Роберт Морра – Да будет Кот! (страница 6)

Настя нахмурилась и очень крепко задумалась.

– Да не бери в голову, – попытался взбодрить подругу кот, – когда-нибудь тебе придётся полностью пройти этот путь, вот тогда ты всё и поймёшь. А сейчас нам пора творить волшебство, так ведь?

– Сейчас нам пора творить волшебство, – как заворожённая повторила волчица.

И тут кот поднялся на лапы, тело его выгнулось упругой дугой, как будто бы только что он увидел стаю злобных псов. Шерсть моментально встала дыбом, и Муська очень серьёзно и внятно произнёс:

«Тот, кто должен быть человеком, станет человеком».

– И это всё? – удивлённо прошептала Настя.

Однако это было не всё. Кот до предела вытаращил свои и без того не маленькие глаза и вдруг истошно заорал. И в тот самый момент в ушах волчицы зазвучали, вторя друг другу и перекрикивая друг друга, сотни – нет – тысячи, если даже не миллионы, разнообразных кошачьих голосов. Они вопили, мяукали, шипели и выли. Казалось, что никакого предела этому попросту быть не может.

Настя не могла более терпеть этого многоголосого воя, и потому очень скоро потеряла сознание.

5. Волшебство и его последствия

Очень долго не хотелось открывать глаза. Однако голова была ясной, общее самочувствие – превосходным. Хоть прямо сейчас вставай и пляши вокруг волшебного кресла, да только вот почему-то не было желания именно в этот момент являть этому миру себя – такую вот бодрую и адекватную. Да ещё, скорее всего – уже изменённую, или, говоря точнее – возвращённую.

А ведь страшно. А вдруг нет? Вдруг – ничего? Ведь столько раз уже было такое в течение этого короткого времени – с того момента, как Настя попала в проклятый лес – стоило открыть глаза, так обязательно происходила какая-то неожиданная гадость. Но сейчас же другое дело – кот Муська же всё подробно пояснил, исправно проорал заклинание. В общем, вряд ли что-либо могло пойти не так.

«Стоп! Стоп! Стоп! – Настя зажмурила глаза ещё плотнее. – Стоп, не нужно уговаривать себя, не нужно уговаривать… Просто открой глаза и убедись».

Она открыла глаза и раздражённо вильнула хвостом. Нетрудно было предположить и такого исхода – ничего не получилось. Настя осталась точно такой же лохматой волчицей, какой и была. Только дополнительно к этому её, судя по всему, опять выкинуло из кошачьего мира. Судя по окружающей обстановке, валялась она именно на той же самой полянке, на которой и встретила этого лживого Муську.

«Никуда я отсюда больше не пойду, – обречённо думала Настя, смиренно наблюдая, как плавно колышутся верхушки деревьев где-то очень высоко, под самыми облаками. – Пускай меня тут хоть без остатка сожрут, мне всё равно».

И тут где-то неподалёку в стороне что-то зашевелилось. Вернее – кто-то. Настя резко повернула голову в сторону источника взволновавшего её звука и обомлела. Если бы сейчас она стояла на лапах, то определённо все четыре из них мигом бы подкосились. А раскрытая от удивления пасть не желала захлопываться обратно.

Дело в том, что волчица ожидала увидеть кого угодно – этого драного Муську, полчище оскаленных оборотней-волков или даже самого колдуна злобного. Хотя насчёт личности колдуна она гадать не могла, ибо лично до сих пор так и не имела счастья наблюдать эту личность.

Но уж точно Настя не ожидала увидеть того хлипкого и тщедушного мужичонку, который в данный момент неуклюже корчился возле колючих кустов. Нет, он точно не мог быть злобным колдуном. Ведь тот даже на территории подвластного ему леса старательно скрывает свою личность.

– Кто ты? – таинственным шёпотом спросила волчица.

Мужик дёрнулся, как будто бы не ожидал услышать разговаривающего человеческим голосом зверя, затем резко вскочил на ноги, совершенно не стесняясь своего бесстыдства (как оказалось, он был ещё и полностью обнажён – Настя при этом брезгливо зажмурилась), нервно отряхнулся от всяких листиков-травинок-иголочек и каким-то истеричным тоном провизжал:

– Ах ты, пёс меня побери! Что ж это за дела такие?! – и уже обращаясь к волчице, перешёл практически на фальцет. – Кто я?! А ты что ж, пёс тебя подери, и не узнала?! Я же Муська, кот меня задери, самый настоящий Муська!

Настя удивлённо вытаращила глаза. Хорошо, что в этот момент собеседник уже догадался о неприглядности своего срама и стыдливо прикрыл причинное место.

– Муська? Это реально ты? Что с тобой произошло? – удивленно вскричала волчица.

– Как бы это смешно ни звучало, – оскалился голый мужик, – но со мной произошло именно то, чего не произошло с тобой, и, ежели ты не ослепла, то могла сама бы это заметить. Да, я превратился в человека двуногого. Я, пёс меня задери, а не ты!

– Это то до меня допёрло, – с сомнением в голосе подтвердила Настя. – Мне интересны причины – почему вообще такое произошло? Почему заклинание не сработало?

– Спроси что-нибудь попроще, – робко пожал плечами Муська. – В какой-то миг всё просто пошло не так. С какой стати всё посыпалось, я ума не приложу. Если бы я знал причину, разве я допустил бы такое?

Бывший кот внимательно осмотрел своё новое тело, не скрывая при этом особенно брезгливых эмоций.

– Лысый дылда, футы-нуты, – бубнил он при этом. – Где мои лапки? Где мой хвостик?!

– Хорош причитать, – волчица лениво поднялась на ноги,– если уж не можешь по-человечески всё объяснить, хоть вроде и выглядишь теперь как человек.

– Что ж тебе ещё объяснить? – раздражённо засмеялся Муська. – видно же невооружённым глазом, что заклинание почему-то вместо тебя по мне ударило. А тебя, вон, только кончиком хвоста задело, шёрстку отбелив лишь.

– Ух ты! – Настя тут же с восхищением принялась осматривать свою шубку, которая, и правда, после воздействия злополучного заклинания стала снежно белой. – А я теперь не тёмненькая!

– Супер! Хоть на выставку мехов сейчас же тащи! – обидно съязвил экс-кот и, поразмыслив, добавил. – Ясно одно – без чужого вмешательства здесь не обошлось. Но непонятно, кому же могло быть выгодно так навредить нам. Колдуна твоего отметаем сразу – на кошачье заклинание может воздействовать только кот или… кошка.

– Мне кажется, – начала Настя, с минуту задумчиво помолчала, после чего робко продолжила, – нам…, то есть тебе можно было бы опять прыгнуть в свой мирок, чтобы во всём разобраться.

Муська на пару секунд замер, и стал похож на статую античных времён.

– Отличный вариант! Почему бы и нет! – почти заорал он в тот момент, как отмер, и неожиданно для стеснительной волчицы скрестил руки на груди.

Настя в тот же миг брезгливо зажмурилась и пролепетала:

– Ну и…

– Уж конечно же! – возмущённо возопил Муська, срывая с колючего куста особенно пышную веточку, чтобы таки удобнее было не светить срамом своим. – В кошачьем мире ждут – не дождутся какого-то незнакомого голого мужика в паре с непонятной волчицей.

– Так я не поняла, – не поняла Настя, успев даже слегка обидеться на определение «непонятная», отпущенное в её адрес, – ты… мы прыгаем или нет?

– Уточняю для тех, кто не способен распознать простейший сарказм, – уже более спокойным голосом принялся объяснять голыш, – в кошачий мир способны пройти только коты или кошки, ну, и те, кто успевает прыгнуть непосредственно за ними.

– Так бы сразу и сказал, – невозмутимо парировала волчица, – что нам нужно найти ещё одну кошку.

– Где ж ты её найдёшь тут – в этом дурном лесу? – пожал плечами Муська. – Вряд ли кто-то ещё привёз сегодня в такую глухомань своего нерадивого питомца для того чтобы избавиться от него.

– Как желаешь, конечно же, – прорычала Настя в ответ. – Можешь и дальше просиживать свой голый зад на этой осточертевшей полянке. Замечу только, что тебе-то сейчас более необходимо, чем мне, как-то разрешить нашу проблему, вроде бы.

Муська ничего не ответил, а лишь махнул рукой и потопал вдоль лесной окраины. Волчица неспешно потрусила за ним, надеясь с помощью своего чуткого обоняния обнаружить искомый кошачий дух.

Спустя некоторое время экс-кот вдруг резко остановился, после чего грязно ругнулся и, сорвав ещё одну пышную веточку с кустика, принялся нервно размахивать ею и даже умудрялся иногда хлестать себя по бокам.

– Теперь я понимаю, – раздражённо прокричал он, – почему все люди злые такие. Их безволосая тушка, видимо, очень аппетитна для всяческой летуче-кусающей мерзости…, а уж эти иголки и шишки под ногами, ай!

Настя медленно шла рядом и угрюмо молчала.

«Да уж, – мрачно размышляла она, – такими темпами мы далеко не уйдём».

И тут волчица заметила, как Муська в очередной раз неожиданно затормозил, самым чудовищным образом выпучил глаза, и, обращаясь к ней, принялся обильно брызгать слюной и звонко шипеть, словно какая-то обезумевшая гадюка: «Тссссс!»

Наблюдая это не очень-то приятное зрелище, Настя, конечно же, брезгливо сморщила морду, однако, вынуждена была остановиться, ибо бывший кот в этот самый миг состроил настолько жуткую физиономию, что создалось впечатление, будто бы его прямо сейчас разорвёт на мелкие кусочки, ежели волчица посмеет сделать ещё хоть один шаг.

Муська осторожно подкрался к ней, протянул дрожащую руку куда-то в сторону густых зарослей и взволнованно прошептал:

«Посмотри-ка на это!»

Настя старательно пригляделась и увидела то, о чем так эмоционально жестикулировал бывший кот.

– Вижу-вижу, не пихайся ты, – ответила волчица и удивлённо добавила, не до конца, всё же понимая, что имеет в виду. – А кто это? Неужели он самый?