Роберт Силверберг – Планета Горгоны (сборник, том 1) (страница 9)

Лон покачал головой.

— Прости, но нет, — сказал он.

Он хотел получить то, что уже заслужил, и не хотел рисковать потерять все в безумной надежде на то, что, может, ему разрешат выйти Наружу.

— Дальше иди один, Март. И... удачи тебе, приятель.

— Спасибо, Лон, — серьезно сказал Март, и робот провел его в следующую дверь, тут же закрывшуюся за ними.

На следующий день, в начале второго часа работы, Март ворвался в кабинет Лона. Лон оторвал взгляд от отчета.

— Ну и как все прошло?

— Я победил! — ликующе закричал Март. — Это было легко, просто до смешного легко! Я победил! Жаль, что ты не пошел со мной.

— И каков там приз?

— Это нечто! Я могу сделать вообще любой запрос. И знаешь, что я выбрал?

— Могу лишь предполагать, — осторожно сказал Лон. — Ты запросил разрешения выйти Наружу. И получил решительный отказ.

— Ты прав лишь наполовину, Лон! Да, я действительно сделал такой запрос. Но мне не отказали! Запрос был сразу же удовлетворен, и мне разрешили выйти Наружу сегодня на целых три часа! Только представь себе, Лон, наконец-то я могу своими глазами увидеть Внешний мир!

Лон окинул друга взглядом нескрываемой зависти.

— Расскажешь мне потом, как там, — сказал он наконец. — Я, наверное, никогда не смогу попасть туда сам.

— Заметано! — Март взглянул на часы. — Ого, уже пора идти. Увидимся, когда я вернусь. Только не работай до упада!

— Не волнуйся обо мне, — сказал Лон, и Март ушел.

А мне еще час торчать в лаборатории, подумал Лон, когда дверь закрылась. Он сердился на себя за то, что не имел упорства Марта. А ему всего лишь нужно было пойти с Мартом и продолжить Игру, даже рискнув этим лабораторным часом. Он мог пойти с Мартом. И Март...

Просто невероятно! Значит, можно обойти самый строгий запрет? И Март сейчас уже выходит Наружу? Лон помотал головой.

Потом он прошел во внутреннюю лабораторию и осмотрел свое оборудование. Подумал над тем, как прошел прошлый эксперимент, и сел за лабораторный стол, не чувствуя вообще ни малейшего желания работать. Посидев, Лон решил, что не станет проводить сегодня никаких исследований. Вместо этого он просто почитает.

И Лон написал запрос на книгу — книгу по Древней Истории, которую начал читать в свое прошлое свободное время. В книге описывались странные, тяжелые, но захватывающие времена до Эпохи Уничтожения Болезней — те времена, когда еще не были построены Секторы и все Человечество не спряталось в гигантские закупоренные здания.

Лон бросил запрос в пневмотрубу, и обернутая в защитный пластик книга прибыла почти сразу же. Лон с жадностью схватил ее и начал читать о тех удивительных временах.

В главе, которая наиболее заинтересовала его, описывались болезни двадцатого века. У них были странные, запрещенные названия: туберкулез, полиомиелит, рак и даже что-то под названием простуда, от которой, очевидно, то и дело страдали почти все люди.

В Медицинском Университете его учили, что эти болезни постепенно побеждались человеком. Вакцина Салк уничтожила полиомиелит, Луч Кеннели покончил с угрозой рака, антигистаминовые препараты ликвидировали простуду. Все это демонстрировалось в Музее Медицины на Восемьдесят шестом этаже, но все эти лекарства стали не нужны с тех пор, как был построен Сектор IV.

По мере того как исчезали заболевания, у людей снижался и иммунитет к ним. Поэтому Сектора и строились герметичными, чтобы преградить путь любой заразе Снаружи.

Как же тогда, спросил себя Лон, Старшие выпустили Марта Наружу, нарушив герметичность и поставив под угрозу заражения, а значит — и само существование, Сектора? Это же вообще какая-то бессмыслица.

Лон читал до конца своего свободного периода, после чего, разволновавшись, отправил книгу обратно в пневмотрубу. Когда период, добытый выигрышем в Игре, закончился, он вернулся к своей текущей работе. Через два часа Март должен вернуться Снаружи, и Лону не терпелось узнать, как там вообще и что делается.

Скользили минуты, собираясь в десятки, а те в часы, пока почти вплотную не подошло время возвращения Марта. Задумавшись, Лон ускользнул из дневной рутины и ждал, ждал...

Внезапно зазвучал зуммер видеофона, и на экране возникло лицо Старшего Престона, казавшееся еще более мрачным, чем обычно.

— Джексон? Снаружи возвращается больной. У тебя ведь в Бюро есть защитный костюм? Даю тебе приказ проверить состояние больного и уничтожить его, пока он не заразил весь Сектор.

Потрясенный, Лон стал действовать чисто рефлекторно. Он машинально надел Шлем Безопасности и на руки натянул стерильные перчатки. Очень быстро роботы принесли человека в большом защитном скафандре и положили его на диагностический стол. Потом ушли так же молча, как появились.

Даже еще не глядя, Лон знал, кто это. На столе лежал Март Дрю, кашляя и чихая — симптомы древней простуды, бывшие когда-то мелкой неприятностью, но теперь являвшиеся смертельной угрозой антисептическому мирку Сектора IV.

Но почему? Почему Старшие сознательно позволили Марту выйти Наружу и заразиться, так что теперь не оставалось ничего иного, как уничтожить его?

Внезапно Лону явился очевидный ответ. Они хотели убрать Марта. Они узнали об его странных идеях и решили избавиться от него. И поняв это, Лон пришел к внезапному решению.

— Вам это так не сойдет! — закричал он потушенному экрану. — Я не стану исполнять для вас роль палача! Предполагается, что Медик предназначен лечить, и я буду лечить Марта!

Выкрикнув это, Лон задрожал, осознавая, что нарушает прямой приказ Старшего ликвидировать опасность заражения, но — странное дело! — его почему-то это не слишком волновало. Ликвидация опасности означала ликвидацию Марта. Так думали Старшие. Но Лон не станет этого делать, поскольку была возможность спасти Марта.

Экран видеофона внезапно вспыхнул, на нем снова возник Старший Престон.

— Ты уже сделал это?

— Еще нет, — ответил Лон, вызывающим жестом выключил экран и рванулся к двери.

Черт с ними, с Инструкциями, отчаянно думал он. Что значит приказ Старшего по сравнению с жизнью человека!

Лон мчался по коридору с такой быстротой, с какой только позволяли его не привыкшие к бегу ноги. Наплевав на лифт, он понесся по лестнице на Восемьдесят шестой этаж Сектора, а потом стрелой по коридору в Музей Медицины.

Там он буквально носился среди витрин и стеллажей, то и дело останавливаясь и всматриваясь сквозь стекло. Наконец он нашел то, что хотел — шприц Антигистамина.

Мгновение Лон колебался, потом разбил кулаком стекло, даже не заметив боли и крови на костяшках порезанных пальцев и не услышав шипения вырвавшегося из разбитой витрины газа-консерванта. Лон уже протянул руку и схватил шприц, когда появились два робота.

Он бросился обратно, прячась за стеллажами, обогнул их и понесся по лестнице. Обернувшись на бегу, он увидел, как столкнулись друг с другом сбитые с толку роботы.

Когда он вернулся в свое Бюро и достал шприц, то совсем задохнулся. Хрипя, Лон начал открывать защитный костюм лежащего.

В ушах звенел вой сирен, кто-то вдалеке кричал о карантине, но Лон не обращал на все это внимания и продолжал заниматься своим делом — лечить больного.

Два часа спустя он молча стоял в кабинете Старшего Престона — спокойный и донельзя довольный собой. Теперь его не пугал этот мрачный старик.

— Просто невероятно, Джексон, — бушевал тем временем Старший. — Показное нарушение всех Инструкций, которое влекло за собой опасность заражения всего Сектора, кража из Музея... — Лицо старика было искажено гневом и ужасом.

— Я уже дважды объяснял вам, зачем это сделал, — сказал Лон, когда тот замолчал. — Попытаюсь еще раз. Я не собирался исполнять ваш жестокий и бессмысленный приказ, поскольку по нему я должен был убить своего друга, а в моих силах было спасти его.

— Это я уже слышал, — огрызнулся Старший. — Но разве ты не понимаешь, что ради блага всего Сектора нужно было немедленно уничтожить источник заражения?

— Тогда зачем вы отправили его мне? — сердито воскликнул Лон. — Вы же знали, как я поступлю. Почему же вы не уничтожили его самостоятельно?

Старший улыбнулся.

— Это я скажу тебе позже.

— Почему бы вам тогда не перейти к сути дела, Престон? — рявкнул Лон.

Он больше не чувствовал ни страха, ни опасений. Он уже совершил самое тяжкое преступление, а дважды его казнить все равно не могли.

— Что вы собираетесь сделать со мной? Как именно наказать? Быстренько покончить со всем, пока не поползли слухи, верно?

— Наказать? — на лице старика появилась странная улыбка. — Иди-ка сюда, Джексон. Я хочу кое-что показать тебе.

Старшие включил экран-окно, на котором появились звезды. Он указал на них рукой.

— Звезды, — сказал он.

— Ну и что? — не понял Лон.

— Здесь, на нижних этажах, мы создаем корабль, — сказал Старший Престон. — Космический корабль, который полетит к звездам. И этому кораблю нужен экипаж и, главное, колонисты для освоения нового мира. Колонисты должны быть людьми умными, способными мыслить самостоятельно, гибкими, смелыми, короче, людьми, способными действовать в чрезвычайных ситуациях и нарушающими инструкции в случае необходимости. У нас еще мало таких людей. Жизнь в Секторах слишком хорошо регламентирована, здесь не существует никаких проблем. И люди становятся вялыми и зависимыми. Вырождается их приспособляемость к суровым условиям жизни.