Роберт Шекли – Самое мощное оружие (страница 87)

Макноот откинулся на стуле. Выражение его лица изменилось так быстро, словно он сменил маску.

— Елки зеленые! — воскликнул капитан. — А я-то начисто забыл всю эту историю! На Терре нам не удастся обморочить тамошних молодчиков научными фокусами.

— Не удастся, сэр, — подтвердил Бэрмен. Он больше ничего не сказал, но лицо его прямо-таки вопило: «Вы утопили меня в этой трясине, вы и вытаскивайте!» Радист ждал, глядя на Макноота, погрузившегося в раздумье, потом напомнил о себе: — Что вы предложите, сэр?

Мало-помалу лицо Макноота осветила довольная улыбка.

— Разбейте проклятое устройство и бросьте осколки в мусоропровод.

— Это не решит проблемы, — возразил Бэрмен. — У нас по-прежнему будет недостача одного кор. еса.

— Ничего подобного! Я доложу, что он разрушен от случайностей, неизбежных в космосе. — Капитан выразительно прищурил один глаз. — Мы сейчас летим в безвоздушном пространстве.

Он потянулся за бланком для радиограмм и, взглянув на облегченно улыбавшегося Бэрмена, стал писать:

ТЕРРА, ШТАБ-КВАРТИРА. ОТ «НЕУГОМОННОГО». СТАТЬЯ В1098 КОР. ЕС. ОДНА ШТУКА РАЗВАЛИЛСЯ ПОД ВОЗДЕЙСТВИЕМ ГРАВИТАЦИОННОГО НАПРЯЖЕНИЯ ПРИ ПРОХОДЕ ЧЕРЕЗ ПОЛЕ ДВОЙНОЙ ЗВЕЗДЫ ГЕКТОР БОЛЬШОЙ-МАЛЫЙ. МАТЕРИАЛ ИСПОЛЬЗОВАН В КАЧЕСТВЕ ТОПЛИВА. КОМАНДИР «НЕУГОМОННОГО» МАКНООТ.

Бэрмен отнес бланк в свою рубку и отправил радио-грамму на Землю. Опять два дня царили покой и веселье. Но вот Бэрмен с озабоченным лицом примчался в капитанскую каюту.

— Общая тревога, сэр! — задыхаясь, объявил он и сунул радиограмму капитану в руку.

ТЕРРА, ШТАБ-КВАРТИРА. ДЛЯ ПЕРЕДАЧИ ВО ВСЕ СЕКТОРЫ. СПЕШНО И ВАЖНО. ВПРЕДЬ КОРАБЛЯМ НЕ ПОКИДАТЬ ЗЕМЛИ. КОРАБЛЯМ, НАХОДЯЩИМСЯ В ПОЛЕТЕ ПО ОФИЦИАЛЬНОМУ РАСПОРЯЖЕНИЮ, НАПРАВИТЬСЯ В БЛИЖАЙШИЕ КОСМИЧЕСКИЕ ПОРТЫ И ЖДАТЬ ДАЛЬНЕЙШИХ УКАЗАНИЙ. УЭЛЛИНГ, КОМАНДУЮЩИЙ АВАРИЙНОЙ И СПАСАТЕЛЬНОЙ СЛУЖБОЙ. ТЕРРА.

— Что-то стряслось, — невозмутимо заметил Макноот.

В сопровождении Бэрмена он спокойно направился в штурманскую рубку. Посмотрев на карты, набрал на телефонном аппарате внутренней связи номер Пайка и сказал:

— Началась какая-то паника. Полеты запрещены. Мы направляемся в Закстедпорт. Это около трех дней пути. Немедленно ложитесь на новый курс: штирборт, семнадцать градусов, склонение десять. — Он положил трубку и огорченно сказал: — К черту летит чудесный месяц на Терре. А Закстеда я не выношу: вонючая дыра. Люди зверски обозлятся, и я их не осуждаю.

— Что же, по-вашему, могло случиться, сэр? — спросил Бэрмен. Он был расстроен и обеспокоен.

— Один Бог знает. Последний раз общая тревога была семь лет назад, когда на полдороге к Марсу взорвался «Звездоход». Пока шло следствие, ни один корабль не отпускали в полет. — Он потер подбородок, подумал и продолжал: — А перед тем была тревога/ когда на «Сарбакане» спятил весь экипаж. Что бы ни было на этот раз, не сомневайтесь, что дело серьезное.

— Уж не начинается ли война в космосе?

— С кем? — Макноот пренебрежительно махнул рукой. — Ни на одной планете нет кораблей, которые могли бы устоять против наших. Нет, тут какая-то техническая причина. Так или иначе, мы скоро узнаем. Нас известят еще до прибытия на Закстед или сразу после.

Их известили! Не прошло и шести часов, как Бэрмен ворвался в каюту. На лице его был ужас.

— Что у вас стряслось на этот раз? — спросил Макноот, глядя на него во все глаза.

— Кор. ес! — выдавил из себя Бэрмен. Он махал руками, словно отстраняя невидимую паутину.

— В чем дело?

— Все из-за типографского дефекта в вашем экземпляре ведомости. Надо читать: кор. пес.

Командир только пялил глаза.

— Кор. пес, — повторил за радистом Макноот, и в его устах это звучало как ругательство.

— Посмотрите сами:

ТЕРРА, ШТАБ-КВАРТИРА. «НЕУГОМОННОМУ». В ВАШЕЙ ВЕДОМОСТИ ПОД ШИФРОМ В1098 ЗНАЧИТСЯ КОРАБЕЛЬНЫЙ ПЕС ЖЕЛТОК. СООБЩИТЕ ПОДРОБНО, ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ И КАК ЖИВОТНОЕ РАЗВАЛИЛОСЬ ПОД ВОЗДЕЙСТВИЕМ ГРАВИТАЦИОННОГО НАПРЯЖЕНИЯ. ОПРОСИТЕ ЭКИПАЖ И СООБЩИТЕ, КАКИЕ СИМПТОМЫ НАБЛЮДАЛИСЬ У ЛЮДЕЙ. СПЕШНО И ВАЖНО. УЭЛЛИНГ, КОМАНДУЮЩИЙ АВАРИЙНОЙ И СПАСАТЕЛЬНОЙ СЛУЖБОЙ. ТЕРРА.

В уединении своей каюты Макноот принялся грызть ногти. Время от времени он скашивал глаза и смотрел, не догрыз ли уже до живого мяса.

Том Херцог

Заговор

От омлета, съеденного за завтраком, у Филмора вдруг расстроился желудок — настолько серьезно, что пришлось обратиться к врачу. Еле-еле дотянув до конца рабочего дня, бедняга приплелся домой и сразу же накинулся на жену:

— Послушай, Эльвира, чем ты меня с утра накормила? Этот омлет… меня чуть не стошнило прямо в офисе! Едва успел до туалета добежать.

Миссис Филмор, тихая маленькая женщина, опустила глаза и смиренно ответила:

— По-моему, все было нормально. Просто ты слишком быстро ешь, Джордж. Не торопись так, ты ведь уже не мальчик…

Филмор задумался. С одной стороны, ему действительно было за пятьдесят, и здорово за пятьдесят. Но с другой стороны, чувствовал он себя отменно — по крайней мере, в отношении желудка.

— Проклятье!.. Когда будем ужинать?

— В пять, — ответила жена. — Если, конечно, с тобой все в порядке.

— Пойду побреюсь, — оборвал ее Филмор. Он работал рекламным агентом и считал, что внешность — это деньги. Поэтому брился два раза в день — утром и перед ужином.

Джордж Филмор вошел в ванную, воткнул электробритву в розетку, внимательно изучил свое отражение в зеркале и уже приготовился было нажать на кнопку. Внезапно бритва заговорила.

— Послушайте, — сказала она, — мне нужно с вами потолковать.

— Что?! — воскликнул Филмор и уронил бритву в раковину.

— Пожалуйста, поаккуратнее, — заметила та. — Я хочу вам помочь.

— Ты разговариваешь?!

— Естественно, — хмыкнула бритва. — Больше вроде некому.

Филмор обвел глазами ванную. Затем выглянул в коридор.

— И правда, никого…

— Будьте любезны, выньте меня отсюда, если это вас не затруднит, — вежливо попросила бритва.

Филмор боязливо протянул руку и извлек ее из раковины.

— Невозможно! Не верю своим глазам! Как это…

— Пустяки. Важно другое. Хочу предупредить: ваша жизнь в опасности!

— Моя… жизнь?

— Именно. Ваша жена пытается вас убить.

— Эльвира? Маленькая тихая Эльвира?! Не мели ерунды!

— Как вам понравился утренний омлет?

— Омлет?

— Да-да, омлет.

— А… этот омлет?

— Именно.

— Говори прямо, не темни! — потребовал Филмор.

— Вы нормально переносите яйца? — продолжала гнуть свое бритва. — Может, у вас к ним аллергия?

— Да нет, но… я ведь старею. Мне уже под шестьдесят.

— Это вам жена так говорит.

В душу Джорджа начали закрадываться сомнения. Он помотал головой и рявкнул:

— Ну и что?!

— Тише, — умоляюще сказала бритва. — Хотите, чтобы нас услышала Эльвира?