Роберт Силверберг – И рушатся стены (сборник) (страница 12)

Нет. Выбранный способ был единственным.

Гарднер осмотрел комнату. Сумка с драгоценностями на месте, генератор в ней. Индикатор на запястье. Оставалось три недели до того, как прибудет Деймон Арчер, последний член команды. Делать было нечего, кроме как ждать.

Гарднер решил, что в первую ночь нужно попытаться уснуть, но почти сразу же его разбудили раздражающие гудки телефона.

— Да?

— Вам звонят, мистер Гарднер, вам лучше спуститься вниз.

Он с трудом заставил себя встать с кровати и начать одеваться.

— Спасибо, — устало сказал он, — сейчас я спущусь.

На одевание ему потребовалось несколько минут. Когда он открыл дверь, за ней стоял ухмыляющийся мальчишка-лурионианин, явно ожидающий чаевых. Настойчивый дьяволенок, подумал Гарднер и дал мальчишке монету.

Мальчишка нехотя взял ее и отошел в сторонку. Гарднер тщательно закрыл и запер дверь.

— Ты покажешь мне, где телефон?

— Может быть...

Гарднер нахмурился и сунул ему еще одну монету.

— Телефон вон там, — махнул рукой мальчишка.

Телефон оказался общественным, без видеоэкрана.

— Алло? — сказал Гарднер.

— Мистер Уайт?

— Н-нет...То есть, да. Да, это Уайт, — торопливо сказал Гарднер. — А кто говорит?

— Ваш друг из старой страны, мистер Уайт. Может быть, вы не помните меня, но если бы мы могли увидеться, то вы бы поняли, что у меня в венах течет красная кровь.

Красная. Это был Сми.

— Хорошая идея, — сказал Гарднер, окончательно отходя от сна. — И где мы можем встретиться?

— Мне нравится бар на углу Тысяча Шестой и Переулка Огней, — сказал Сми. — Это в Северном Городе. Мы можем встретиться с вами там, скажем, через час.

— Отлично, — сказал Гарднер и повесил трубку.

Он не удосужился заранее договориться о сигналах тайной идентификации, но Сми оказался достаточно умен, чтобы найти способ идентифицировать себя, и чем короче был их разговор, тем более безопасен.

Гарднер вернулся наверх и проверил замок на своей двери, чисто из любопытства. Разумеется, к нему подходили — возможно, тот же мальчишка, который вызвал его к телефону. Но замок был не тронут, только исследован. Не было никакого способа вскрыть этот замок, представляющий собой единственную гигантскую молекулу, без ключа, а поскольку ключом являлось дыхание Гарднера, он особо не беспокоился, что его могут ограбить. Отпечатки пальцев можно подделать, но гораздо сложнее подделать дыхание человека, тем более землянина.

Гарднер дыхнул, и замок сжался в шар размером с его кулак. Прижав большой палец к обычному замку, Гарднер открыл дверь и вошел внутрь.

Кошелек лежал на своем месте. Гарднер достал из него несколько банкнот и снова убрал кошелек в сумку. Затем направился вниз и вызвал такси.

Сми оказался лысеющим коротышкой, но с какой-то внутренней жесткостью, которая объясняла, почему он выжил, а четверо остальных членов его команды — нет.

Он сидел в дальнем углу бара, потягивая зеленоватый напиток, когда вошел Гарднер. Гарднер сразу заметил его, память щелкнула и подсказала, что это именно Сми.

— Не возражаете, если я присоединюсь к вам? — спросил Гарднер.

Сми оторвался от своего стакана.

— Садись, друг. Тут много места.

Гарднер сел, подумав о том, узнан ли он, и сказал:

— Уайт приветствует тебя, мистер.

Тот ухмыльнулся.

— Привет, Гарднер. Рад, что ты здесь.

— Сми?

— Конечно.

Появился бармен и растерянно спросил:

— Что закажет землянин?

— Ну, дайте мне... то же самое, что и моему другу.

— Разумеется. Один халь, немедленно. Вы пьете его прохладным или теплым?

— Прохладным, — наугад сказал Гарднер.

Инопланетянин поставил перед ним наполненный стакан, и Гарднер задумчиво уставился на него, прежде чем опробовать. Он читал доклад Сми о несчастной судьбе своего предшественника. Затем он увидел, что Сми с любопытством наблюдает за ним.

— Прискорбное пристрастие к употреблению халя убило нашего друга, — заметил Сми.

— Знаю, — сказал Гарднер. — Мне просто любопытно.

Он нерешительно взял стакан и попробовал. Халь оказался сладким, с немедленным послевкусием. Это был весьма утонченный напиток, но не их тех, которые Гарднер захотел бы употреблять часто.

— Любопытный вкус, — сказал он. — Но вряд ли я стану ощущать потерю, если больше никогда не попробую его.

Коротышка улыбнулся.

— У каждого человека есть свой собственный яд. Дэвису понравился халь. Он заставил его забыть обо всем.

— Как я вижу, вы тоже пьете его. Тоже хотите забыть обо всем?

— Я здесь уже шесть месяцев, — сказал Сми. — Не так-то легко мне забыть обо всем при помощи бутылки. Когда должны прибыть ваши друзья?

— Через одну, две и три недели. Будет хорошо, когда мы соберемся все вместе, не так ли?

— Очень смешно, — сказал Сми и нахмурился. — Какие-нибудь проблемы?

— Проблемы?

— Я имею в виду, внутренние.

Гарднер понял, что имел в виду Сми, и покачал головой.

— Нет. Пока что нет. Но ведь впереди еще три недели, верно?

— Да. Три недели, — Сми отхлебнул свой напиток и провел толстыми пальцами по голове. — Это долгое время, Гарднер. Очень долгое.

Гарднер внезапно понял, что он пьян. Ну кто тут не будет пьян! — спросил он себя. Провести шесть месяцев на планете, которую вам велели взорвать. Он подумал о том, что будет с ним самим, если потребуется прожить здесь еще шесть месяцев. Он горячо надеялся, что Леопольд, Арчер и Веган доберутся сюда вовремя.

— Ты планируешь остаться на этом континенте? — внезапно спросил Сми.

— Да. А почему ты спрашиваешь?

— О-о... да так просто. Не считая того, что по исходному инструктажу это должна быть моя область. Ведь мы же не можем находиться все в одном месте.

— Естественно, — сказал Гарднер. — Я останусь здесь. Ты знаешь эти места получше меня, поэтому можешь двигаться дальше. Выбери себе континент на востоке.

Сми вздохнул.

— Ну, тогда ладно. Я поеду туда, когда придет время.