Роберт Силверберг – Девушка мечты (сборник) (страница 28)

Убийством, хотя никто бы не нашел трупа ректора. Но он не настолько уж ненавидел Дэнсона. Поэтому Локридж отступил и попытался успокоиться.

Дэнсон обрел дар речи и почувствовал, что настала его очередь угрожать.

— Да вы просто псих ненормальный, — спокойно, полушепотом сказал он. — Я сомневался в вас уже тогда, когда нанимал вас на работу, но теперь у меня нет сомнений, как с вами нужно поступить. Когда попечители колледжа соберутся в понедельник, я рекомендую, чтобы вас не только немедленно уволили из колледжа Макфлекной, но и упрятали в психушку!

Говоря, Дэнсон надвигался, и Локридж невольно отступил.

— Вы еще не готовы работать в нормальном, почтенном колледже, Локридж. Я только надеюсь, что вы еще не безнадежно разрушили нашу репутацию! Я знаю, что не должен был нанимать постороннего, особенно из Гарварда! Только выпускник Макфлекноя может полностью понять традиции Макфлекноя. — Ему пришлось подняться на цыпочки, чтобы яростно заглянуть Локриджу в глаза. — Возвращайтесь в свою квартиру, — велел он, — и оставайтесь там! Если вас заметят где-то в другом месте, я прикажу полиции кампуса схватить вас и упрятать за решетку, понятно?

— Да, сэр, — слабым голосом сказал Локридж и попятился к двери.

На этот раз он пересек двор пешком, не осмелившись вторично довериться телепортации. Он подавленно шел по снегу, не обращая внимания на играющих в снежки студентов в дальнем конце двора, возле студенческого клуба.

Когда Локридж уже был на ступеньках, ведущих в квартиры преподавательского состава, один из студентов отделился от группы и побежал к нему.

Это был Рик Янсен, полузащитник, которому благоволила Кэрол. Подбежав, он поздоровался с Локриджем.

— Что тебе, Рик? — устало спросил Локридж, остановившись на ступеньках.

— Я виделся с Кэрол, и она сказала, что вы не хотите прийти на субботнюю игру. Это правда?

Локридж кивнул.

— Возможно, ты не слышал...

— Кэрол мне все рассказала, — сказал Янсен. — О картах и всем остальном. — На его лице на мгновение промелькнула улыбка. — Я даже не знаю, верю я в это или нет, но хочу сказать вам, сэр, что от имени нашей футбольной команды повторяю приглашение, которая сделала Кэрол. Окажите нам честь и придите на игру, сэр.

Локридж начал было рассказывать полузащитнику об угрозах Дэнсона, о том, что его заберет полиция кампуса, если заметит где-либо кроме своей квартиры, но затем передумал. Почему бы и нет? Почему бы ему не сделать прощальный жест Макфлекною? Так или иначе, в понедельник мне придется умотать отсюда, как только встретятся попечители колледжа, подумал Локридж. Но я ведь могу сделать так, что мой уход все запомнят надолго.

— Ладно, — сказал он. — Можешь сказать Кэрол, что я принимаю приглашение. Я приду на игру и скажу в перерыве речь.

— Великолепно, сэр! — с энтузиазмом воскликнул Янсен. — Это действительно будет...

— Эй, Янсен! — позвал кто-то. — Мы все тебя ждем!

Это был Хэл Келли, звездный питчер Макфлекнойского колледжа, но более ничем не примечательный студент. В смертоносной левой руке он держал плотно укатанный снежок. И тут же взмахнул этой рукой.

— Пригнитесь, сэр! — поспешно сказал Янсен. — Если он попадет в вас, то будет больно.

— Не волнуйся, Рик, — небрежно сказал Локридж, чувствуя, что у него появляется новая способность.

Он мысленно потянулся и отбил холодный снежок. Снежок попал прямо в живот пораженного левши-питчера, и тот сел в сугроб.

— Это просто пример, Рик, — сказал Локридж. — Можешь рассказать об этом Дэнсону.

Он повернулся и вошел в вестибюль.

Он достал блокнот и старательно записал все, что произошло за этот день, начиная с того момента, как проректор Кордмен подошел к его двери, и заканчивая телекинезом снежка. Это был полный отчет о событиях одного дня.

При этом Локридж чувствовал в себе сияющую уверенность, какой не знал никогда прежде, пока не вспомнил, что теперь всё — его академическая карьера закончена. С унынием он понял, что теперь на нем наклеен ярлык «псих ненормальный» и что он вынужден искать частного покровителя, который поддержал бы его дальнейшие эксперименты в области пси, а все это означало терпеть насмешки, шуточки, газетные статейки и остальные виды мучений, которые должен выносить любой, обладающий необычными способностями.

Затем его затуманенный взгляд прояснился. Локридж подумал о том, что до сих пор каждый кризис он встречал расширением своих способностей и сил. Первоначальная проблема состояла лишь в том, чтобы доказать себе, что сверхспособности вообще существуют. Пока он не начал свои исследования, он был убежденным скептиком. Но чем дальше он зарывался в исследования пределов человеческого разума, тем более зачарованным становился... и еще более скептическим. Так было до того дня, когда в голове раздался беззвучный щелчок и Локридж понял, что первый барьер пройден.

Он угадал двадцать пять из двадцати пяти карт Рейна-Зинера. Раз, затем другой в течение одного дня экспериментов. А после он начал угадывать их все время.

Это было начало. Остальные способности проявлялись одна за другой. Локридж улыбнулся. Я все равно одержу победу, решил он. У меня появляется туз в рукаве всякий раз, как меня пытаются забросать дерьмом, поэтому в понедельник я...

Затем Локридж вспомнил, что, вероятно, кризис разразится еще в субботу, когда он скажет речь на футбольном матче. Но он просто пожал плечами. Я справлюсь, подумал он.

Он включил фонограф и поставил пластинку с «Триумфальным маршем» Карпентера. Он хотел, чтобы его поддержала хотя бы музыка.

Эта суббота идеально подходила для футбола. День был холодный, свежий и ясный, с иронически-серым, безоблачным небом и легким, освежающим ветерком, дующим с севера. Это удивительно само по себе, подумал Локридж, потому что футбольные субботы неизменно оказывались дождливыми, мокрыми или противными как-то по-другому. За четыре года работы в Макфлекное он присутствовал всего на двух футбольных матчах, но не наслаждался игрой, а когда понял, что студенческий городок был практически безлюдным во время каждой игры и это давало ему возможность прогуляться по кампусу в полном одиночестве или посидеть в пустой библиотеке, он вообще перестал ходить на игру и каждую субботу наслаждался предоставленным ему одиночеством.

Тем не менее в эту субботу Локридж проснулся раньше обычного. Он почувствовал, что к двери направляется много людей, и даже успел наполовину одеться, прежде чем зазвонил дверной звонок.

Еще не совсем пришедший в себя после сна, Локридж открыл дверь.

— В чем дело?

Его приветствовала широкая улыбка, украшавшая лицо Рика Янсена.

— Это мы, доктор Локридж. Сегодня день игры.

— Ну и что?

— Я подумал, что вы еще не слышали новости. Кажется, Дэнсон узнал, что вы собираетесь прийти на игру, и планирует поставить возле вашей квартиры охранников как только взойдет солнце. Поэтому мы приехали раньше, чтобы увести вас отсюда. Мы будем держать вас в здании клуба до перерыва в игре, а к тому времени Дэнсону будет уже поздно что-либо делать. Не может же он арестовать вас на виду у всех.

— Вы просто не знаете Дэнсона, — сказал Локридж. — Но я доведу дело до конца. Дайте мне одеться, взять книгу, и я присоединюсь к вам через несколько минут.

ОН ПОСПЕШНО побрился и оделся, схватил первую попавшуюся книгу — это оказалась «Исповедь» Руссо — и отдался в руки студентов. Их было человек шесть, все члены футбольной команды. Они быстро повели его к старому драндулету.

Двухкилометровая поездка к стадиону Макфлекноя была мучительной, но в должный срок они подъехали к маленькому стадиону и вышли из машины.

Локридж в полном недоумении направился было к нему, но Рик Янсен свистом остановил его.

— Нет, доктор Локридж, вам нужно сюда.

Они привели его в здание клуба. Солнце только-только начало вылезать из-за горизонта, когда он вошел внутрь.

— Садитесь за любой столик, доктор. Они очень удобны для чтения. Мы принесем вам завтрак.

Через десять минут появились бутерброды и кофе. Локридж проворчал Янсену «спасибо» и стал ждать. Он терпеливо читал все утро. К полудню вернулись спортсмены, принеся ему ленч, и пока Локридж ел, они переоделись в форму. Локридж пораженно смотрел, как они слой за слоем наматывают на себя защитные повязки. Все же футбол, решил он, более грубый спорт, чем я думал раньше. И он возблагодарил себя в глубине души, что вместо футбола занимался в колледже Чосером и Донном.

— Игра начнется в час тридцать, — сказал Янсен. — Первый тайм должен закончиться примерно в три, если игроки Штата будут играть, как обычно. Тогда и наступит ваша очередь произнести речь.

— Ожидается, что я скажу что-то особенное?

— Да нет, просто обычную речь для поддержки нашего духа.

— Приложу все усилия, — кивнул Локридж. — Только держите подальше от меня Дэнсона и его прирученных хулиганов.

— Мы постараемся, сэр, — пообещал Янсен.

Когда началась игра, Локридж, накрытый одеялом, был проведен контрабандой на скамью игроков Макфлекноя, где сидел, опустив голову и стараясь выглядеть незаметным.

Первую половину игры он смотрел, почти ничего не понимая. Ему казалось, будто игроки Штата были все за два метра высотой, а игроки колледжа Макфлекноя выглядели карликами. Команде Штата первой выпало бить штрафной, и, хотя команде Макфлекноя в следующие десять минут удалось забить гол, положение ее не сильно улучшилось.