Роберт Хайнлайн – Погоня за панкерой (страница 87)

– Продолжай.

– Аналог, где Гитлер получил атомное оружие, а мы нет. Вполне вероятно, что существуют несколько подобных аналогов, поскольку я могу придумать несколько очень небольших изменений истории, каждое из которых привело бы к такому результату. Несмотря на отвращение к их внешнему виду и странному цвету крови, я не думаю, что панки надо бояться больше, чем эсэсовцев. На самом деле холодный садизм некоторых человеческих существ – не только штурмовиков, таких можно найти в любой стране, в том числе в США – пугает меня сильнее, чем панки.

– Но не меня! – мы с Дити выпалили это одновременно.

– Но, мои дорогие, у нас нет данных о том, жестоки ли панки. Мы встали у них на пути, они попытались убить нас. Но они не собирались пытать нас. Это большая разница.

– Может быть, папа, но я ее не вижу. У меня от этих тварей мурашки. Держу пари, они бы нас пытали, если бы могли.

– Моя дорогая дочь, в твоих рассуждениях нет логики. Сколько тебе лет?

– Сколько мне лет? Папа, ты это должен знать лучше всех.

– И я знаю. Но я напоминаю – ты сама сказала, что у тебя меньше опыта, чем у любого из нас, а у меня больше всех. Я был намного старше тебя, когда отучился рассуждать подобным образом, причем не сам. С помощью Джейн, твоей матери. Хочешь что-то добавить, Хильда?

– Джейкоб советует не судить книгу по обложке, – сказала я резко. – Я тоже научилась этому у Джейн, как и Джейкоб. Внешний облик панкеры ничего нам не говорит о ее склонности к человеческим порокам вроде садизма. Джейкоб, я не пытаюсь воспитывать твою дочь, не проси меня больше. Это работа Зебби. Если ей это требуется. А ей не требуется.

– Извини, дорогая.

– Я тоже не воспитываю Дити, – сообщил капитан Зебби, – она играет роль Венди при Питере Пэне, и мне это нравится. У кого-то есть что добавить к нашей дискуссии? Я имею в виду что-то новое. Говорите… очень хорошо, я принял решение. Мы закончим список вращений и только потом двинемся по оси «тэ». Но может… кто-то устал или проголодался? Мы с Джейком можем вывести «Гэй» на стабильную орбиту вокруг Марса одним небольшим передвижением.

– Капитан Зебби, я еще не переварила пикник.

– И я тоже.

– Капитан, я предлагаю продолжить начатое. Может, найдем место для безопасной ночевки на грунте. Если нет, то мы можем вернуться сюда в любой момент.

(Я мысленно поаплодировала мужу.)

Зебби проделал великолепную работу, перестраивая «Гэй Обманщицу», но нехватка пространства делала ее туалетную комнату в условиях невесомости едва ли «адекватной», не говоря уже об «удовлетворительной». С таблеткой «бонина» я готова была наслаждаться свободным падением… но у гравитации есть свои преимущества.

– Второй пилот, установить вращение согласно графику.

– Установлено, сэр!

– Экипажу приготовиться к вращению. Выполнять!

Мы больше не были в звездном небе с мертвой планетой по соседству, мы висели вниз головой в солнечном свете. Несколько мгновений нас мотало, потом машина выровнялась, и мой огузок вдавило в сиденье всем моим весом.

Я услышала, как Зебби сказал:

– Привет, Гэй.

– Привет, Зеб.

– Держать курс, скорость и высоту над поверхностью.

– Принято, Зеб.

– Ты Умница, Гэй.

– Но мы не можем больше встречаться так, как сейчас. Прием.

– Понял, конец связи. Фух! Тайм-аут, у вашего шкипера случился небольшой нервный срыв. Мне надо прийти в чувство. Джейк, что говорит альтиметр? Мои глаза не фокусируются.

– Одиннадцать километров над Землей. Давление восемь ноль три миллибара.

– Дити, какова вероятность вылететь так близко к планете и не погибнуть?

– Невозможно рассчитать, капитан. Исчезающе мала, я полагаю. Нет данных.

– Может быть, ты мертв и не знаешь этого. Второй пилот, приготовить рычаг мертвеца. Я хочу проверить воздух.

– Слушаюсь, капитан. – Джейкоб поднял рукоятку, снял колпачок и прижал кнопку пальцем. – Готов, сэр. Ох, один момент… – не отпуская выключатель, он занялся верньерами. – Сто тысяч километров прямо вверх – установлено!

– Всем, кроме капитана, задержать дыхание на время проверки воздуха. Джейк, если я отключусь, стартуй немедленно. Тебе придется задерживать дыхание, пока ты не проветришь кабину. Вот черт, надо было озаботиться хотя бы одной кислородной маской… слишком много всего, слишком мало времени.

– Капитан? – спросила я.

– В чем дело, Хильда? Я занят.

– Могу я предложить, капитан Зебби, чтобы мне доверили роль канарейки? Вместо тебя.

– Нет.

– Но это входит в мои обязанности, сэр! Я научный сотрудник, и заменить меня легче всего. Заменить тебя сложнее всего, и ты это знаешь.

Последовало долгое, долгое молчание – по ощущениям, оно затянулось на часы, хотя прошло не больше минуты, – пока мы неспешно летели над симпатичной сельской местностью. Честно говоря, я не чувствовала особого героического порыва – внизу все куда сильнее напоминало Землю, чем Барсум. Я видела лес и озеро, а на горизонте определенно располагалось что-то вроде деревни. Но если тут и правда небезопасно, то лучше вырубиться мне, а Зебби и Джейкоб останутся в сознании у приборов, чем я буду беспомощно хлопать глазами, когда Зебби потеряет сознание за рулем. Нет, конечно, мой муж постарается нас вытащить… но в случае опасности нам нужны оба пилота… а вот я была не нужна.

Наконец Зебби издал что-то вроде стона и объявил:

– Второй пилот, тут я не буду с тобой консультироваться. Очень хорошо, малютка-мать-первопроходец, ты будешь морской свинкой. Джейк, Дити – и я – дышим глубоко, насыщаем легкие. Дити, приглядывай за Хильдой. Я считаю до трех и открываю воздухозаборник. Один… два… три!

Я почувствовала, что у меня заложило уши, и сделала очередной вдох… пахло приятно.

– Чувствую себя хорошо, капитан Зебби. Но я продолжу говорить и дышать. Свежий воздух приятно пахнет, голова у меня ничуть не кружится. Лицо Дити начинает краснеть, я не знаю, сколько еще она сможет задерживать дыхание. Если в этом воздухе есть что-то, чем мы не привыкли дышать, то оно не должно быть ядовитым. У меня кончаются темы для разговоров… есть ли смысл продолжать? Я чувствую себя прекрасно, но Дити вот-вот лопнет. Я думаю…

– Тест завершен. Второй пилот, зафиксировать и убрать рычаг мертвеца.

– Есть, сэр, – мрачно отозвался Джейкоб, осторожно защелкнул фиксатор и аккуратно убрал все на место.

– Джейк, – сказал Зебби, – если тебе хочется сожрать меня с потрохами, то вперед. Мы на автопилоте, и ты можешь считать себя свободным от вахты. Выпусти это из себя.

– Капитан, я не хочу вас критиковать, – это были слова Джейкоба, но ледяной тон, каким это было сказано, говорил обратное.

Я решила, что будет лучше, если Джейкоб будет злиться на меня, а не на Зебби. Мы с Дити тут в основном в роли пассажиров, наша безопасность зависит от того, как ладят между собой Зебби и Джейкоб, они должны сочетаться друг с другом как ветчина и яичница.

– Джейкоб!

– Да, Хильда?

– Не смей срывать злобу на Зебби! Он принял совершенно правильное решение… и оно ему далось не просто, я знаю! Зебби всегда берет все опасности на себя, и это его единственная слабость… потому что из-за этого мы все можем погибнуть. Я тут самая маленькая, но это не делает меня ребенком. Я точно такой же первопроходец, как любой из нас. Когда появляется работа, с которой я могу справиться лучше всех, ее нужно отдавать мне.

– Я же сказал, что не хочу критиковать.

– Дело в том, как ты это сказал. Если бы ты был капитаном, ты бы не позволил мне это сделать. Но я должна отрабатывать свое место в шлюпке, а иначе я здесь не нужна. Зебби это понял, когда я ткнула его носом. А ты нет. Пока нет. Мы с Дити должны защищать вас двоих, насколько сможем… иначе вы не сможете защитить нас в нужный момент. А теперь извинись перед ним.

– Держать ремни пристегнутыми, – приказал Зебби, – я собираюсь перейти на ручное, чтобы осмотреться. Джейк, я больше не буду использовать Хильду в качестве канарейки, это слишком тебя нервирует.

– Минутку, капитан! Ты принял верное решение. Хильда права, и я осознаю это. Просто мои оценки не очень хороши, когда дело касается ее. Но она права. Один за всех и все за одного, и никак иначе.

– Папа, в следующий раз я буду канарейкой.

– Нет, дочь. Ты куда лучше сможешь заменить Зеба или меня, чем Хильда, и она это знает, я уверен. А поскольку у нее наименьшая масса тела, то вероятнее всего она более чувствительна к плохому воздуху. Короче, время реакции.

– Давайте все успокоимся, – прорычал капитан Зебби, – и посмотрим, где оказались. Возможно, нам захочется здесь остаться, с воздуха все выглядит очень неплохо. Но если мы сейчас улетим, мы больше сюда не вернемся… разве что Дити составит идеальную программу, что доставит нас сюда в целости и сохранности. Джейк, я, должно быть, потерял хватку, не уловил опасности за долю секунды.

– Так, может, и не было никакой опасности, – заметила я. – Капитан, мы можем подняться на тридцать километров?

– Полагаю, что да. Есть какая-то особая причина, научный сотрудник?

– Не уверена, капитан Зебби. Но я хочу увидеть как можно больше территории сразу. В какой стороне север? С моего места не видно компаса.

– Север слева.

– Солнце восходит или заходит?

– Уже садится, – сообщила Дити. – Я знаю.