиане, он был загорелым почти дочерна.
— Завтра будет включено ускорение, — сказал Ларри, войдя в каюту. — Рейнхардт записал это сегодня в журнале.
— Тише! — сказал Харл. — Насколько я знаю землян, все корабли наверняка прослушиваются. А ты знаешь, что не должен говорить мне, что записывается в журнал.
Голос у Харла был глубоким и низким, больше похожим на рычание, исходящие из глубины его огромной груди.
Ларри улыбнулся и растянулся на своей койке.
— Сомневаюсь я насчет этого, — сказал он. — Зачем им подслушивать? Разве они не доверяют нам?
Харл откинулся на спинку стула и закрыл книгу, которую читал перед приходом Ларри.
— Я знаю землян, — повторил он. — Вероятно они слушают нас прямо сейчас.
Раздался стук в дверь каюты. Харл и Ларри обменялись взглядами.
— Войдите, — крикнул Ларри.
Открылась дверь, и вошел Олкотт, старый космический пилот.
— Я получил вашу записку, — сказал он. — О чем вы хотели поговорить со мной, Ларри?
— Ну... Ну... Я просмотрел все учебники и ни в одном не нашел удовлетворительного ответа на интересующий меня вопрос. Каков принцип действия ускорителя?
Олкотт хихикнул и сел.
— Как работает ускоритель? Почему он вообще работает? Этого никто не знает, Ларри, даже сам старик Хаксли. Никто точно не знает, как работает электричество или, например, магнетизм, но мы же пользуемся ими. Ускоритель искривляет пространство. Понимаете, он сворачивает пространство, подтягивает его к себе, превращает пустоту в нечто вроде гофрированного железа, по которому мы летим. — Он взял со стола листок бумаги, на котором Ларри писал уравнения. — Вот. Представьте, что космос — это листок бумаги. Вам нужно пролететь с одного края листа до другого. Расстояние между ними составляет двенадцать сантиметров. Представляете?
— Да, но ведь пространство не плоское...
— Не думайте пока об этом, — сказал Олкотт. — Просто следите за моими рассуждениями. Теперь, вместо того чтобы лететь через всю плоскость листка, вы находите какой-то способ сложить края таким образом, чтобы место, где вы находитесь, совместилось с местом, где вы хотите оказаться. Когда расстояние между этими двумя пунктами практически исчезнет, вы совершите двенадцатисантиметровый полет, передвинувшись не больше чем на пару миллиметров. Получается, то что делает двигатель Хаксли — это выход за пределы обычного трехмерного пространства и свертка его. Тогда мы просто переходим от одной совмещенной точки до другой, совершив полет практически мгновенно. — Олкотт встал, словно собираясь уходить. — Между прочим, завтра мы включаем ускорение — на тот случай, если вы не слышали об этом. Думаю, вам нужно это знать.
— А почему мы никогда не используем ускоритель в пределах Солнечной системы? — спросил Ларри.
Харл с трудом подавил смешок.
— И ты лучший выпускник земной Академии? Давай же, включай голову, парень. Использовать двигатель Хаксли, чтобы пролететь от Земли до Марса, это все равно что использовать водородную бомбу, чтобы убить кролика.