Роберт Хейс – Цвет мести (ЛП) (страница 6)

— Много времени прошло, Джейкоб.

"Десять лет с тех пор, как вы заперли меня в этой клетке и оставили гнить. Если бы вы не выпускали меня время от времени, я уже сошёл бы с ума". Джейкоб внутренне рассмеялся, но его лицо осталось столь же бесстрастным, как и каменная скамья, на которой он сидел.

— Выглядите неплохо, — сказал арбитр Филдс. Несмотря на нервозность, старик ни на миг не отрывал глаз от Джейкоба. Джейкоб решил покачаться из стороны в сторону, и заметил, как арбитр нерешительно шагнул назад.

— Что вам нужно, арбитр? — спросил Джейкоб. — Нечасто люди навещают меня, особенно те, что меня сюда поместили. И всегда на это есть причина.

Арбитр Филдс снова закашлялся, потёр шею и вздрогнул от боли.

— Ну… инквизитор…

— Один из них сбежал, не так ли? — Джейкоб знал, что он прав, в тот же миг, как и спросил. — Один из ваших экспериментов. Ваша шея… — Джейкоб указал на синяки на шее арбитра Филдса, и старик снова отступил.

— Что вы знаете о недавних событиях? — спросил его арбитр. Джейкоб слышал, как сердце старика стучит в его груди.

— То да сё. — Джейкоб встал на своей кровати и приподнялся на цыпочки. Отсюда он мог выглядывать из окна во двор Инквизиции. — Знаю, что арбитр Каркланд провалил трёхлетний отчёт. Они сожгли его за ересь, или отдали вам? Этого я уже не слышал. Клерк Верил влюбился в клерка Йорн, но он слишком труслив, чтобы сказать ей. Возможно это и хорошо: клерк Йорн спит с послушником. Его имя мне пока расслышать не удалось. Арбитр Вэнс очень скоро получит повышение до инквизитора. Возможно, это просто слух, но похоже, многие этому не рады. В конце концов, он очень молод и лишь несколько лет назад закончил обучение. Хотя, меня это не сильно удивило, с учётом того, что он сын великого инквизитора, и…

— Значит, вы знаете, что инквизитор Герон была убита?

— Разумеется, — сказал Джейкоб, глядя в окно. — Долгое время все только об этом и говорили. Она была еретичкой, или так я слышал. Арбитр Даркхарт сам обвинил её в ереси, без согласия инквизиторов. Я слышал, его отпустили. Это правда? — Он обернулся к арбитру Филдсу, который, прищурившись, смотрел на него.

— И вы слышали всё это отсюда? — спросил арбитр. Джейкоб не ответил, не чувствовал необходимости. — Хм-м. Возможно вы не знаете, что недавно мы схватили человека, известного как Чёрный Шип.

— Шип в заднице Инквизиции. Что вы с ним cделали?

— Я вылечил его раны. Он должен был предстать перед судом за убийство шестерых арбитров. Вот только сегодня утром он сбежал. — Арбитр лгал, и Джейкоб знал, что он лгал, вот только не знал, сколько из сказанного было ложью.

— Кто из них послал вас ко мне? — спросил Джейкоб.

— Что?

— Вы знаете, что я имею в виду, арбитр. Меня выпускают из моей клетки лишь по прямому приказу инквизитора. Так кто это был?

Арбитр Филдс пробормотал ругательство себе под нос. Джейкоб притворился, что не слышал.

— Инквизитор Джейни.

— А-а. Да. Инквизитор Джейни всегда питал ко мне слабость. Полагаю, ему нравилась моя непосредственность. Арбитр Филдс, надеюсь, вы в курсе, что я не возвращаю их живыми?

— Именно поэтому Джейни и приказал мне послать вас, Джейкоб. Он хочет, чтобы Чёрный Шип умер.

— А чего хотите вы?

— Я хочу, чтобы вы не ставили меня в неловкое положение, пока будете снаружи. Чёрный Шип сбежал несколько часов назад. Скорее всего, он до сих пор в городе. Мы считаем, что он попытается в первую очередь обеспечить себе проезд до Диких Земель. Это значит, что вероятнее всего вы сможете поймать его в доках.

— Благодарю вас, арбитр. Я хорошо знаю, как вести охоту.

— Вернётесь сразу же, как только завершите дело… — Арбитр Филдс запнулся.

— Чтобы вы могли снова запереть меня.

Арбитр Филдс вместо ответа сглотнул. Джейкоб слышал, как часто стучит его сердце, видел, как пот сочится из его старой кожи, чувствовал исходящий от него запах страха.

— Джейкоб, вы же сами просили запереть дверь.

"Запоры изнутри сдерживают то, что снаружи. Запоры снаружи сдерживают то, что внутри".

Джейкоб услышал откуда-то одиночную ноту. Возможно, начало эпической баллады, или просто вульгарной песенки. Он редко знал песню, никогда не знал слов, но всё равно вынужден был танцевать.

Он перевёл взгляд с арбитра на дверь камеры, а потом на маленький крючок, на котором висел его арбитрский плащ, выкрашенный в чёрный цвет — в то время как у большинства арбитров плащи были коричневыми. Джейкоб спрыгнул с кровати, подошёл к крюку с плащом и протянул руку. Как только до него донеслась другая нота, его рука остановилась в нескольких дюймах от плаща.

— Эта работа подождёт до завтра, арбитр, — сказал Джейкоб старику. Его рука зависла вблизи плаща.

— Не думаю, Джейкоб. Каждый миг Чёрный Шип может…

Джейкоб обернулся, посмотрел на арбитра, и старик побледнел. Мгновением позже он уже выбрался за дверь камеры и неловко пытался вставить ключи в замок.

Джейкоб взял свой чёрный плащ арбитра и просунул руки в рукава. Группа как раз начала играть. Похоже, лютня, и ещё несколько дудок. Это была грустная песня, полная сожалений, потерь и печали. Она напоминала ему о Саре. Джейкоб начал танцевать.

Шип

— Мне б с капитаном перетереть, — хрипло проскрежетал Бетрим.

— Ну, эта, не ду… — моряк остановился на полуслове и замер. — Бля.

— Ага, именно.

— Точно. Есть, сэр. — Моряк бросил ящик, которым занимался, и помчался вверх по сходне. Вскоре над поручнем корабля показалось лицо другого мужчины. Он глянул на Бетрима и исчез. Чёрный Шип ждал, внутренне улыбаясь.

"Кровавая Невеста" выглядела почти так же, как и всегда. Большой корабль, три мачты и много белых парусов. Хорошие прочные доски содержались в чистоте, поскольку драили их ежедневно. На носу была вырезана фигура женщины в прекрасном платье, у которой из глаз текла кровь. Она была самим воплощением названия корабля. От неё у Бетрима по коже побежали мурашки, как и всегда.

Капитан спустился по сходне, потирая пальцами переносицу и что-то бормоча. Покачал головой, сплюнул в воду и встал перед Бетримом, поправляя воротник.

— Чё могу для вас сделать, арбитр… Еба-ать! Шип, ты ли это?

Бетрим славился своим хмурым бесстрастным выражением лица, но даже он не смог сдержать ухмылку, которая расплылась по лицу, когда он увидел, как удивился Арип Уинтерс. Старый пират, в свою очередь, быстро оправился и тоже ухмыльнулся. Чертовски приятно было снова видеть Арипа, даже если тот нынче слегка поседел.

— Чёрт возьми, Шип. Я-то слыхал, ты помер, — Арип сжал Шипа в плотных объятьях и трижды похлопал по спине. Бетрим слегка удивился, что не треснул от этого пополам.

— Я похож на труп?

Арип поморщился.

— Есть маленько, если честно.

Бетрим в последнее время в зеркало не смотрелся. По правде сказать, он всегда старался по возможности их избегать, даже до всех этих ожогов и шрамов. Его всегда описывали, как урода, но вполне возможно, что сейчас он выглядел, как ходячий труп.

— Чё у тя с глазом-то? Недавно? — спросил Арип, указывая на пустую глазницу, словно Бетрим мог подумать о каком-то другом.

— Ага. Арбитр вырвал… бля, хрен знает. Скока меня не было? — Бетрим ткнул в пустую глазницу и увидел, как его старый друг содрогнулся.

Арип фыркнул.

— Блядь. Последний раз, как я слышал о тебе, это чё ты натворил в Хостграде.

Бетрим сплюнул. Ему не нравилось вспоминать о том месте, но надо было узнать, что о нём говорят в его отсутствие, и кто это говорит.

— И давно эт было? И чё из того повесили на меня?

Арип сочувственно улыбнулся.

— Всё. И где-то год, небось, прошёл, с тех пор, как я об этом слышал.

Бетрим чуть не застонал. Это был уже второй разгром городка, в котором его обвиняли. Если не будет соблюдать осторожность, то скоро заработает такую репутацию, будто он в одиночку сжигает большие города до основания. Хотя, это было бы неплохой прибавкой к списку его предполагаемых возможностей.

— А чё ты ваще тут в этом плаще расхаживаешь? А то не знаешь о наказании тем, кто выдаёт себя за арбитра? — сказал Арип.

— Ну-ну, и чё они сделают? Вырвут мне глаз, запрут в камере на три месяца и будут грозиться, что сожгут? — Бетрим снова сплюнул. Чем скорее он покинет Сарт и вернётся в Дикие Земли, тем лучше. Людям вроде него не место в цивилизованном обществе.

Арип вздохнул и с гримасой отвращения уставился на пустую глазницу Бетрима.

— Пожалуй, с этим надо чё-то сделать.

— Да всё в поряде, — слегка раздражённо сказал Бетрим. — Арбитр, который подлатал меня, сказал, что заживает хорошо.

— Да я не о том. У меня по спине мурашки бегут всякий раз, как гляну. — Арип громко крикнул в сторону корабля. — Рилли! Рилли, тащи сюда свою тощую жопу.

Вскоре через поручни корабля перескочила юная девушка, пролетела добрых десять футов и приземлилась в доке на четвереньки со всей уверенностью и незаслуженной самонадеянностью юности. Она поднялась и с важным видом и самодовольной ухмылкой на грязном лице подошла к отцу.