Роберт Силверберг – Планета Горгоны (сборник, том 1) (страница 12)
— Быстро приведи их сюда! — рявкнул Президент Хорк. — Ирвину плохо. Мне нужен врач.
— Что случилось, сэр?
— Не знаю. Он без сознания и еле дышит. Может, какой-то вирус, который он подхватил тут, на Земле. Пошли лланишаи прямо в мой корабль... ситуация чрезвычайная.
Рой пристально взглянул на Президента, и в голове у него появился зародыш идеи. Разумеется, это было не к месту и вообще не этично, но данная ситуация не могла быть решена в рамках этики. Рой задумался...
— Да, сэр, — сказал он наконец. — Я немедленно поговорю с лланишаи, и один из них придет к вашему сыну.
— Спасибо, Рой. Мы все очень волнуемся.
Президент вышел из хижины и вернулся к себе в корабль. Рой расхаживал взад-вперед по комнате, игнорируя кресло, которое преследовало его и пыталось заставить сесть, легонько ударяя под коленки. Он мысленно старался все взвесить и оценить.
Лланишаи просит разрешение похоронить свою мать в почве Земли, а Президент напыщенно отказывает ему в этом от имени всех гуманоидов. Это неправильно. У лланишаи столько же прав быть похороненными на Земле, сколько и у самых гуманоидных гуманоидов.
Рой уставился в окно на длинные ряды печальных надгробий и две свежие пустые могилы.
Затем Рой поспешно пошел к президентскому кораблю. Жена Президента с тревожной миной на лице сама открыла люк.
— Входите, — сказала она Рою, спуская лестницу.
Из глубины корабля вышел с мрачным лицом Президент Хорк.
— Они не придут, — ровным голосом сказал Рой.
— Что?! Это же прямое нарушение их медицинского кодекса!
— Я указал им на это, — сказал Рой. — Они отказываются приходить, пока вы не позволите им похоронить на Земле их усопшую.
— Но это же уничтожит значение Земли как святыни! — взревел Президент. — Стоит нам только открыть Землю для одного чужака, как все захотят быть похороненными здесь!
— Совершенно верно, — сказал Рой, про себя начинаясь даже наслаждаться душевным разладом Президента. — Иеремия хочет установить прецедент для своего народа. И он воспользовался единственным доступным ему способом.
— Но что станут говорить по всей Галактике, если услышат...
Но тут Президента перебила его жена.
— Пусть они хоронят, где хотят, Эдмун, — голос у нее был почти такой же басистый, как и у мужа. — Какое это имеет значение? Лланишаи все равно очень походят на людей. И если они не помогут Ирвину... Если ты не сделаешь...
— Это шантаж! — проревел Президент. — Эти маленькие твари вздумали меня шантажировать...
— Но, Эдмун...
— Со мной это не пройдет! — рявкнул Президент. — Мне нравятся лланишаи. Но если это узнают избиратели... Часть из них и слышать не хочет о равенстве с лланишаи. А они еще вздумали меня шантажировать... твари!
— Эти твари могут спасти жизнь вашему сыну, — тихо сказал Рой.
— Ладно, ладно, — сердито проворчал Хорк. — Скажите им, что они могут похоронить своего покойника на Земле. Но...
Что бы там Президент ни хотел сказать, Рой не стал его слушать. Он повернулся и пошел через поле к кораблю лланишаи, тихонько насвистывая себе под нос.
Чуть позже к президентскому кораблю подошел Иеремия, сгибая и разгибая щупальца. Жена Президента провела его в каюту сына и предложила свою помощь.
— Я предпочитаю работать один, миссис Хорк, — ответил Иеремия в своей мягкой манере.
Жена Президента нервно взглянула на него и ушла.
Иеремия вышел через несколько минут. Рядом с ним шел веселый мальчик.
— Простой случай, — сказал Иеремия. — Очень простой, Президент Хорк. Не о чем было и волноваться. Я лишь прочистил левое легкое, чтобы устранить в нем запор. Мы, лланишаи, отлично созданы для таких операций. — И Иеремия протянул щупальца, ответвления на концах которых походили на волоски.
— Это удача, что лланишаи оказались на планете, когда это произошло, — сказал Рой. — Страшно подумать, что могло бы случиться, ведь на всей планете у нас только шесть смотрителей.
— Мы очень благодарны вам, — сказала миссис Хорк Иеремии.
Иеремия взглянул ей в лицо, находящееся почти на метр выше его головы.
— Не нужно никаких благодарностей, миссис Хорк. Это долг лланишаи, это то, ради чего мы живем. Служить Вселенной. Я скорее отрезал бы себе щупальце, чем отказался от выполнения своего долга по отношению к вашему сыну.
—
— Простите, — кротко сказал Иеремия. — Я не уверен, что правильно понял вас.
— Я сказал, шантажировали!
Рой побледнел. Вот-вот грянет взрыв, которого он опасался.
— Вы не против объясниться, президент Хорк? — сказал маленький хирург, очень по-человечески скрестив на груди все свои щупальца.
— Рой все рассказал нам, так что нечего строить из себя святую невинность! Вы отказывались лечить Ирвина, пока мы не разрешили вам похоронить на Земле вашу мать!
Лланишаи отскочил, словно ударенный молнией.
— Не верю своим ушам! То, что вы говорите, неправда! Обвинять лланишаи в нарушении кодекса и невыполнении долга... Это просто невероятно!
Рой почувствовал, как пот струится по всему его телу.
— Минуточку, Иеремия, — нерешительно сказал он. — Позвольте я все объясню.
— Не нужно ничего объяснять, — отрезал Иеремия. — Мы немедленно улетаем. Мы с женой решили похоронить мою мать на какой-нибудь другой планете. Мы опасаемся, что ее прах будет осквернен, если положить его в недостойную почву вашей жалкой планетенки!
Лланишаи с достоинством повернулся и пошел прочь. Он принял решение.
Хорк и Рой побежали за Иеремией по полю. Рой практически тащил за собой здоровенного Президента.
— Я могу все объяснить, — отчаянно заорал Рой оскорбленному донельзя Хорку. — Я только хотел заставить вас понять, что мнение избирателей еще не является высшим законом. Вы же понимаете в глубине души, что лланишаи во всем заслужили равенство. Сотни лет они были верными друзьями Человечества, и вдруг вы отказываетесь признать в них таких же существ, как мы с вами. Возможно, живя на этой заброшенной звездной свалке, я несколько оторвался от Человечества, но вы-то как Президент Галактики должны лучше понимать такие вещи.
Они достигли корабля лланишаи. Президент Хорк молчал с каменным лицом.
— Мне очень жаль, что пришлось применить силу, чтобы заставить вас дать разрешение, сэр, но иначе вы бы никогда не стали меня слушать, — в отчаянии продолжал Рой. — Все было бы в порядке, если бы вы отбросили дурацкие условности. А что если бы лланишаи действительно отказались вылечить вашего сына? Сейчас он был бы уже мертв.
— Знаю, — проворчал Хорк. — Пусть нас пустят.
— Иеремия! — позвал Рой. — Нам нужно поговорить с вами.
— Уходите, — раздался изнутри корабля грубый голос. — Мы улетаем.
— Нет, выйдите!
Открылся люк. В его проеме появился Иеремия. Лланишаи был взволнован, его щупальца отчаянно извивались.
— Давайте же, — подтолкнул Президента Рой. — Скажите ему, что вы были неправы. Проявите же благородство.
Хорку явно было трудно пойти на это, но Рой увидел, как Президент понял, наконец, опасность и зыбкость нынешней ситуации и сделал над собой воистину колоссальное усилие.
— Я хочу принести извинения, — сказал он после некоторых колебаний, — от имени всего Человечества. Впредь не должно быть никаких различий между гуманоидами и лланишаи. Я прослежу за этим, когда вернусь в Столицу.
— Уходите, — сказал Иеремия. — Мы улетаем на Марс, где я наконец смогу спокойно похоронить свою мать.
Рой прикусил губу. Теперь у него возникла новая проблема — он должен был вернуть уважение Иеремии.
— Ваша мать должна быть похоронена на Земле, — твердо сказал Президент, — как символ нашего всеобщего равенства.
— Но еще минуту назад вы назвали меня лгуном и шантажистом, — озадаченно сказал лланишаи.
— Это я во всем виноват, — прервал их обоих Рой. — Я солгал... И на это у меня была причина. Это я придумал, что вы не явитесь на помощь, пока ваша просьба не будет удовлетворена.
— Но это же была неправда! — заявил лланишаи.