Роберт Хардман – Елизавета II. Королева мира. Монарх и государственный деятель (страница 137)

По королевским стандартам, это было радикально. Делегатов распределили по смешанным группам и на две недели развезли по всей Британии. Это был потрясающий опыт. Одна группа обнаружила, что моральный дух работников лондонской канализации в десять раз выше, чем у персонала отеля Savoy, и дело тут исключительно в ином стиле руководства. Проект был настолько успешным, что в 1962 году в Канаде состоялась вторая конференция. Один из руководителей группы позже вспоминал, что в его группу входил довольно самоуверенный представитель австралийского профсоюза, который «вечно опаздывал и приходил на пять минут позже всех». Этот самый профсоюзный деятель, некто Боб Хоук, стал впоследствии премьер-министром Австралии, а руководитель группы – министром обороны Канады. CSC продолжала набирать кандидатов аналогичного калибра. Алан Джонсон, впоследствии член парламента и министр внутренних дел, назвал это «одним из самых запоминающихся событий в моей жизни… Не будет преувеличением сказать, что Конференция 1992 года изменила мою жизнь».

Со временем герцог передал большую часть дела всей своей жизни следующему поколению. Королевская принцесса стала после него покровительствовать Конференциям по изучению Содружества. Она признает, что никто, и меньше всего герцог, не думал тогда, что проект продлится так долго.

– Первоначальная концепция заключалась в восстановлении связей Содружества в послевоенное время на уровне политики, бизнеса и профсоюзов, – говорит принцесса. – Мне кажется, он думал, что это займет не больше пары циклов, а затем, возможно, в этом не будет необходимости.

Как в случае многих других начинаний герцога, результат превзошел все ожидания.

Королевская принцесса, герцог Йоркский и граф и графиня Уэссекские

У королевской принцессы сохранились лишь самые смутные воспоминания о том первом зарубежном турне, когда в 1954 году она вместе со своим старшим братом оказалась на королевской яхте под конец кругосветного путешествия Королевы. Основы королевской дипломатии она начала изучать после окончания школы. Когда в 1970 году в Новой Зеландии Королева впервые совершила свою «прогулку», принцесса была со своими родителями и принцем Уэльским. Принцесса говорит, что ее собственная первая попытка состоялась через несколько дней в Мельбурне в Австралии. В девятнадцать лет она не была в восторге от подобной перспективы.

– Что говорить, когда подходишь к совершенно незнакомому человеку? Приходится учиться на своем опыте!

Ее дебютная прогулка также сопровождалась причудливым оборотом.

– Едва ли не первый человек, с которым я заговорила, казалась моей ровесницей. Я спросила ее, откуда она приехала. Она ответила, что приехала с Мальты, и добавила: «Мы уже встречались». Я возразила: «Да ведь я первый раз в Австралии. Как это возможно?» И она сказала: «Я работала горничной в отеле на Мальте, когда вы останавливались там в 1954 году». Я и не думала, что она настолько старше меня! Так что даже в тот первый раз стало ясно, до чего тесен наш мир и с какой легкостью люди перемещаются по Содружеству.

Вскоре она научилась получать удовольствие от «прогулок» и говорит, что Королева тоже.

– Люди были очень дружелюбны и довольно часто предлагали собственные способы общения. Иногда кто-нибудь мог крикнуть во всю глотку: «Моя кузина вернулась в Перт!» Получался такой разговор с толпой – множество ниточек, которые завязывались на ходу.

Путешествуя с Королевой и принцем Филиппом, она отточила еще один важный королевский навык – умение махать рукой.

– Помню, как была в Греции на свадьбе короля Константина в Афинах, и там меня совершенно очаровали члены королевских семей с континента и то, как они махали. Они это делают совершенно по-другому.

Она смеется, вспоминая студентов Австралии, которые подарили Королеве вдохновенное изобретение: приспособление для помахивания.

– Они преподнесли ей набитую перчатку на деревянном рычаге – можно просто дергать конец рычага, и рука ходит туда-сюда. Уверена, они сами считали это довольно дерзким, но Ее Величество была в восторге.

Год спустя принцесса провела первые самостоятельные мероприятия за границей, отправившись в Кению. Хотя она побывала там вместе с принцем Чарльзом, он исчез на сафари, в то время как она спланировала программу, определившую ее работу на долгие годы. После окончания школы в Бенендене принцесса решила сосредоточить свое внимание на нескольких благотворительных организациях.

– Мой отец очень настойчиво советовал мне выбрать только одну или две организации, с которыми я действительно могла бы иметь дело в первые годы, – говорит она. – Я думаю, он чувствовал, что и от Королевы, и от него самого ожидали, что они возьмутся за все, что делалось раньше. При таком подходе не остается времени как следует проникнуться тем, чем занята организация.

Одним из ее проектов стал фонд «Спасите детей».

– Я его не выбирала. Они сами меня нашли, – говорит она.

Поездка в Кению предоставила ей возможность увидеть благотворительность в действии и начать продвигать ее. Принцессу сопровождала команда из детской телепрограммы «Синий Питер»[349] и ее ведущая Валери Синглтон. Сотрудничество стало примером продуманного влияния на поведение СМИ, задуманного пресс-секретарем Дворца Уильямом Хезелтайном, стоявшим за созданием исторического документального телефильма «Королевская семья» двумя годами ранее. Если публика желала понять природу королевских обязанностей в современном виде, ей надо было видеть, как ими занимаются. Меньше всего принцесса хотела принимать участие в очередной старомодной церемонии перерезания ленточки. Сэр Роджер дю Буле, который был тогда вице-маршалом Дипломатического корпуса, вспоминает, как ему подали проект программы визита принцессы в Скандинавию.

– Безупречно респектабельный посол прислал мне проект программы, в которой были сплошь одни младенцы. Я порвал проект и отослал обратно, добавив: «Свозите ее в какое-нибудь современное место, где все связано с техникой и интересно. Свозите ее на автозавод». И она отлично провела там время.

Однако планы Хезелтайна относительно поездки принцессы в Кению пришлись не по нраву Министерству иностранных дел. Сэр Эрик Норрис, Верховный комиссар Британии в Найроби, расценил присутствие любых СМИ как грубое вмешательство. Он принадлежал к старой школе FCO и, похоже, полагал, что должен быть этаким королевским турагентом. Принц и принцесса, сообщил он своему начальству в Лондон, «желают прибыть с частным визитом с минимальным освещением». План Хезелтайна по привлечению СМИ, предостерегал он, «едва ли согласуется с нашим мнением, что цель визита – обеспечить Их Королевским Высочествам тишину и спокойствие».

В тот раз путешествие принцессы вызвало огромное количество публикаций в СМИ, освещавших как ее деятельность, так и фонд «Спасите детей». На сэра Эрика это не произвело никакого впечатления. «Господа журналисты, особенно фотографы, часто бывали назойливы и вели себя отнюдь не так хорошо, как хотелось бы, – писал он впоследствии в своей депеше. – Очень трудные две недели». Он также был недоволен тем, что за принцессой повсюду следовала съемочная группа «Синего Питера». «Большую часть съемок проводили с мисс Валери Синглтон, к многочисленным достоинствам которой, как мне кажется, не относится умение держаться на заднем плане». Принцесса, однако, смотрит на все это очень доброжелательно. Просматривая в записи кадры своей поездки, она тут же узнает школу, которую посетила первой в программе, и объясняет, каким образом та из скромного учреждения стала одной из лучших школ Восточной Африки. Она много раз возвращалась туда.

Во время некоторых турне с Королевой и герцогом принимающая сторона предоставляла принцессе подходящую «компаньонку». Так, в ходе государственного визита в Турцию в 1971 году эту роль доверили Белкис Версан двадцати двух лет, дочери директора протокола. Министерство иностранных дел сообщило Дворцу, что она «привлекательная, энергичная и умная девушка, которая свободно чувствует себя с иностранцами». Хотя она хорошо каталась на водных лыжах, никаких «особых знаний о лошадях» у нее не было.

После (первого) замужества принцессы с капитаном Марком Филлипсом в 1973 году ей больше не нужны были компаньонки. Ее сугубо деловой подход к поездкам за границу почти не изменился за прошедшие годы. Она долгое время была одной из самых активных путешественниц в королевской семье, причем часто ездила с минимальным сопровождением (или вообще без него, когда дела уводили ее в сторону от королевской орбиты, как, например, поездки в качестве члена Международного олимпийского комитета). Она стала первым членом королевской семьи, совершившим официальный королевский визит в такие места, как Монголия, Вьетнам и Мадагаскар.

– Самое замечательное в принцессе – ее исключительное трудолюбие, но в то же время она очень рациональна и нетребовательна, – говорит сэр Саймон Фрейзер, бывший глава Дипломатической службы. – Она просто выполняет свою работу.

Десять лет после увольнения из рядов Королевского ВМФ в 2001 году герцог Йоркский был неоплачиваемым «специальным представителем» британской торговли за рубежом. Он отказался от этой роли в 2011 году по собственному желанию, когда внимание публики стали отвлекать заголовки о некоторых его деловых контактах, в частности связи с осужденным в Америке за сексуальное правонарушение. С тех пор он сосредоточился на продвижении предпринимательства и новых технологий у себя дома, одновременно также помогает Королеве во время визитов мировых лидеров. Некоторые в Министерстве иностранных дел критикуют его, так как на своем опыте помнят довольно резкие манеры принца при общении с сотрудниками, но у герцога есть и поклонники.