Роберт Хайнлайн – Ворчание из могилы (страница 35)
«Дорога славы» – шаг в сторону, даже для Вас. В ней больше фэнтези, чем научной фантастики. Это превосходный роман приключений, сдобренный мудрыми мыслями, приправленный интересным сексом. В нём было несколько мест, где мне хотелось прервать чтение и бежать искать аудиторию, с которой я мог бы разделить Ваши идеи. Я надеюсь, что он будет иметь реальный успех. Я нахожу его восхитительным.
…мне неинтересно его предложение. Не из-за величины гонорара – любая рукопись стоит столько, сколько Вы можете за неё получить… иногда ноль. И не из-за сокращений – я всегда против них, но не настолько. Я категорически против, потому что он хочет, чтобы я просто-напросто обрубил последнюю сотню страниц.
Если я сделаю это, от романа останется просто сдобренная сексом волшебная история, без смысла и оправдания. Я не хочу публиковать эту историю в такой ампутированной форме. Около тридцати страниц из той сотни действительно довольно нравоучительны, довольно медлительны, и (если бы мне пришлось сокращаться) я бы выжал всю воду из этого куска настолько, насколько это возможно – то есть от прибытия героя в Центр планеты до его решения уехать, – но я совершенно не желаю просто обрубить историю в точке, где они захватывают Яйцо Феникса. Это лишит историю всякого смысла.
«Putnam» понравилась «Дорога славы». Её нужно немного ужать, и есть «несколько не очень серьёзных» предложений по исправлениям. Их отметят в рукописи и пошлют письмо с подробностями.
Новый роман (рабочее название: «Большой шлем»[151]) я сделал за 25 дней напряжённого труда, 503 страницы. Похоже, Джинни он нравится больше, чем «Дорога славы», она говорит, что вещь быстро читается и её не нужно сильно сокращать. Однако я намерен всё сильно сократить и передать моей машинистке в конце месяца. Я сам ещё не читал, что получилось, но, пока писал, мне всё нравилось.
Я не представляю, как Вам удаётся производить романы на 500 страниц за 25 дней, пусть даже первый черновик.
Хорошая история в «Свободном владении Фарнхэма», в ней достаточно авантюрных моментов для некоторых мужских журналов.
Питер
Питер Исраэль сказал: «Боб Хайнлайн – босс. Я выскажу своё мнение, но у меня достаточно уважения к его опыту и суждениям, так что если он скажет, что какие-то вещи делать нельзя, я соглашусь с тем, что Боб сделает всё так, как считает нужным. Если он скажет, что текст нельзя сокращать менее 100 000 слов, серьёзно не повредив историю, то я издам все 100 000».
По контракту с «Putnam» на «Свободное владение Фарнхэма»: на странице два я изменил количество слов на «100 000», вычеркнул срок поставки и сделал его «согласованным». Я должен знать
Оригинал этого письма пойдёт с оригиналом рукописи «Медного орудия»
«Putnam» нравится новая книга, условия те же, что с последней книгой. Не нравится название. Вы можете предложить другое?
Вы видели копию письма *** ко мне; я позвонил ему сегодня. Он шокировал меня своим предложением редактировать рукопись, которую *** одобрила в целом, – но я отфутболил его предложение обратно, сказав «хорошо, и как быстро Вы можете переслать мне отредактированную рукопись для моего одобрения?» – и напомнил ему, что раньше я никогда не подписывал контракт с «Putnam» и не принимал никаких авансов, пока рукопись не была полностью и окончательно одобрена. Я думаю, это его озадачило, но он быстро согласился пробежаться по рукописи и посмотреть, что сделал редактор, а затем либо одобрить изначальный вариант, который я представил, удалив правки редактора, либо отослать их мне на утверждение.
Настоящим возвращаю письмо Питера Исраэля по поводу Истории Будущего. Я так и не понял, чего он хочет. Я имел в виду омнибус из первых трёх книг Истории Будущего. У нас есть на них все права, и мы владеем оригинальными оттисками.
Я предлагаю, чтобы мы сказали Исраэлю, что мы предлагаем для переиздания первые три тома, отдельно или как один гигантский том – с оттисков, которые мы предоставим, а если он не хочет, пусть сообщит нам, чтобы мы могли предложить то же самое в «Science Fiction Book Club» издательства «Doubleday». Я совершенно уверен, что они рискнули бы принять такое предложение, если им будут предложены оригинальные оттиски. Эти три книги широко известны в своей области, они раньше не издавались в твёрдом переплёте и никогда не предлагались в «SF Book Club».
Роберт говорит, что новый роман будет такого же объёма, как Библия, но, учитывая количество авторов Библии, я в этом сомневаюсь. Он всё ещё в процессе завершения. Когда он закончит, мы запустим парочку ракет, и, возможно, Вы увидите одну из них!
«У меня такое ощущение, словно я перевожу «Giles Goat Boy»[153] на поздний марсианский».
Роберт полностью загружен работой. Он сказал, что это – последняя глава. Потом глубокомысленно добавил: «Я надеюсь, что это не похоже на рассказ». Ну, я думаю, что теперь-то он в этом уверен. Он потратил всю прошлую ночь на то, чтобы кого-то убить. Должно быть, это был кто-то вроде Распутина, судя по времени, которое на это ушло.
Каких слов Вы хотите о романе? Он сейчас в стадии сокращения – я посчитала, что он местами затянут. Разве Вы не любите сюрпризы? Всё, что я могу сказать Вам – это то, что он весьма отличается от всего, что я когда-либо читала прежде, у Хайнлайна или у кого-либо ещё. И он будет у машинистки перед нашим отъездом на встречу выпускников…
По поводу новой книги, у Роберта есть свои сомнения насчёт того, что Маку[154] она понравится. Он напомнил, что Мак в своё время отклонил «Чужака», хотя позднее опубликовал несколько авангардных вещей. Я на это сказала, что он просто не мог больше продавать публике Элси Динсмор[155].
Сокращение продвигается медленно…
За то время, пока я писал «Не убоюсь я зла», а Вы, Джинни и Марго занимались всем остальным, в папке с Вашим именем на моем столе скопилось множество несрочных вещей. Из папки явствует, что я с 22 июня письменно не подтверждал получения чеков. Я собираюсь подтвердить и чеки, и книги, чтобы у Вас был письменный отчёт.
Я только боюсь, что мне придётся теперь печатать «Не убоюсь я зла», и это испортит мне всю зиму! Думаю, в первом варианте было 689 страниц.