Роберт Силверберг – Логовище дракоптицы (сборник, том 2) (страница 31)

— Прошлое не будет изменено, Ланой, — сказал Куэллен, чувствуя как хрипит его голос. — Вас мы запрем, машину вашу заберем и сами проследим, чтобы вернулись в прошлое все прыгуны. Мы не идиоты, Ланой. Мы станем внимательно отслеживать, чтобы все осталось так, как есть.

Секунду Ланой смотрел на него почти что с жалостью, точно на редкую бабочку, приколотую булавкой.

— Так вы хотите сыграть, КримСек? Почему же вы сразу не сказали мне это? В таком случае я вынужден буду предпринять кое-какие шаги, чтобы защитить себя.

Куэллену очень захотелось куда-нибудь спрятаться.

— И что вы будете делать?

— Может, мы побеседуем конфиденциально, Куэллен, — сказал Ланой. — Я ведь могу сказать то, что вы не захотели бы довести до сведения ваших подчиненных.

Куэллен взглянул на Брогга.

— Вы обыскали его?

— Он чист, — ответил Брогг. Можете ничего не опасаться. Мы будем в приемной. Пойдем, Мик...

Тяжело ступая, Брогг вышел из комнаты, за ним молча последовал Миккен.

Поскольку в кабинете осталось лишь два человека, Куэллен машинально протянул руку, чтобы немного прикрыть кислородный вентиль.

— Оставьте его, Куэллен, — сказал Ланой. — Мне нравится свободно дышать за счет правительства.

— Какую вы ведете игру? — сердито спросил Куэллен.

Ланой был совершенно порочным существом, оскорбляющим гордость и достоинство Куэллена.

— Я буду говорить с вами прямо, КримСек, — сказал Ланой. — Я хочу получить свободу и продолжать заниматься своим делом. Все это мне нравится. Это то, чего хочу я. Вы хотите арестовать меня и захватить мой маленький бизнес. Это то, чего хотите вы. Все правильно?

— Да.

— Так что у нас возникла ситуация противодействия взаимоисключающих желаний. Из двух сил победит та, что сильнее. Сильнее я, так что вам придется отпустить меня и забыть о расследовании.

— А кто сказал, что вы сильнее, Ланой?

— Я сильнее, потому что вы слабы. Я много чего знаю о вас, Куэллен. Я знаю, как вы ненавидите толпу и как любите одиночество и свежий воздух. Это весьма неловкие стремления и желания в нашем мире, не так ли?

— Продолжайте, — сказал Куэллен, в душе проклиная Брогга — никто, кроме него, не мог рассказать это Ланою.

— Поэтому вы либо отпустите меня, либо окажетесь в Классе Двенадцатом, а то и Десятом. Вам очень не понравится это, КримСек. Вам придется делить комнату с кем-нибудь еще, а сосед может прийтись вам не по душе, но деваться от него будет некуда. Потому что сосед может все доложить о вашем долгом отсутствии.

— Что значит — отсутствии? — хриплым шепотом спросил Куэллен.

— Но вы ведь будете отсутствовать здесь, когда сбежите в Африку, Куэллен.

Это все, подумал Куэллен. Все кончено. Брогг продал меня с потрохами. А поскольку Ланой владел этой тайной, то Куэллен был в полной власти у этого мерзкого кролика.

— Мне очень не хочется так поступать с вами, Куэллен, — тихо сказал Ланой. — Вы ведь неплохой человек, застрявший в мире, который вы не создавали и который не особенно любите. Но дело обстоит так — либо вы, либо я, а вам прекрасно известно, кто в таком случае всегда побеждает.

Шах и мат.

— Ладно, — прошептал Куэллен. — Я вас отпускаю.

— Я так и думал, что вы поймете меня, — сказал Ланой. — Сейчас я уйду, и вы больше не тронете меня. Тогда и Колл не узнает о вашем маленьком убежище.

— Убирайтесь! — сказал Куэллен.

Ланой встал, кивнул Куэллену и вышел из кабинета.

Глава IV

Когда Ланой уже ушел, появился Колл. Куэллен, закрыв руками лицо, увидел его краешком глаза и на миг подумал, что это вернулся Ланой. Затем резко поднял голову.

— Я хотел взглянуть на арестованного, — сказал Колл, — но что-то не вижу его.

— Я уже отправил его в камеру, — слабым голосом ответил Куэллен.

— Я проверю, — сказал Колл. — Мне он любопытен.

Он ушел, но тут же появился Брогг.

— Надеюсь, хорошие новости? — улыбнулся Брогг, как всегда лоб здоровяка был покрыт капельками пота.

— Хорошо, спасибо.

Куэллен умоляюще взглянул на помощника. Если бы только меня хоть на пару секунд оставили одного!..

— Но здесь я его тоже не вижу, КримСек, — продолжал Брогг. — У меня было несколько вопросов к нашему другу Ланою, но я не могу его найти.

— Я не знаю, куда он делся, Брогг.

— Вы в этом уверены, КримСек? Где он, Куэллен? — тон помощника стал вдруг угрожающим.

— Не знаю, — огрызнулся Куэллен, подумав о том, что Брогг впервые назвал его не по званию, а по имени. — Уходи.

Брогг улыбнулся какой-то хитренькой улыбкой и ушел, осторожно прикрыв за собой дверь. Куэллен развалился в своем пневмокресле, покачиваясь из стороны в сторону. Теперь все кончено. Если он не найдет Ланоя, его карьере придет конец, а если найдет — Ланой сдаст его. Куда ни кинь — везде клин!

Куэллен чуть ли не на цыпочках прошел в приемную, где Брогг впился в него странным взглядом, затем вышел на вечно переполненную улицу, поймал первую же быстролодку и полетел в свою квартиру. Как хорошо было остаться совсем одному! Он несколько раз прошелся взад-вперед, затем направился к стату.

Все что оставалось, этот шагнуть в него, и он окажется в Африке, на берегу реки с крокодилами. Там его никогда не найдут, и он сможет остаток дней провести тихо и мирно.

Фигня все это, мрачно подумал Куэллен. Нет там никакой безопасности, в этой Африке. Брогг знает о ней и Ланой знает. Уж кто-то из них двоих быстренько выдаст его. Нет, Африка не безопасна.

Кроме того, Куэллен почувствовал в себе что-то новенькое — ощущение, что он обманут, что он всю жизнь жил мучеником в перенаселенном мире. Сунув руки в карманы, он стоял перед статом и прокручивал в голове последствия своего нового ощущения. Мир, который сам не создавал, — так сказал Ланой.

И вся его вина вдруг куда-то исчезла, испарилась. Пусть Колл сам расхлебывает все это, подумал Куэллен.

Тут все и произошло.

В воздухе словно возник какой-то водоворот, и Куэллен почувствовал, что его выворачивают наизнанку и потрошат. Он плыл на фиолетовом облаке над каким-то неясным ландшафтом, а потом стал падать.

Во время падения он свернулся в клубок и покатился по толстому зеленому ковру. Остановился и пару секунд лежал неподвижно, впившись пальцами в землю.

Затем дернул рукой, и в кулаке осталась пригоршня «ковра». Куэллен недоуменно посмотрел на нее.

Это была трава.

Затем ветерок дунул ему в лицо, принеся с собой настоящее потрясение. Запах был, точно в помещении, наполненном кислородом, но ведь он лежал на улице.

Куэллен потряс головой и встал. Травянистый ковер простирался во всех направлениях, а прямо перед ним была густая чаща.

Куэллен видел деревья в Африке, но в Аппалачах их не осталось ни одного. Он смотрел во все глаза. Маленькая серая птичка, сидящая на нависающей ветви ближайшего дерева, начала щебетать, совсем не боясь Куэллена. Куэллен улыбнулся ей.

Одновременно он подумал о том, сколько же времени Колл и Брогг будут искать его, и справится ли Брогг с Ланоем? Куэллен надеялся, что нет. Брогг был негодяй, а Ланой, хотя и преступник, но джентльмен.

Куэллен пошел к лесу. Нужно отыскать реку и построить возле нее дом, подумал он. Дом тут можно построить такой величины, какой он захочет.

Никакой вины Куэллен не ощущал. Он был неудачником, заброшенным в ненавистный ему мир, и вот теперь сумел сбежать из него. А тут у него есть шансы на спокойную жизнь, все в его руках.

Из леса вышли два оленя. Куэллен ошеломленно замер. Никогда еще он не видел таких больших животных. Посмотрев на него, олени развернулись и пустились бежать.

Сердце Куэллена запело от счастья, когда он наполнил легкие сладостным воздухом. Марок, Колл, Спаннер, Брогг — все они начали исчезать, растворяться в туманной дымке. Старый добрый Ланой, подумал Куэллен. В конце концов, он сдержал свое слово.

Мой мир, подумал Куэллен. А я теперь — прыгун, возможно, совершивший самый дальний перелет.

Из леса появился высокий, краснокожий человек и остановился возле дерева, серьезно глядя на Куэллена. На нем была лишь кожаная набедренная повязка и сандалии, а в волосах торчало красивое перо. Краснокожий секунду глядел на Куэллена, затем протянул руку жестом, который сложно было бы не понять. И в груди Куэллена расплылось теплое чувство товарищества.

Улыбаясь, Куэллен шагнул к нему, чтобы подать протянутую руку.