Роберт Силверберг – Девушка мечты (сборник) (страница 32)
— Совершенно верно, сэр.
— Ладно. Выметайтесь все отсюда! Это серьезный вопрос, и его нужно решить немедленно.
Он взглянул на свои часы. Было тринадцать ноль-ноль.
— Можете объявить, что я обращусь с речью к специальному совместному заседанию Конгресса, который должен собраться в пятнадцать ноль-ноль, — заявил президент.
Конгресс собрался. Конгресс выслушал его речь. И когда Президент Эдджерли потребовал особых полномочий в связи с кризисом, конгресс предоставил ему их.
— Я совершенно не стремлюсь погрузить наш мир в войну, — сказал он звенящим голосом. — Но нужно поддерживать гордость Колумбии! Две иностранные державы угрожают планете, на которой родились наши предки, планете, на которой была самая прекрасная форма правления, известная цивилизованному Человеку.
Аплодисменты.
— Многие из нас посещали Землю, — продолжал Эдджерли. — Многие из нас стояли перед мерцающей мраморной глыбой, которая символизирует страну наших предков, страну, демократические традиции которой мы поддерживаем и поныне. Я говорю, разумеется, о памятнике Вашингтону.
Гром аплодисментов.
— Но в этот самый момент над Землей летают корабли иностранных миров. Причины их появления мы пока еще не узнали, их намерения в настоящее время нам неизвестны. Но Колумбия не должна оставаться в стороне! Там должны быть и наши корабли!
Дикие аплодисменты.
— Однако может случится так, что Новая Галлия и Новая Рутения планируют совместные действия против нас, но может случиться и так, что цели их совершенно мирные. Возможно, наша святыня на Земле будет уничтожена, но ее разрушение не останется безнаказанным!
Последовали овации стоя.
Тем же вечером тринадцать военных кораблей с подпространственными двигателями отбыли из Колумбии, вооруженные до зубов. Колумбиане были полны решимости посмотреть вблизи, какие такие планы и козни строят иностранцы.
Хроссаи, жившие на четвертой планете Альфа Центавра, представляли собой расу хмурых гуманоидов с унылыми, едва тлеющими глазами и облупленной сероватой кожей. В качестве одной из нескольких разумных рас нелюдей, открытых в Галактике, они являлись объектами умеренного любопытства, но никто не обращал особого внимания на их действия.
Команда земных социологов изучила их и подготовила интересный отчет об их способностях и отношениях. Отчет был бы встречен с гораздо большим интересом, если бы появился лет на пять-шесть позже, но, естественно, земляне даже не потрудились показать его властям Колумбии, Новой Галлии или Новой Рутении. Они вообще не относились серьезно к своим исследованиям. Земляне были хорошими музыкантами и писали неплохие стихи, но их «науку» считали смехотворной во всей Галактике.
Таким образом, когда хроссаи начали продвижение к Галактической империи, земляне оказались единственными, кто ожидал нападения. И на Землю должны были напасть первой.
Хроссаи, считая добрых людей Земли несерьезным противником, послали всего лишь десять кораблей и думали, что легко справятся с этой планетой.
Но Земля уже в течение четырех лет охранялась тридцатью двумя вооруженными до зубов военными кораблями, полностью укомплектованными командами, которые накопили в себе воинственность за четыре года политических трений и дергающего нервы бездействия.
— Это была короткая война, — заметил Джоран Кедрик.
Он со своим тощим компаньоном Амслером предпринял трансатлантический круиз сразу после короткого, захватывающего поединка в небесах и теперь глядел вверх, на самую высокую часть памятника Вашингтону.
— Держу пари, самая короткая война, когда-либо имевшая место, — рассмеялся Амслер. — Нашим защитникам, наверное, потребовалось меньше десяти минут, чтобы уничтожить корабли хроссаи, верно?
— Ну-у... да, — сказал Кедрик, изучая контуры мраморных игл. — Да, этот памятник выглядит гораздо симпатичнее, чем Эйфель.
— Что?
— Просто высказываю свое эстетическое суждение, только и всего, — усмехнулся Кедрик. — Но ты должен допустить, что план разработан отлично. Если бы мы обратились за помощью к любой из трех колоний, они не обратили бы на нас внимания или, возможно, послали бы парочку кораблей. Но, создав угрозу их святыням и слегка натравливая их друг на друга, нам удалось заманить к себе отличный космический военный флот, причем совершенно бесплатно! Ты понимаешь, что Земля обыграла хроссаи без единого выстрела?
Крошечная черная точка появилась на ярко-синем небе высоко над их головами, и когда ее осветили лучи солнца, она немилосердно заблестела.
— Что это? — спросил Амслер.
— Вероятно, колумбийское судно, охраняющее Памятник от нападения рутениан, — сказал Кедрик. — Они так и не поняли суть происходящего. Я думаю, они будут защищать нас вечно. Ну, во всяком случае, это гораздо проще и дешевле, чем держать собственную флотилию.
— Эй, умники, ничего если я сделаю несколько фотографий? — внезапно раздался громкий, скрипучий голос.
Оба землянина повернулись к задавшему вопрос. Это был турист, грузный, широкоплечий, очень загорелый — очевидно, колумбиец, который захотел навестить Памятник. Он размахивал стереоокуляром сложного устройства.
— Мы не против? — с сомнением спросил Амслер.
— Разумеется, нет! — ответил Кедрик. — Турист хочет сделать себе на память несколько снимков нас, урожденных землян. Почему же мы должны отказываться? Пусть у него будет представление о нашем примитивном, пасторальном пути развития.
Кедрик засмеялся, и через секунду к нему присоединился Амслер.
Колумбиец приблизился, направив на них камеру.
— И в чем соль шутки? — спросил он. — Что такого забавного?
— Да ничего, — с трудом выдавил Кедрик, продолжая смеяться. — Это просто очень старинная шутка. Вы бы не поняли ее суть.
— Я сам люблю пошутить, — добродушно сказал турист. — Ну ладно, это ваши дела. Вы не возражаете встать возле Памятника? Я хочу сделать прекрасные снимки, чтобы показать их потом дома.
СЧАСТЛИВЫЙ НЕУДАЧНИК
Рольф Деккер недоверчиво глядел, как худощавый, молодой наземник спускается по лестнице к лачуге Рольфа в Астрограде.
Появился еще один наземник. Этот тоже был маленького роста и производил то же самое впечатление хрупкости. Но у него, слава богу, были уши — и пара блестящих пятисантиметровых рожек на лбу.
Оба наземника были одеты в опрятные, инкрустированные золотом зеленые куртки, выглядевшие ужасно неуместно в грязном Астрограде, а волосы их были покрашены в светло-зеленый цвет, что соответствовало остальному облику.
Рольф глядел на них почти с полминуты, прежде чем они увидели его. Они тут же уставились на него, тот, что был без ушей, повернулся к своему товарищу и что-то ему зашептал. Рольф подался вперед, напрягая слух, чтобы расслышать его слова.
— ...красивый, не так ли? Это самый большой, которого я когда-либо видел!
— Эй, иди-ка сюда, — позвал рогатый мягким, нежным голосом, странно контрастирующим с хриплым ревом, к какому Рольф привык за время странствий по космосу. — Мы хотели бы поговорить с тобой.
Именно в этот момент из дверей лачуги появился Кенеди и захромал к лестнице.
— Эй, Рольф! — окликнул он. — Оставь эти создания в покое!
— Позволь мне сначала узнать, чего они хотят, ладно?
— Чего бы они ни хотели, это все равно закончится плохо, — прорычал Кенеди. — Скажи им, чтобы убирались отсюда, прежде чем я выкину их туда, откуда они явились. И пускай пошевеливаются.
Оба наземника встревоженно поглядели друг на друга. Рольф подошел к ним.
— Ему не нравятся наземники, только и всего, — пояснил им Рольф. — Но он не сделает ничего, лишь будет вопить.
Кенеди с отвращением сплюнул, повернулся и захромал обратно в лачугу.
— Я и не знал, что вы носите рога, — сказал Рольф.
Землянин зарделся.
— Новый стиль, — сказал он. — Очень дорогой.
— А-а, понятно, — сказал Рольф. — Я здесь новичок, только что вернулся. Пять лет в космосе. Когда я улетал, все люди выглядели одинаково, А теперь у вас вот рога.
— Это новая мода, — сказал безухий. — Теперь мы разные. Когда ты улетал, у власти были Приспособленцы и мода соответствовала им. Но теперь, как видишь, современные хирурги могут сделать почти что угодно.
Мрачная тень легла на лицо Рольфа.
— Что угодно?
— Почти что. Они не могут превратить наземника в астронавта, и не думаю, что когда-нибудь смогут.
— И наоборот тоже? — спросил Рольф.
Они захихикали.
— Какой же астронавт захотел бы стать наземником? Кто отказался бы от жизни среди звезд?
Рольф ничего не ответил. Он пнул кучу мусора на грязной улице.
— А где ты побывал? — спросил безухий.