Роберт Рождественский – Мы долгое эхо друг друга (страница 6)

«Извини за почерк —

холодно.

Извини за кляксы —

мокро.

Так и потонуть

                      можно.

Если не придет к нам

                               спасенье,

выйди замуж.

Твой Сеня…»

А второй

            на лоб сдвинул шапку.

Передал письмо.

Ножкой шаркнул.

А в письме:

«Натаха!

           Рыдать погоди!

Слезы

неполезны для красавицы…

Мы еще поплаваем!

Все впереди!

Все впереди,

                 кроме задницы…»

Третий

         к рубке вздыбленной

                                      плечом привалился,

шевелил губами —

широк да невезуч.

То ли – матерился,

                           то ли – молился,

то ли – что-то важное

                               учил наизусть.

«Бывшая жена моя,

                          кончай свою дележку —

простыни-подушки,

чашки-сапоги…

Сбереги Алешку!

                        Алешку.

                                   Алешку.

Сбереги мне

                 сына.

Алешку

          сбереги…

Знаю, что меня ты

любила

          понарошку.

Но теперь —

хоть мертвому! —

перечить не моги:

сбереги Алешку.

                       Алешку.

                                  Алешку.

Я тебя прощаю.

                      Алешку сбереги!..»

А четвертый

                 буркнул нехотя:

– Некому писать!..

Да и – некогда…

…Письма спрятаны в целлофане.

(Лица мокрые,

                    будто в крови.)

Помолчали.

Поцеловали.

И сказали глухо:

– Живи… —