Роберт Силверберг – Логовище дракоптицы (сборник, том 2) (страница 21)

— Мой отец наказывал мне прислушиваться к людям с длинными носами, — заявил Норб. — Он чуют проблемы даже там, где их нет и в помине.

— Думай как хочешь, Кендон. Ты так взволнован, что находишься на Земле, что не видишь ничего дальше кончика своего носа, который, к слову, очень маленький.

Норб растянулся на соломенном тюфяке и ничего не ответил. Прогулка через снег была утомительной, и ему хотелось немного поспать.

Казалось, прошел лишь миг, когда раздался робкий стук в стенку их комнатушки. Внутрь на цыпочках вошла девушка. Она была вся закутана в меха, исключая ее симпатичное, хотя и грязноватое, личико с высокими скулами. Лет ей было, судя по виду, около восемнадцати.

Норб молча ждал, когда она справится со страхом.

— Танец сейчас начнется, господа, — прошептала она. — Макнейл считает, что вам будет интересно.

Передав сообщение, она резко повернулась и убежала в коридор.

— Пошли, раз зовут, — сказал Дженнес. — Нас наверняка уже ждут.

— Идем.

Они пошли по коридору в том направлении, откуда доносился звук барабанов. Все сто два жителя Земли собрались в самой большой комнате подземного поселения. Они сидели единой группой, не считай Макнейла, который стоял впереди, и двух барабанщиков, сидевших в сторонке и терпеливо бьющих в барабаны из натянутых шкур.

— Мы готовы начинать, — сказал Макнейл. — Мы регулярно проводим эти танцы, но впервые у нас появились сторонние зрители. По этому поводу все очень взволнованы.

Макнейл сел у стены и попросил вегиан присоединиться к нему.

— Это единственный оставшийся у нас вид искусства. Остальным нам пришлось воспрепятствовать, потому что они бесполезны, но от этого, по крайней мере, люди получают хоть какую-то тренировку.

— А что это за танец?

— Это историческое театрализованное представление. Оно показывает историю Земли с самого ее расцвета до старости. Кстати, это напомнило мне... вы все еще думаете забрать население Земли с вами на Вегу?

— Да, — сказал Норб.

— Забудьте об этом. Мы не можем улететь. И не пытайтесь заставить кого-нибудь из детей улететь с вами.

— Но почему, Макнейл? Мы предлагаем вам бесплатный перелет и все удобства Вселенной на теплой планете, а вы отказываетесь. Вам что, так нравится жить в этой промерзшей дыре?

— Пожалуйста, шепотом, — сказал король. — Я не хочу встревожить своих подданных. Нет, разумеется, нам здесь не нравится. Но здесь не так плохо, как кажется на первый взгляд. Земля замерзала в течение тысячелетий, и мы привыкли к холодному климату. Но не в этом причина, почему мы останемся здесь. Вы узнаете ее во время танца. Кажется, они уже готовы начинать.

Барабанщики застучали в хитром ритме, и земляне в центре комнаты начали медленно двигаться. Они передвигались сложным образом, все быстрее и быстрее, извиваясь друг вокруг друга, точно змеи.

— Это Земля, какой она была раньше, — сказал Макнейл. — Переполненный дом Человечества.

Норб и Дженнес глядели, а движения становились все более быстрыми, земляне танцевали в сложном ритме, и па их все усложнялись.

Внезапно барабаны ударили, точно взорвались, и один из землян, вырвавшись из толпы, убежал в пустой угол комнаты.

— Первое межпланетное путешествие, — прошептал Макнейл.

Остальные танцоры продолжали двигаться плотной массой. Затем опять барабанная дробь, и второй танцор отделился и направился в другой угол.

— Второе путешествие, — шепнул Макнейл.

Танцоры двигались во все более головокружительном темпе, потом третий и четвертый разбежались по углам. Барабаны били как бешеные.

— А вот началось массовое бегство, — сказал Макнейл. — Большой взрыв, направленный вовне, оставил Землю почти безлюдной.

Барабанщики совсем взбесились, пока танцоры один за другим убегали из центра по углам, и там их скопилось больше, чем в середине комнаты. Оставшиеся в центре теперь начали двигаться более медленно.

В середине комнаты оставалось лишь десяток землян из первоначальных девяносто девяти. Они продолжали плясать, но все медленнее и медленнее. Затем один из них вырвался и убежал в самый дальний угол. За ним другой. Третий...

Наконец в центре осталось только три человека, медленно вращавшихся друг вокруг друга. Движения их становились все более стесненными, они корчились так, словно их ноги приклеились к полу. Медленно они опустились на холодный пол и остались лежать, все еще извиваясь. Движения затухали, теперь они лишь слегка шевелили пальцами ног. И вот, один за другим, совсем замерли.

Это было словно сигналом для всех танцоров. Они начали кричать, петь, трое из середины вскочили и присоединились к ним. Танец закончился.

Норб и Дженнес сидели, словно застыв от мороза.

— Вот наша последняя форма искусства, — сказал Макнейл. — Что вы о ней думаете?

— Все это замечательно, — сказал Норб, медленно приходя в себя. — Но я не совсем понял символику в конце. Почему трое последних не убежали, чтобы присоединиться к остальным на других планетах?

— Мне казалось, это очевидно, — сказал Макнейл, — но, возможно, я видел этот танец уже много раз. Смотрите, они улетели бы, но не могут, планета не позволяет им.

— Как это? — удивленно спросил Дженнес.

— Земля — очень одинокий мир, вегиане. Она больше не получает от Солнца много тепла и знает, что умирает. Но она не хочет умирать в одиночку. Почти все люди покинули ее, и она изо всех сил цепляется за последнюю сотню. Прошли уже века с тех пор, как землянину разрешили покинуть планету. Земля не хочет, чтобы мы улетали, и крепко держит нас.

— Не говорите так, Макнейл, — сердито сказал Дженнес. — Я знаю, вы думаете, что мы считаем вас дикарями, но это не значит, что вы должны этим кичиться. Есть много других причин, почему вы не хотите улетать. И не надо заваливать меня мифологией. Мы знаем...

Внезапно земля конвульсивно содрогнулась, и Дженнес полетел на пол.

— Землетрясение, — спокойно сказал Макнейл. — Оно теперь происходит всякий раз, когда Земля сердится. И я думаю, что вы рассердили ее, очень рассердили. Мне кажется, вам лучше вернуться на свой корабль, прежде чем не начались настоящие проблемы. Кельвин, проводите их к кораблю.

— Погодите. Прежде чем вы позволите нам уйти, мы хотим поговорить со своим командиром и узнать, что считает он.

— Не думаю, что он сумеет повлиять на нас, — сказал Макнейл. — Но пожалуйста, если вам так хочется.

Дженнес включил и начал настраивать рацию. Это довольно простое дело для такого опытного пилота, как Дженнес, но сейчас руки его дрожали, поэтому настройка заняла больше времени, чем обычно. Наконец он связался с «Хогсмитом», и в динамиках раздался знакомый голос Мукенника.

— Как дела? — спросил командир. — Мы видели, как вы идете в ту дыру вслед за землянином. Что там у вас происходит?

— Поговори сам, — шепнул Дженнес Норбу.

Норб занял его место у рации.

— У нас проблемы, командир, — сказал Норб. — Ну, мы нашли землян. Их тут сто два человека, и они утверждают, что это все население планеты.

— Они здоровы?

— Здоровее нас. Тут примерно минус пять градусов, и я думаю, что это поддерживает их в форме.

— Они дикари?

Норб оглянулся. Вокруг него тесно сгрудилась толпа любопытных землян.

— Нет, Мукенник. Но они... ну, и не совсем цивилизованы.

Норб услышал, как протестующе фыркнул Макнейл.

— Что вы имеете в виду? Вы предложили им покинуть Землю?

— Да, — сказал Норб. — Я рассказал им о Веге, но они не хотят лететь.

— Не хотят? Почему?

— Мы разговаривали со здешним королем, и он сказал, что дух Земли одинокий, он умирает и не хочет, чтобы все его покинули. Кажется, король имел в виду, что они бы не прочь перебраться в теплое местечко, но застряли здесь навсегда.

— О-о... — протянул Мукенник, он был явно разочарован. — Выходит, они не полетят?

— Нет.

На мгновение наступила тишина.

— Ну и не пытайтесь заставить их, — сказал наконец Мукенник. — Не хватало нам еще вмешиваться в туземные обычаи. Проще бросить все это, как безнадежное дело, и вернуться. Отчет мы потом пригладим. По крайней мере, мы нашли легендарных землян.

— Да, — сказал Норб, — по крайней мере, мы нашли их. Ладно, мы немедленно уходим к катеру. Готовьте воздушный шлюз, чтобы принять нас.

Поход по глубокому снегу туда, где блестел вертикально стоящий двухместный катер, был долгим и мучительным. Сопровождающий их Кельвин — старик оказался неутомим — с явным изумлением смотрел на космическое суденышко.

Норб и Дженнес начали подниматься по пандусу к люку катера. Кельвин остался внизу, глядя на них.