Роберт Силверберг – Планета Горгоны (сборник, том 1) (страница 20)
— Джим... Что нам делать?
Я повернулся к Джойс. Она пригнулась, когда в окно ударило копье, и теперь скорчилась на полу. Я привлек ее к себе. А туземцы снаружи начали какое-то дикое, ритмичное скандирование, сопровождаемое ударами чего-то вроде барабанов, которое, несмотря на наше положение, постепенно стало затягивать меня.
— Не волнуйся, — сказал я Джойс, помотав головой, чтобы сбросить наваждение. — Никакие дикари с копьями не могут тягаться своими куцыми умишками с землянами.
— Но их так много, Джим!
— Все в порядке, детка. Мы победим их, как и весь этот мир. В любом случае он слишком хорош для кучки грязных дикарей.
Я переключил бластер на широкий луч и вернулся к окну. Пока я не хотел никого убивать. Я хотел лишь слегка подогреть их, чтобы они убежали и рассказали остальному племени, что нужно держаться подальше от нашего дома.
Ритмичное скандирование снаружи становилось все громче, и время от времени очередное копье со стуком ударяло в стену дома.
Дикари уже прыгали вверх-вниз и со всей мочи орали, очевидно, пытаясь прогнать злого духа, опустившегося на их территорию.
Я осторожно чуть приоткрыл окно. Их песнопение стало еще слышнее.
— Эй-ха, эй-ха! Йя-йя! Эй-ха!
Джойс задрожала.
— Они похожи на дьяволов!
— Это просто первобытные дикари, — сказал я. — Дай мне несколько дней, и они станут у меня совсем ручными.
Я приоткрыл окно чуть больше, но не успел прицелиться, как один из туземцев швырнул копье прямо в окно. Я отпрянул. Блестящее лезвие копья длиной сантиметров в десять попало точно в щелку, но мощная рукоятка не смогла пролезть, и копье застряло. Я протянул руку и потрогал острие.
Оно было острым. Очень острым. Позади я услышал тихий испуганный плач Джойс и, как ни странно, именно он стал раздражать меня больше всего. А я считал ее более храброй.
Я снова глянул в окно, стараясь, чтобы меня не заметили, и высунул дуло бластера в щель. Туземцы все еще прыгали на вырубке, но ни один из них не перебрался через мою хилую оградку из лежащих бревен. Они просто кричали, пели и махали факелами. Я убедился, что бластер действительно установлен на широкой луч, и нажал курок.
Нежный желтый луч пронзил ночь. Как только он коснулся первого туземца, я услышал, как его пение завершилось взвизгом боли, но он остался стоять на месте. Все они орали и прыгали, вскрикивая от легких ожогов, пока самый большой туземец с лентой вокруг талии — очевидно вождь — не выкрикнул какой-то приказ. Тогда они немного отступили.
Я не сводил луча с вождя, пока жар бластера не победил его упорство. Он тоже покинул свою позицию и отошел подальше, но перед этим все же швырнул копье в окно. Хороший был бросок, хотя и бесполезный. Затем он повернулся и вместе с остальными побежал в джунгли.
Некоторые туземцы, когда я принялся их поджаривать, попрыгали в озеро, и теперь я направил луч туда и подогревал воду, пока она не начала пузыриться. Визги обданных кипятком туземцев, несущихся от озера в джунгли, звучали музыкой в моих ушах.
Я продолжал водить лучом, пока от туземцев не осталось и следа. Двойные луны освещали немного обуглившуюся траву вырубки. Все стало тихо, словно ничего и не было. Тогда я убрал бластер и закрыл окно, после чего повернулся к Джойс.
Джойс сидела на одном из чемоданов и тихонько плакала. Я подошел и заключил ее в объятия.
— И что нам теперь делать? — спросила она. —
Лицо ее было мокро от слез.
— Не волнуйся, — как можно увереннее сказал я. — Я одолею их. Мы уже одержали первую победу. Возможно, они так перепугались, что больше не вернутся.
— Они вернутся, — возразила Джойс. — И они будут повсюду, по всей планете. Как мы можем чувствовать себя в безопасности, зная, что джунгли кишат ими. А наши дети...
— Но откуда мы знаем, может, они вполне мирная раса.
— Мирная? После такого приветствия? — Глаза Джойс сверкнули, и я рад был увидеть, что к ней возвращается прежний задор. — Они будут постоянной угрозой! Мы ни на секунду не сможем расслабиться на этой планете!
— Я не думал, что они... — начал было я, но тут же замолчал.
— Джим! — Джойс не нужно было выслушивать мою фразу до конца, чтобы все понять. — Так ты знал еще до прилета сюда, что здесь есть разумная жизнь?
Я опустил голову.
— Знал, — сказал я, чувствуя себя виноватым как никогда.
— И все-таки полетел! Да еще привез сюда меня, хотя знал, насколько опасно будет жить на Новом Кройдоне!
Я ничего не сказал. Что уж тут говорить. Я просто стоял в темной комнате нашего сборного домика, а в окна лился серебристый свет двух лун. Какое-то время спустя Джойс встала и подошла ко мне.
— Ну ладно, — сказала она. — Значит, ты так хотел улететь с Земли, что согласился на планету, которая могла быть опасной, лишь потому, что это было первое, что тебе предложили. Ну что ж, эксцентричный мой муж, я просто вынуждена это принять. Что ты планируешь делать дальше?
Я схватил ее за талию, привлек к себе и поцеловал.
— Вот это, — сказал я после долгого поцелуя.
Она чуть отстранилась от меня.
— Но так же не может продолжаться вечно. А что будет утром, когда туземцы вернутся?
— Об этом мы утром и подумаем, — ответил я, многозначительно тронув рукоятку бластера. — А сейчас давай немного отдохнем? Завтра нас ждет напряженный день.
Ночь была беспокойная. Пару раз я просыпался, и мне казалось, что я слышу ужасное «Эй-ха!» толпящихся снаружи туземцев, но все было тихо. Тем не менее, всякий раз, просыпаясь, я видел, что Джойс не спит, а широко открытыми глазами глядит в потолок.
Утром мы оба чувствовали себя измученными. Даже чистенькая первобытная заря на Новом Кройдоне была потрачена на нас впустую. Мы думали только о том, что наступает новый день тяжелой работы и бессменной вахты.
Мы поспешно принялись за работу — распаковали остальную часть Комплекта для Выживания, подаренного нам Правительством, и разложили все по местам. В последней коробке я с радостью обнаружил Автоматический Переводчик. В том случае если мы когда-либо вступим в дружеские отношения с местным населением, он сэкономит нам массу времени, поскольку не придется учить туземный язык.
А в полдень вернулись туземцы. При свете дня они казались не такими жестокими, как в полумраке ночи. Они по-прежнему были большими и уродливыми, но выглядели уже не такими угрожающими, как прежде. Они окружили наш двор с хилым заборчиком, держась при этом на расстоянии, — я, кстати, заметил на многих из них признаки их знакомства с бластером прошлой ночью — и принялись что-то бормотать.
Мы оказались в осаде.
Я достал бластер.
— Преподам им еще один урок, — заявил я. — В конце концов они научатся держаться от нас подальше.
И я повернул рычажок, увеличивая интенсивность луча.
Но Джойс схватила меня за руку и заставила опустить оружие.
— Успокойся, правитель, — сказала она. — Давай-ка сначала хорошенько подумаем.
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что ты ничего не достигнешь, если станешь палить в них каждый раз, как они появятся. Ты лишь разозлишь их, и они соберутся такой толпой, какую ты не сможешь перестрелять. И что затем?
Я покусал губу. Я сам уже думал об этом, просто не хотел пугать Джойс, показывая ей истинную серьезность нашего положения. Но получается, что нет нужды щадить ее чувства. Она и так все уже знает.
— Это грубый подход, — продолжала она. — Нас тут всего двое чужаков против всей планеты. Мы не знаем, сколько живет здесь туземцев, но ты не можешь воевать со всеми.
— А что мы еще сможем сделать, если не уничтожить их? — спросил я.
Впервые я почувствовал полнейшую безнадежность нашей ситуации, глядя на слоняющихся снаружи туземцев. Казалось, они готовили нам что-то новенькое. Я был сердит. Это была моя планета, мой мир, и казалось несправедливым, что местные дикари вот-вот все испортят.
— У нас есть Переводчик, — сказала Джойс. — Мы можем поговорить с ними. Вот в чем наш выход.
— Поговорить? О чем?
— Мы можем выдать себя за богов. Они выглядят достаточно примитивными, чтобы оказаться легковерными. Ты можешь сделать на скорую руку несколько поддельных чудес, а потом мы скажем речь. Если мы произведем на них сильное впечатление, то они надолго запомнят его и станут относиться к нам с уважением.
— Звучит-то прекрасно, — ответил я, — но есть одна загвоздка. Мы должны быть не дальше чем в десяти шагах от них, чтобы использовать Переводчик. А они наверняка станут держать дистанцию, как и нам, впрочем, следует. Опасно приближаться к ним. Ты видела, какие у них копья?
— Все равно нам придется рискнуть, — уперлась Джойс. — Мы оба выйдем к ним с Переводчиком и станем говорить с ними.
— Нет, — решительно покачал головой я. — Это слишком опасно.
Я выглянул из окна на толпу туземцев. Их стало еще больше, они окружили нас со всех сторон и хотя и не угрожали никакими прямыми действиями, но стояли уродливой толпой.
Все они собрались вне моего барьера из бревен. Но пока я смотрел, один из них — здоровенный, с лентой вокруг пояса, тот, что вызывающе терпел ночью действие моего теплового луча, — взобрался на бревна, перелез на нашу сторону и гордо направился к нашему домику.
— Дверь заперта? — спросил я.
— Да, — ответила Джойс. — Он не сможет войти.