Роберт Силверберг – Девушка мечты (сборник) (страница 40)
Во внутреннем пространстве позади ступеней никого не было. Храм был осквернен, загрязнен, и пока не пройдет церемония очистки, там не могут проводиться никакие службы.
Пикеринг стоял между двумя высокими охранниками-лиминоррианами. Он по-прежнему был в форме, но выглядел так, будто он спал в ней, если вообще спал. И еще ему требовалось бритье. Его темное, словно высеченное из камня лицо хмурилось, но сам он оставался напряженным и неподвижным. Его охранники были вооружены обнаженными крисами с широкими лезвиями и выглядели так, словно готовы были использовать их при любой провокации. Оба они были далеко за два метра ростом. Пикеринг казался между ними каким-то странно уменьшившимся.
Слева от обвиняемого выстроились две шеренги жрецов в ярких одеждах. А позади них стояла гражданская полиция и местные функционеры. Перед Пикерингом на небольшом треугольнике сидели три лиминоррианина. Вокруг них было около двадцати шагов пустого места. На передней вершине треугольника сидел Махрлек, Великий судья, позади него и слева был Ахрунтинок, Хранитель истины, а справа, в великолепных одеждах Владыки, высилась огромная фигура Его — безымянного жильца короля, Мастера поселения — Его, кто отказался от своего имени, когда принял свой высокий сан, чтобы демоны не узнали истинное имя Мастера и не сумели навредить поселению.
Земляне ехали на джипе к храму до тех пор, пока собравшаяся толпа не стала слишком густой, загораживая дальнейший проезд.
— Нам придется выйти и дальше идти пешком, — сказал Норден.
Так они и сделали.
Толпа, казалось, таяла с обеих сторон от них, когда они единой шеренгой шли на площадь к ступеням храма. Проход между рядами огромных туземцев походил на шествие по кукурузному полю в конце лета. Тут даже женщины — и те были выше землян.
Наконец они добрались до площади, где проходил суд. Троица на открытом месте сидела неподвижно. Пикеринг на ступенях храма казался статуей.
Внезапно Мастер поднялся и простер вверх широко раскинутые руки, словно хотел охватить всех собравшихся. Когда он заговорил, голос его прокатился над толпой низким басом и, казалось, отразился от горной гряды, окружающей на горизонте Ирхик.
— Дети мои, наши предки из темноты смотрят на нас в этот день, чтобы увидеть восстановленную справедливость. Тот, кто оказался неправ, будет наказан правыми. Он будет испачкан, а потом очищен. А теперь начнем!
Когда утихли последние отзвуки его голоса, поднялся Ахрунтинок. Хранитель Истины ростом был почти с Мастера, но все же казалось, что пока он стоял рядом с Ним, ему чего-то недоставало.
— Человек с небес виновен в поношении, — просто сказал он. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы вынести ему приговор, восстановить справедливость и очистить храм. Да пусть преобладает белый свет справедливости.
— А я-то думал, что здесь должно состояться судебное разбирательство, сэр, — прошептал стоявший рядом с Норденом лейтенант Томас. — Эти парни ведут себя так, словно вина Пикеринга общеизвестна и доказана, а они здесь лишь для того, чтобы вынести приговор!
Норден кивнул.
— Я все вижу, лейтенант. Но законы Лиминорра не похожи на земные. Однако, не волнуйтесь.
Две шеренги жрецов внезапно разразились то ли песнопениями, то ли стихами, причем правая шеренга истошными голосами выкрикивала стихи, а левая повторяла их, акцентируя каждый четвертый слог. Это было не пение и не речь, а нечто такое, что длилось почти пять минут и казалось совершенно гармоничным. Пикеринг стоял, как замороженный, когда волны звуков хлынули на него слева и справа.
Потом молитва закончилась. Ахрунтинок опять встал и начал перечислять преступления Пикеринга, вставляя какие-то старомодные словечки, что на Лиминорре, вероятно, считалось юридическим диалектом. Норден с трудом следовал за его словами. Если бы он не знал заранее, в чем именно состоит дело Пикеринга, то, вероятно, не смог бы понять, о чем говорит Хранитель Истины.
Когда Ахрунтинок закончил, хор жрецов ответил еще одной напевной молитвой, на этот раз медленной и серьезной, произносимой, скорее, в минорных тонах. Норден был рад, что приказал Хеонгу принести карманный рекордер. По всей вероятности, сейчас был их единственный шанс записать эту форму музыкального искусства лиминорриан.
Норден взглянул на свои часы. Было уже восемь утра — судебное разбирательство продолжалось больше часа, — но пока что ни слова не было сказано в защиту Пикеринга. Понятие лиминорриан о правовой системе было удивительным, хотя и не чрезмерно. Туземцы были горячими людьми, преступника поймали на месте преступления, поэтому всем было все ясно.
Ахрунтинок поднялся в третий раз. На этот раз Хранитель Истины описал природу преступления Пикеринга в пяти-шести коротких предложениях.
— Храм должен быть очищен. Богохульное преступление должно быть смыто. Из этого человека, который стоит на ступенях храма, нужно изгнать демона. Молитва и ладан очистят храм. Молитва и ладан очистят поселение от богохульства. Но демона может изгнать только кнут!
Жрецы тут же повторили три последних предложения Ахрунтинока. Все это показалось Нордену просто сценой из «Аиды». Очевидно, суд был тщательно отрепетирован.
Когда жрецы замолчали, эти слова подхватили все собравшиеся на площади туземцы.
—
Норден поглядел на Пикеринга. Лицо подсудимого было совершенно бесстрастно. Зубы сжаты, губы стиснуты пока он слушал последние ликующие слова.
— Теперь я даю слово Великому судье поселения Ирхик, — сказал Ахрунтинок.
Поднялся Махрлек.
Старик занял место, освобожденное Ахрунтиноком, подождал минуту-другую, пока напряженность в воздухе не натянется настолько, что земля, казалось, была готова разверзнуться под ее напором. Наконец он воздел руки вверх, постоял так, затем быстро опустил руки.
Толпа крикнула, как единый человек.
— Храм должен быть очищен, — сказал Махрлек. — Поселение нужно очистить от духа богохульства. Но тот, кто одержим демоном, должен быть излечен. Демона нужно изгнать. Пусть землянина проведут по границе вокруг поселения мужчины с кнутами.
Норден почувствовал, как лейтенант Томас тихонько толкнул его локтем.
— Сэр, но ведь это убийство! Они захлещут его до смерти!
— Тихо, — прошептал Норден.
Пикеринг уставился вперед с каменным выражением лица, правда, на нем даже начала было возникать улыбка.
Норден затаил дыхание. Он хорошо натренировал Пикеринга ради этого момента. Только бы они не отклонились от своего ритуала!..
— Клянусь солнцем и небом, горами и снегом, что во мне нет никакого демона, — тихим, но твердым голосом сказал Пикеринг.
После его заявления наступила секунда потрясенной тишины — удивленные возгласы застряли в горле, умноженные на три тысячи глоток.
Ахрунтинок снова был на ногах, лицо его стало багровым, все спокойствие Хранителя Истины моментально исчезло.
— Невозможно! Немыслимо! Как он может принести такую клятву? Как находящийся во власти демона может клясться всем святым и счастливым?
Раздался хор голосов жрецов, пустившихся в богословский спор. Норден облегченно улыбнулся, все идет так, как надо. А хаос все ширился.
Теперь все были на ногах — Мастер, Великий судья, Ахрунтинок, — и уставились на Пикеринга. Охранники по бокам Пикеринга стиснули свои лезвия, но суеверно отодвинулись от него на несколько шагов.
Великий судья шагнул вперед на трясущихся ногах. Он сорвал с себя инкрустированный драгоценными камнями капюшон, который носил вокруг шеи, и протянул его задом наперед Пикерингу.
— Прикоснись к нему рукой и повтори, что ты сказал, — дрожащим голосом велел Махрлек.
Пикеринг холодно улыбнулся, схватил Капюшон Справедливости и повторил свое заявление. Старый судья поспешно вырвал у него капюшон и отошел назад.
На площади поднялись шум и волнение. Норден рассчитал все заранее. Он выбрал этот момент, чтобы выступить вперед, протолкался через толпу сельских жителей, стоявших с разинутым от удивления ртами, и вышел на свободное место.
— Как лидер землян, я требую права говорить об этом деле здесь и сейчас! — заявил он и глянул на Мастера.
— Говорите, — хриплым голосом сказал Мастер.
— Вы судили моего человека по своим собственным законам и заявили, что он одержим демоном. Но клятву, которую он только что произнес, не мог произнести никто, одержимый демоном. Правильно ли это?
Троица лиминорриан неохотно кивнула.
— Таким образом, этот суд вызывает сомнение. Согласно вашим собственным законам, остался лишь один способ, которым можно решить это дело. И я требую применить этот способ!
Туземцы обменялись взглядами.
— Испытание боем? — ворчливо спросил Махрлек.
— Да, — ответил Норден. — Испытание боем. Пикеринг будет сражаться с Хранителем Истины, чтобы все узнали, на чьей стороне в этом деле лежит справедливость!
Мастер громко рассмеялся. От смеха его лицо покрылось морщинками, а все большое тело задрожало.
— Ваш человек против Ахрунтинока?
— Да, — сказал Норден.
Мастер махнул рукой, и Ахрунтинок прошел по площади, остановившись перед Пикерингом. Хранитель Истины был сантиметров на двадцать выше землянина и по меньшей мере килограммов на сорок тяжелее.