Роберт Силверберг – Девушка мечты (сборник) (страница 13)

— Алло?

Это был голос Лоры. Я облегченно вздохнул. Ведь это мог оказаться и старый Абель.

— Лора? Это Чак.

— Папа рядом, — сказала она, понизив голос. — Я не могу сейчас говорить.

— Только скажи мне, что, черт побери, он делает? Ты бы видела, как эти твари пили молнию!

— Я видела, — сказала она. — Я знаю, о чем ты говоришь.

— А Врата все еще открыты?

— Да. И они всё еще летят оттуда. Чак, Я... Я не знаю, что будет дальше. Я... Папа!

Раздались звуки какой-то возни, затем в трубке послышались короткие гудки. Секунду я глядел на трубку, затем осторожно положил ее на место. Потом сел на край кровати и долгое время глядел на свои мокрые носки.

Абель Харвуд отлично подходил под классическое описание психа. Мое положение подлинного ученого — даже если я всего лишь инженер, которому не доплачивают, — дает мне право сделать такое заявление.

Я проводил некоторые экспериментальные работы с силовым полем, когда познакомился с Лорой, и она сказала мне, что ее отец хотел бы поговорить со мной о том, над чем я работаю. Таким образом, однажды вечером меня пригласили в их дом на ужин, чтобы я рассказал о своем проекте, а затем старый Харвуд начал рассказывать о своем.

Это была ужасная мешанина и чушь. Трубы в иные измерения, силовые вихри и подпространственные конверторы. И сложнейшая аппаратура в подвале, для создания которой ему понадобилось двадцать лет и много тысяч долларов. Фантастическая теория о других измерениях и чужих расах. Я слушал, покуда хватало сил, затем сделал ошибку, высказав свое честное мнение.

Долгую секунду после того, как я закончил, Харвуд глядел на меня.

— Ты точно такой же, как и все остальные, — наконец сказал он. — Отлично, мистер Мэтьюз. Будьте так любезны, не приходите к нам больше.

— Как хотите, — сказал я ему. — Но я все равно думаю, что все это просто абсурд!

Месяц спустя я все еще так думал. А теперь появился этот вихрь, извергающий каких-то чуждых существ, которые питаются излучением. Псих он или нет, но Харвуда надо заставить выключить его чертову аппаратуру.

На улице продолжалась буря. Я включил радио и услышал треск статистических помех — единственный звук, который полился из динамиков. Неужели твари Харвуда нарушили радиосвязь на всех частотах? — подумал я, вертя ручки настройки приемника. Или они пьют их тоже?

И тут я подумал, что достаточно скоро узнаю об этом.

Вот так просто все и началось той ночью, когда из вихря Харвуда появились захватчики. Несколько дней были наполнены ужасом и паникой, носящимися толпами людей и быстрым крахом цивилизации.

Теперь все называли их Захватчиками. Тысячи этих существ летали над Нью-Йорком и его пригородами, пожирая электричество, нападая на людей, усугубляя в городе беспорядок и ужас.

На второй день в газетах появились кричащие пятисантиметровые заголовки:

ИНОПЛАНЕТНЫЕ СУЩЕСТВА ЛЕТАЮТ НА СВОБОДЕ!

А на третий день газеты уже не выходили. Из-за Захватчиков никто не смел высунуться из дома. Не было ни газет, ни радио, ни телевидения — были уничтожены все каналы связи.

На четвертый день со всех концов страны к нам начали прибывать вооруженные силы. Они прочесали весь город в поисках этих существ. Но пули не оказывали на них никакого эффекта. Они проходили прямо через тела Захватчиков и били по зданиям и фонарным столбам, словно ничего не стояло у них на пути.

Да будь проклят Харвуд, думал я, стоя у окна и глядя на бесплодные попытки военных хотя бы просто отогнать захватчиков. Все это время я знал, что омерзительный Вихрь был по-прежнему открыт и все больше захватчиков с каждой секундой выливалось в наш мир.

В каком-то смысле, странно было глядеть, что мир должен быть уничтожен именно так. Это был настоящий конец света, у нас не было защиты против Захватчиков, они спокойно сжигали и убивали людей, и ничто не могло их остановить. Улицы были блокированы, мы никуда не могли пойти и ни с кем не могли встретиться.

Связь была невозможна. Телефоны перестали работать с тех пор, как Захватчики обнаружили, что коаксиальные кабели обеспечивают их сочным излучением. Мы были окружены Захватчиками со всех сторон и ожидали конца.

Нетерпеливо расхаживая по своей комнате, я думал о Лоре. Как там она со своим отцом — отцом, который, вольно или невольно, принес разрушение в наш мир? Затем я глянул на свое оборудование, на свои еще незаконченные генераторы силового поля. И в голову мне пришла одна идея.

Сейчас мы были абсолютно беззащитны против Захватчиков. Но, возможно, если...

Я проработал всю ночь, наутро напился кофе и снова начал работать. У меня была всего лишь голая схема, но не оставалось ничего иного, чем продолжать работать над ней.

Наконец наступило утро. Снаружи снова раздался гул пушек и выстрелы, я выглянул из окна и увидел, как три прозрачных шара нависли над обугленным человеческим телом в военной форме. Я содрогнулся, вернулся к своему генератору и работал, пока голод не напомнил мне, что в доме нет ни крошки еды.

Выходит, это конец. Я еще не был близок к решению проблемы и понимал, что не смогу долго работать без еды.

Я снова выглянул наружу. Воздух был наполнен этими тварями, и я не посмел рисковать.

Тогда я снова вернулся к генератору и заставил себя продолжать работать.

Я работал и работал весь день, чувствуя все большую усталость, пока, когда уже начало смеркаться, я не заснул.

Я спал и внезапно был пробужден прикосновением руки к своему плечу и ударом грома снаружи. Я поднял голову.

— Лора! Что ты здесь делаешь?

— Мне пришлось бежать, — сказала она, дрожа от холода, с покрывшейся пупырышками кожей, поскольку на ней был только тонкий халатик и такая же тоненькая пижамка. — Пока папа не видел, я убежала из дома. Я убежала оттуда и не вернусь.

— Но как ты сумела пройти через?..

— Захватчиков? — кивнула она на окно. — Началась гроза. Они все устремились ввысь и снова начали пить молнии. Они вообще не обращали на меня внимание. Наверное, молнии казались им гораздо лучшей едой.

Она снова задрожала.

— Послушай, тебе нужно переодеться, — сказал я ей, бросая полотенце и мой халат. — Вот, вытрись и надень это, а затем мы сможем поговорить.

— Ладно.

Она исчезла во второй комнате и вернулась несколько минут спустя, уже сухая, но такая же бледная и напуганная. Она с любопытством поглядела на аппаратуру, которую я собирал, затем повернулась ко мне.

— Чак... Папа не в своем уме!

— Я давно уже знаю это, — сказал я.

— Нет, я имею в виду не это. Он окончательно свихнулся, Чак. Ты знаешь, что он вошел в контакт с Захватчиками? Знаешь, что он сознательно привел их сюда?

— Нет!

Она кивнула.

— Сначала он сумел наладить с ними связь через какой-то коротковолновый передатчик, а затем установил телепатический контакт. Они рассказали ему, как построить Врата — и он пропустил их! Они обещали подарить ему целый мир, когда покончат с нами!

Я стиснул кулаки и сердито поглядел на закрытое тучами небо.

— Сумасшедший! Я думаю, он уже много лет хотел отомстить всем людям за то, что они смеялись над ним. Но... Что в итоге произойдет с нами?

— Я не знаю. Эти существа не станут вредить ему, и они получили приказ не трогать меня, пока он меня защищает. Но что касается тебя и остальной части мира... Не думаю, что это вообще волнует папу. Чак, он совершенно утратил разум!

— Мы должны остановить его, — мрачно сказал я. — Мы должны закрыть Врата и выгнать тварей, которые уже прошли через них. Вот только как это сделать?

— В подвале у него стоит генератор, — сказала Лора. — Если бы мы смогли добраться туда и разбить его, то, так или иначе...

— Но как мы уничтожим Захватчиков, которые уже пробрались в наш мир? Здесь их должны быть тысячи!

— Мы найдем какой-нибудь способ, Чак. Должен быть какой-ни— будь способ!

Я посмотрел в окно. Дождь ослабевал, в темном, словно измученном небе, были видны лишь случайные, редкие вспышки молний.

— Захватчики скоро вернутся, — сказал я. — Ты действительно хочешь рискнуть собой, чтобы попытаться добраться до генератора?

Она кивнула.

— Если мы будем медлить, то не сможем выйти из дома. Но...

Она замолчала, задохнулась и указала на заднее окно. Я повернулся и увидел то, что она хотела мне показать. Абель Харвуд парил в восьми метрах над землей, сидя на облаке из Захватчиков.

— Немедленно уходи оттуда, Лора!

Голос Харвуда был каким-то образом усилен и, казалось, сотряс всю мою комнатушку. Пораженные ужасом, мы смотрели, как парящие шары подносили Харвуда все ближе и ближе к окну. Лора прижалась к противоположной стене, словно пытаясь стать невидимой. Я подскочил к лабораторному столу, на котором стоял незаконченный генератор, сунул его в шкаф и повернулся лицом к Харвуду.

Он был уже прямо за окном. Я видел его старческие, выцветшие глазки, злобно сверкающие на меня, пока он сидел верхом на Захватчиках. Они гудели, как дефектные неоновые рекламы, таким ужасающим, медлительным гулом.