Роберт Хайнлайн – Погоня за панкерой (страница 126)

Но, черт меня возьми, я всегда знал, что я – единственный не гений в нашей четверке. Я умен, неплохо работаю руками, но даже мои дети сообразительнее меня, хотя это понятно – они наполовину Дити.

Ворсел перестал пытаться научить меня тому, что мне не давалось, и принялся оттачивать мой единственный природный талант: «предчувствия», которые предупреждают меня об опасности. Я расслабился и позволил ему поиграть с моим мозгом. Меня нельзя загипнотизировать, но я могу себе позволить быть восприимчивым так же легко, как и поставить блок против боли. Так что Ворсел пошарил внутри моего черепа, нашел ту зону, где пряталась моя странность, и помог мне ее усилить, расширить ее диапазоны во времени и пространстве.

Именно поэтому сегодня я знаю, что чужаки-добровольцы вовсе не «троянский конь» панки или их агенты. Но я даже не намекнул об этом Теду Смиту, и теперь их проверят со всей тщательностью, словно я серьезно подозреваю их в коварных планах.

Но, помимо моего слабого экстрасенсорного восприятия, у меня была другая причина поверить в искренность их желания присоединиться. Когда эти легионы начали докладывать о своем прибытии, я узнал почти все имена, которыми они себя называли – я уже встречал их раньше. Когда и как – сказано в других местах этих коллективных мемуаров, а здесь этому нет места.

Минус два часа семь минут, отсчет все еще остановлен…

Ворсел не поддержал Язву, когда она собралась на Эрайзию. Он передал нам всем свою мысль:

– Дорогая Не-Горчица, тебе не нужна Линза.

– Я не хочу Линзу, и я не нуждаюсь в ней.

Вслух Хильда ничего не ответила, но ее слова эхом донеслись до нас из его разума:

– Нам нужен совет Ментора. Безнадежен ли наш проект? Не тратим ли мы впустую свое и ваше время?

– Никто не отправляется на Эрайзию, туда призывают. Безнадежность не может служить достойной причиной, чтобы все оставить. Мой народ сражался без надежды много поколений… а потом пришла надежда. Вы могли бы поступить точно так же.

– Да, Учитель, – ответила она искренне и оставила тему.

Четыре месяца спустя Ворсел внезапно прервал урок, вид у него был чрезвычайно удивленный (Как это выглядело? Очень просто: его глазные стебельки все разом напряглись). Обратившись к нам, он сообщил:

– Капитан Зебадия, вы, мистер Берроуз и доктор Дити должны немедленно пойти, поймать панкеру и доставить ее мне. Я отвезу ее и доктора Хильду на Эрайзию.

– Так точно, сэр! – ответил я и, почувствовав, что Джейк собирается возразить, тут же добавил: – Прекрати, Джейк. Правила спасательной шлюпки.

У нас ушло пять минут на то, чтобы добраться до ангара «Гэй Обманщицы». По дороге Джейк сказал:

– Зеб, я вовсе не собирался спорить насчет того, что Хильда встретится с Ментором без меня, это было бы глупо. Но они все равно никуда не уедут, пока мы не вернемся, а она нужна нам на охоте. Хильда самая чувствительная из всех нас, когда дело касается этих тварей.

– Верно. Но представь, что Ворсел решил устроить нам полевые испытания – проверить, сможем ли мы обойтись без нее. Дити, ты займешься перцептроном, мы с Джейком поимкой. (Как?) Как только мы окажемся внутри с пленником, ты закрываешь дверь и прыгаешь шесть раз, не дожидаясь пристегивания ремней, проверки герметичности и всего остального – просто быстро убираешься оттуда.

– Да, сэр.

– Джейк, это могло быть полевыми испытаниями для нас троих. Но скорее всего Ворсел – или Ментор, поскольку дракон, похоже, повторял приказы Ментора – считает нас троих расходным материалом, в отличие от Хильды.

Дити выглядела бесстрастной, но моя интерпретация не вызвала у нее ни раздражения, ни обиды. Джейк просто моргнул и сказал:

– Возможно, ты прав, капитан. Полагаю, что да… но я не объективен.

Несмотря на то что все делалось в спешке, Ла Верн Торндайк прибыл до того, как мы успели сесть в машину.

– Три парализатора, – сказал он. – Подойдут к вашим кобурам вместо «деламетров». Один заряд обездвижит любое живое существо весом до трехсот фунтов. При необходимости можно выстрелить дважды. Но третий выстрел, скорее всего, убьет вашего пленника – если только они не слишком живучие.

– Они не такие, – заверил я. – Мы убили достаточное их количество, и в этом уверены. А это что такое? Ручные камеры?

– Метатели веревок. Стрелять как из обычного пистолета, шесть патронов в обойме. Точность до пятидесяти ярдов. Но я советую подходить ближе, потому что, если веревка обмотается вокруг шеи, она может задушить, а Ворселу эта тварь нужна живой. Удачной охоты!

У нас ушло четыре дня на поимку пленника. Дити раз за разом находила для нас потенциальную жертву – в идеальном положении для того, чтобы пристрелить ее из лазерной пушки – но не в таком, чтобы мы могли приземлиться, схватить ее и спокойно убраться прочь. Наконец Дити заметила панкеру на земле в одиночестве, ни людей, ни сородичей по соседству – что было весьма необычно. Джейк переместил машину почти на уровень земли позади существа, я посадил Гэй, и мы выскочили из двух дверей. Согласно заранее разработанному плану Джейк обездвижил цель парализатором, а я спутал ее двумя веревками еще до того, как она упала. Я снова поднял ее, Джейк добавил еще пару веревок, и мы затащили ее в машину; Дити закрыла двери так быстро, что едва не прищемила мне ногу. А потом мы оказались в невесомости далеко за орбитой Луны, и только тут Дити прекратила повторять «Гэй, прыжок!».

Пойманное нами существо казалось мне милой старушкой – но Дити и Джейк видели в ней то, чем она была – панкерой, и я чувствовал это, хотя глаза говорили мне совсем иное.

Проклятая тварь попыталась укусить меня, когда мы пристегивали ее ремнями к палубе в отсеке за перегородкой; парализующий эффект длился недолго. Потом она начала возмущаться, протестовать и заявила, что мы похитили «ее» по ошибке, что у «нее» нет денег.

Мы лишь убедились, что ремни хорошо затянуты, избегая ее зубов, затем расселись по местам, пристегнулись, и Джейк перенес Гэй на Главную Базу.

Ла Верн все еще стоял там, где мы его оставили.

– Получилось? – спросил он. – Или вы не уезжали?

Для него время не двигалось.

– Одну захватили, – сказал я устало. – Пристегнута в кормовом отсеке. Вытаскивать ее придется кому-то другому, мы слишком вымотались. Предупреди, чтобы были поосторожней, мерзкий паразит кусается.

Предупреждение было излишним: существо оказалось мертво.

Ворсел принял труп без комментариев, и они с Хильдой отправились на Эрайзию.

Мы предприняли еще пять попыток захвата, дважды без использования парализаторов, но каждый раз с одним и тем же результатом: смерть по прибытии. Захваченные в плен панки всегда кончали жизнь самоубийством, как только понимали, что убежать не получится – каким образом, мы так и не узнали.

Минус два часа семь минут, отсчет все еще остановлен…

Все чужаки-волонтеры проверены и сняты с подозрения, люди Ла Верна устанавливают капсулы. Несколько командиров их подразделений заявили, что им они не нужны, но они нужны мне – я хочу, чтобы каждый корабль занял свою позицию одновременно, во всех шестнадцати вселенных. Я не настаиваю, чтобы они возвращались на Главную Базу, и если они не хотят этого, то я сказал Ла Верну настроить капсулы на «саморазрушение», после перехода обратно на Землю-Тау-3+. Как бы я ни был благодарен чужакам за их помощь, я не передам им двигатели Берроуза – Торндайка, даже временно выпустив их из-под моего контроля.

Я хотел бы распределить эти подкрепления по трем направлениям: Земля ⁰, Земля-Тау-2+ и Земля-Тау-3+, но они все хотят атаковать именно Землю-Тау-3+. Кажется, я знаю, в чем тут дело, но я не собираюсь делиться своими догадками с Дити: это может ее расстроить. Я вообще никому об этом не стану говорить, у меня самого от этого мороз по коже. Эта планета будет разгромлена ко всем чертям. С внезапным подкреплением у нас достаточно сил, сопоставимых с максимальной оценкой зараженности, которую выдали посенийские разведчики – один к одному, один охотник на одну панкеру.

Чего нам сейчас не хватает, так это сенситивов для выявления паразитов. Посенийцев, велантийцев и обученных людей едва хватает для наших собственных кораблей. Войска с Барсума будут действовать без них, полагаясь лишь на собственные телепатические способности и чутье охотничьих калотов – три трупа панки были разрублены на кусочки и использованы для натаскивания барсумских гончих на запах панки.

Все командиры чужаков-добровольцев сообщили мне, что не нуждаются в наших сенситивах, что они сами могут безошибочно отличать паразитов от людей и что потери среди людей если и будут, то в их собственных рядах.

Я в этом не уверен, но сейчас уже слишком поздно их проверять. Они хотят поохотиться на панки, и мы их приняли. Но я не стал менять боевое построение флота. Я приказал командующему ударной группировкой З-Тау-3+ распределить их по секторам как силы зачистки. Он может по своему усмотрению отправить их в бой либо одновременно с основными силами, либо после того, как отведет свои регулярные части. Командует там Серый Ленсмен, которого я раньше не встречал… но я уверен, что он разбирается в нестандартных боевых ситуациях лучше, чем я… иначе бы он не носил серое. Я не возобновлю обратный отсчет, пока он не доложит, что принял под командование неожиданное подкрепление.