Роберт Силверберг – Девушка мечты (сборник) (страница 33)
— Два года на Марсе, год на Венере, год в Поясе и год на Нептуне, — ответил Рольф. — Нептун мне не понравился. Лучше всего было в Поясе, там мы летали на исследовательском корабле. На Церере мы сделали кучу денег. Половину из них я потратил на Нептуне, но еще много осталось в запасе, и вот теперь не знаю, что с ними сделать.
Он не стал добавлять, что вернулся домой недоуменный, удивляющийся тому, почему он астронавт, а не наземник, и осужден жить в грязном Астрограде, когда совсем рядом, на другой стороне реки, стоит Йавк.
Они смотрели на его потертую одежду, на грязную, сложенную из песчаника лачугу. Он жил в старинном доме, построенном четыре-пять веков назад.
— Хочешь сказать, что ты богат? — спросил наземник.
— Несомненно, — сказал Рольф. — Как и каждый астронавт. И что же? На что я могу потратить свои сбережения? Мои деньги лежат в банках на Марсе и Венере. По законам я не могу получить их на Земле. Поэтому я и живу в Астрограде.
— А ты когда-нибудь видел город наземников? — спросил безухий, оглядывая тихие улочки Астрограда, где перед домами, сложа руки, сидели здоровенные, суровые мужчины.
— Раньше я жил в Йавке, — ответил Рольф. — моя бабушка была наземницей, там она меня и воспитала. Но я улетел в космос и больше не возвращался туда.
Оба наземника обменялись взглядами.
— Мы можем сделать тебе кое-какое предложение? — спросили они и вытянулись, затаив дыхание, словно знали, что их вот-вот побьют.
В дверях лачуги снова появился Кенеди.
— Эй, Рольф! Ты что, превращаешься в наземника? Отделайся сейчас же от этих малышей, пока у них не возникли проблемы.
Рольф повернулся и увидел нескольких астронавтов, стоящих на другой стороне улицы и с любопытством наблюдающих за ним. Он впился в них взглядом.
— Я делаю то, что хочу, черт побери, — крикнул он через улицу, потом повернулся к двум наземникам. — Ну а теперь валяйте, что хотели сказать.
— Я устраиваю вечеринку на следующей неделе, — сказал безухий. — Мне бы хотелось, чтобы ты приехал туда. Мы бы хотели послушать о жизни астронавтов.
— Вечеринку? — повторил Рольф. — Вы имеете в виду танцы, игры и все такое?
— Вам это понравится, — безапелляционно заявил наземник. — Мы все хотели бы, чтобы на нашей вечеринке были астронавты.
— Когда она состоится?
— Через неделю.
— У меня отпуск на десять дней. Ладно, — сказал Рольф. — Я приеду.
Он взял у наземника карточку, машинально взглянул на нее, увидел, что того зовут Кэл Квинтон, и сунул карточку в карман.
— Договорились, — сказал он. — Я приду.
Наземники тут же отправились к своему маленькому реактивному автомобилю, благодарно улыбаясь. Когда Рольф переходил улицу, другие астронавты провожали его холодными, недоуменными, пристальными взглядами.
Кенеди был почти так же высок, как Рольф, и еще более ужасен. Брови Рольфа были прямые и тяжелые. У Кенеди были массивные, нависающие, густые брови. Нос у Кенеди был давно уже сломан в какой-то драке в баре, скулы выпирали, лицо выглядело сильным и твердым. И что еще более важно, его левая нога была искривлена, и он стал хромым, без всяких надежд на помощь самых дорогих хирургов. Увечье он получил во время взрыва реактора три года назад и больше не мог работать на космических линиях. Так что его проводили на пенсию. В договор входило владение обветшалым, старым домом в Астрограде, который он превратил в пансион для временно проживающих астронавтов.
— И для чего тебе это надо? — спросил Кенеди. — Разве тебе было недостаточно общения с этими двумя наземниками, и ты хочешь пойти плясать на одной из них вечеринок?
— Отстань от меня, — пробормотал Рольф.
— Разве тебе нравится жить в грязи? Астроград — просто гетто, и этим все сказано. Наземники швырнули тебя прямо в навозную кучу. Ты для них даже не человек, а просто дрессированная обезьяна. И ты собираешься пойти и развлекать их? Я думал, что у тебя есть мозги, Рольф!
— Заткнись!
Рольф стукнул стаканом по столу, стакан подпрыгнул и полетел на пол, где благополучно разбился.
Девушка Кенеди, Лэни, вошла в комнату при звуке битого стекла. Она была высокая и сильная, с прямыми темными волосами и острыми скулами, которые выдавали в ней астронавта. Она тут же наклонилась и начала собирать битое стекло.
— Дурацкий поступок, Рольф, — сказала она. — Это будет стоить тебе пол кредитки. И нужно тебе так тратиться?
Рольф молча положил на край стола монету.
— Лучше скажи своему дружку замолчать. Если он не перестанет подкалывать меня, то я поломаю ему вторую ногу, и тогда ты сможешь носить его на руках, точно куклу.
Девушка посмотрела сначала на одного, потом на другого.
— И чего вам не живется мирно?
— Утром здесь была парочка наземников, — сказал Кенеди. — слонялись повсюду. Им понравился наш молодой друг, и они пригласили его к себе на вечеринку. И он принял их предложение.
— Он
— А почему я должен спятить? — сказал Рольф, пытаясь говорить спокойно. — Почему мы должны все время сторониться наземников? Почему две наши расы не могут собираться вместе?
Лэни поставила свой поднос на стол и села рядом с ним.
— Это не просто две расы, — терпеливо сказала она. — Наземники и астронавты два совершенно различных вида, Рольф. Просто генетически различных. Они маленькие и слабые, мы крупные и сильные. Они не могут жить и работать в космосе, они могут выжить лишь на Земле, потому что слишком слабы, чтобы куда-то летать. Граница между нашими видами слишком сильна, ее невозможно сломать.
— А еще они обращаются с нами просто по-свински, точно с животными, — добавил Кенеди. — Ну так это они — животные. Они просто не могут жить, как люди.
— Не ходи на их вечеринку, — сказала Лэни. — Они просто хотят посмеяться над тобой. Они будут говорить: глядите на большую обезьяну.
Рольф встал.
— Вы не понимаете. Никто из вас не понимает меня. Я вышел из наземников, моя бабушка с материнской стороны воспитывала меня, как наземника. Она хотела, чтобы я стал наземником. Но я рос все больше и становился все сильнее. Она даже водила меня к пластическому хирургу, полагая, что он может прекратить все это. Что может сделать меня похожим на наземника. Хирург был маленьким, хрупким человечком, длинноносым и тонкогубым, как и все остальные наземники. Я был вдвое больше его, хотя мне было только пятнадцать. Хирург осмотрел меня, ощупал мои кости и измерил меня со всех сторон.
— Здоровая обезьянка, — вот что он сказал.
Затем он добавил моей бабушке, что я буду становиться все крупнее и здоровее, и никакая их хирургия не сможет сделать меня маленьким и красивым, так что я гожусь только для космоса и не должен жить в Йавке. Поэтому на следующее утро я уехал записываться в астронавты.
— Понятно, — спокойно сказала Лэни.
— Я не попрощался навсегда. Я просто уехал. В Йавке для меня не было места, я больше не мог выдавать себя за наземника. Но я хотел бы вернуться туда и посмотреть, на что походит прежняя жизнь теперь, когда я знаю, на что походит ее другая сторона.
— Тебе будет больно, когда ты это узнаешь, Рольф.
— Я рискну. Но я хочу пойти. Может, там будет моя бабушка. Хирурги несколько раз омолаживали ее, и когда я улетал, она была похожа на мою сестру.
Лэни кивнула.
— Нет никакого смысла спорить с ним, Кенеди. Он хочет вернуться туда и все увидеть сам, так не мешай ему.
Рольф улыбнулся.
— Спасибо за понимание.
Он достал визитку Квинтона и повертел ее в руке.
Рольф отправился в Йавк пешком, одевшись в лучшую одежду, с таким чистым лицом, каким оно было много лет назад. Астроград стоял на противоположной от Йавка стороне реки, и мосты, переброшенные через реку, ярко блестели в солнечном свете второй половины дня.
Бомбы падали на Йавк во время давно забытой войны и весьма сократили расстилающийся за рекой город. Но теперь Йавк был полностью восстановлен, как только землю очистили от радиации, в то время как Астроград состоял в основном из домов, которые были построены еще в двадцатом веке.
Раньше Йавк был самым большим морским портом в мире. Теперь это был самый большой в мире космодром. В небе над ним постоянно взлетали и садились корабли. Прилетающие на них пассажиры обычно оставались в Йавке, который сделался еще большей столицей, чем был перед Бомбежкой.
Йавк и Астроград походили на две совершенно разные планеты. Через реку между ними протянулись три моста, но большую часть времени они оставались пустыми, не считая астронавтов, возвращающихся домой, или астронавтов, направляющихся в космодром к кораблям. Между этими двумя городами не ходил никакой регулярный транспорт. Чтобы добраться из Астрограда до Йавка, можно было вызвать реактивное такси или идти пешком. Рольф решил пойти пешком.
Он наслаждался ходьбой.