Роберт Хайнлайн – Ворчание из могилы (страница 37)
Ой! Я забыл кое-что – деньги. Не посылайте мне никаких чеков после 7 ноября; просто придержите для меня всё, что придёт. Вполне возможно, что, после того как меня обчистит банда международных аферистов, возглавляемых красивой блондинкой в соболях, я попрошу Вас телеграфировать мне немного бабла – но это кажется маловероятным, поскольку я захватил с собой изрядно.
Мы возвратились домой поздно вечером в среду и потратили четверг и пятницу на распаковку и чтение писем. Я не ответил ни на одно из них.
Я всё ещё не смог разгрести свой письменный стол, вдобавок по итогам поездки у меня скопилось около двух дюжин дневниковых записей, которые тоже требуют внимания. У нас всё хорошо за исключением простуды, подцепленной в Новой Зеландии, и она по-прежнему с нами. Обратная дорога прошла хорошо, не считая того, что за десять минут до Колорадо-Спрингс в долбаном самолёте что-то загорелось в системе обогрева, каюта заполнилась дымом, и капитану пришлось возвращаться и делать вынужденную посадку. Как раз перед этим мне наконец-то удалось склонить Джинни к тому, что в будущем мы будем путешествовать воздушным транспортом…
Я думаю, Вам лучше вернуть рукопись книги о путешествиях обратно, чтобы я её закончил. Я провёл целое лето, ожидая её возвращения следующей почтой, угнетённый её незавершённым состоянием и неспособный приступить к работе над чем-то другим. Никогда больше не буду посылать незаконченную рукопись – для меня это всё равно что кто-то читает у меня через плечо. Это мешает мне сосредоточиться на работе у станка.
Длинная вереница гостей тоже способствовала тому, что лето было растрачено. Последний из них теперь покинул дом, и я смогу быстро закончить книгу о путешествиях. Через пару недель я хотел бы начать мой следующий роман. Я планирую сначала сделать очередную книгу для мальчиков, а затем взрослый роман для публикации в журнале.
Мы пока были не в состоянии заказать предложенную нам поездку, но мы всё ещё надеемся уехать около 1 мая. Не стоит беспокоиться, что поездки, которые я планирую, помешают мне писать: в долгосрочной перспективе они увеличивают количество текстов и повышают их качество. Всё, что я делаю, в конечном итоге всегда выливается в истории – и к тому же крайне маловероятно, что мы когда-нибудь снова отправимся путешествовать на полгода.
У нас роскошное жильё, каюта владельца примерно в два раза больше, чем каюты других пассажиров. Я не знаю, почему она досталась нам, потому что мы этого не просили, но это очень приятно. Впервые на корабле у меня достаточно места, чтобы писать и делать это с комфортом. Наверное, я мог бы даже разродиться рассказом… хотя это маловероятно, поскольку мой разум уютно пуст.
Как жизнь? Что до меня, то я немного запутался. В эту поездку я посетил десяток стран, использовал девять языков и тринадцать видов денег, включая «фантики» US MPC[162], у которых купюры в 10$ напечатаны ярко-красным, а документы на получение никеля похожи на купон сигары. Я только что закончил расчёт поездки за Северный полярный круг (которую мы начинаем завтра утром), в котором участвовали марки, гульдены, бельгийские франки и три вида крон, все по разным тарифам. Я пришёл к правильному ответу с точностью плюс-минус 10 процентов, что гораздо лучше, чем я ожидал.
Джинни тратила наши деньги в радостном неистовстве, тут всё стоит раз в шесть больше, чем следовало бы. Я думал, что у нас с собой достаточно денег, чтобы покрыть все расходы, но больше я в этом не уверен. Не могли бы Вы выслать мне тысячу долларов в чеках «American Express» (единственный вид денег, которые действительно легко обмениваются везде) на адрес в Гейдельберге, который я указал? Deus volent[163], они всё ещё будут лежать в моём кармане, когда мы доберёмся до Нью-Йорка, но я буду чувствовать себя свободнее, если они у меня будут. Мы вернёмся 6 августа, потом мы едем в Байройт[164] где Джинни сможет насыщаться Вагнером «Кольцо Нибелунгов», в то время как я буду насыщаться пивом, а потом не спеша домой. Я думаю, что мы будем в Нью-Йорке 9 или 10 сентября, но в этот промежуток времени может что-нибудь произойти.
Мы вернулись домой даже не полностью промотавшимися, на самом деле я даже не израсходовал дорожные чеки, которые прикупил в Нью-Йорке больше года назад, и теперь мы по уши в деньгах, и все налоги заплачены. Джинни упорно трудилась на игровых автоматах, но за всю неделю не сумела спустить больше пяти долларов. Я играл на автоматах очень мало, однажды вечером побросал кости, поставил en passant [165]несколько фишек на рулетку и даже остался при своих – в любом случае я не собирался там играть на деньги. Один из нашей компании, парень, с которым я поступал в Аннаполис, играл всю неделю, сорил деньгами в ночных клубах и т. п., он вернулся в Колорадо-Спрингс с большим количеством денег, чем увозил с собой. Утверждать не могу, но думаю, что практически там всё можно получить даром – при условии, конечно, что вы не оставите кучу бабла на столах. Изысканные блюда дёшевы, самые роскошные в мире ночные клубы очень дёшевы, а гостиничные номера стоят около половины того, что они стоили бы в Нью-Йорке. Я понимаю, что такси дорого, но мы нанимали новый «шеви»[166] и никогда не брали такси.
Авиа-Конгресс[167] был размером почти с Всемирную выставку, с самыми замечательными демонстрациями и экспонатами, которые я когда-либо где-либо видел… Стационарные экспонаты включали в себя такие вещи, как «Атлас», «Тор-Эйбл», «X-15», обитаемую возвращаемую капсулу Проекта «Меркурий» и моноплан Блерио 1911 года[168]. В динамических экспонатах было всё, от нескольких типов бомбометания до самого пугающего полёта прецизионной точности, какой я когда-либо видел. Полдюжины стран, каждая пыталась утопить других, но китайские националисты[169] затмили всех. Своим плотным алмазным формированием из девяти самолётов они выделывали такие вещи, что я до сих пор не верю собственным глазам. Никто не был убит – хотя у многих из нас, зрителей, чуть сердце не остановилось.
Лас-Вегас – это система, устроенная для целенаправленного нервного истощения. Мы умотались, загорели и пребываем в эйфории… Но три крупнейших в городе книжных магазина не продают научной фантастики: я искал какие-нибудь свои книги, чтобы подарить друзьям – бесполезно.
К моему превеликому удовольствию, каждые несколько минут меня узнавали по моему бейджику, в течение всей недели. Большой процент делегатов читает научную фантастику.
Мы только вернулись от восьмидневного турне по Альбукерке, Лас-Крусес и Порталес, очень приятно провели время, встретился с друзьями в Центре вооружений Сандия[170], AEC[171], Ракетном обществе в Белых Песках, ещё видел нового малыша ***, фотографировал гипсовые пески и настоящую пыльную бурю, скрывшую солнце и засыпавшую забор до верхушки, посетил ранчо, прочитал лекцию в Университете Нью-Мексико, застревал в грязи и видел совсем немного солнечного света и тёплой погоды после очень суровой зимы. А теперь я пытаюсь расчистить свой стол.
Ну вот я и дома и полностью завален работой. Последние четыре дня провёл в попытках разгрести или выбросить разные материалы, только чтобы добраться до своего рабочего стола, чтобы можно было что-то писать. Как только я закончу это письмо, я попытаюсь приступить к работе, попробую переписать и расширить статью «Intourist» по тем направлениям, которые Вы предложили – но, честно говоря, пытаться написать о СССР с юмором будет нелегко. Мы с Джинни сами много раз смеялись как ненормальные, но это был истерический смех, на самом деле там было очень мало чего-то действительно смешного.
Мы отправились в Альму, Штат Оклахома, 29 апреля чартерным рейсом, удалось всё устроить за один день. «The Sequoyah Book Award»[172] оказалась красивой мемориальной доской. Я обратился к Государственной библиотечной ассоциации, и после мероприятия они устроили автограф-сессию – и будь я проклят, если они не продали почти двести экземпляров «Имею скафандр – готов путешествовать!».
«Scribner» предложил оплатить поездку, но я предпочёл не иметь перед ними обязательств, пока они продолжают давить на меня, чтобы я оставил «Putnam» и вернулся в «Scribner». Во всяком случае, это стоило меньше чем две поездки туда и обратно коммерческим рейсом и существенно меньше, чем на машине, – кроме того, за это положен налоговый вычет. Во всяком случае, прибытие частным самолётом хорошо дополнило представление.