Роберт Хардман – Елизавета II. Королева мира. Монарх и государственный деятель (страница 126)

Каждый день этого турне, как и любого другого тура, включал старания обеих сторон произвести друг на друга впечатление, волнующие переживания, пару фотосессий (редко доставлявших гостям удовольствие) и недолгий осмотр достопримечательностей, а также иногда какое-нибудь грандиозное мероприятие. По возможности ланч исключался из расписания. Принц не любит ланчи.

– Я, как верблюд, – любит повторять он, зачастую к немалому огорчению тех в его окружении, кто не ощущает себя верблюдом, когда время подходит к ланчу.

Герцогиня Корнуоллская не разделяет его взгляды и с гордостью считает себя покровительницей благотворительной организации, занятой едой и дружбой и называющей себя «Большой ланч». Принц предпочитает очень скромный ланч, если уж без него нельзя обойтись, – обычно быстрый перекус бутербродом с яйцом на заднем сиденье королевского автомобиля.

Первый день завершился обедом у президента, где подали говядину вагю и омара во фритюре и где принц подробно рассказал о роли Сингапура в истории Содружества. Он отметил, что здесь состоялась самая первая встреча глав правительств стран Содружества, на которой обсуждались старые связи с Великобританией. Он также припомнил, как его развлекали во время одного из самых первых его визитов в страну во времена Ли Куан Ю, отца нынешнего премьер-министра.

– Помнится, в программе это значилось как «небольшой ланч», но оказалось, что подали более двадцати блюд, – сказал он.

По ходу дела, возможно, в этом и кроется причина нелюбви принца к долгим трапезам в середине дня. Его захватывающая речь мягко напомнила слушателям, что связи принца с этой страной восходят к человеку, почитаемому как основатель современного Сингапура.

Следующий день включил в себя посещение рынка свежих морепродуктов, знакомство с проектами озеленения города и экскурсию по крупному исследовательскому центру, основанному британским предпринимателем Джеймсом Дайсоном, где трудится более тысячи человек. Принц позировал для фотографов, поводя в воздухе пылесосом Dyson, а затем его провели в исследовательскую лабораторию с невероятной звукоизоляцией, где проходят акустические испытания.

– О Боже, – пошутил принц. – Я словно оказался в яичной скорлупе!

Во время ланча состоялось посещение ресторана, где работают молодые люди из неблагополучных семей (минеральная вода только для почетного гостя), за ним последовала экскурсия по величественному старинному зданию, в котором ранее размещались Верховный суд Сингапура и его правительство. Теперь в постройках находятся административный центр и новая Национальная галерея. В отличие от одноименного музея в Лондоне, этот комплект не обзавелся «чудовищным карбункулом», как неодобрительно отозвался принц Чарльз о предполагаемом расширении лондонской Национальной галереи в 1984 году, а его архитектор-француз, как оказалось, разделяет взгляды принца на архитектуру. В довершение всего принцу показали помещение, в котором его любимый дядя лорд Маунтбеттен в 1945 году принимал капитуляцию Японии. Трудно было бы придумать более интересную для принца программу. Герцогиня тем временем посетила общественный центр, где занялась рисованием, аранжировкой цветов и кулинарией, а также заглянула на занятия йогой для пожилых. Когда она вошла в зал, все послушно замерли наместе. Она заметила грелку для спины и сказала своему гиду, что никогда не путешествует без нее.

– Здоровое старение – вот то, что всем нам нужно! – весело сказала она.

Два этажа резиденции Верховного комиссара заполнены несколькими сотнями человек, прибывших на вечерний прием, и каждый удостоен рукопожатия и краткой беседы. Опять же, этот вечер проходит практически в ключе «Королева-и-Содружество». Принц с супругой знакомятся с местным представителем организации Queen’s Young Leaders, победителем Королевского конкурса на лучшее эссе в Содружестве и доктором Энтони Йи, председателем местного отделения Королевского общества Содружества. Его организация фактически исчезла, говорит он, когда внешняя политика Британии оказалась обращена не к Содружеству, а к Европе. Теперь, после референдума о Brexit, она снова активно работает.

Из Сингапура принц на рейсовым Voyager Королевских ВВС (новейший топливозаправщик, который одновременно служит VIP-самолетом для британского правительства) полетел в Бруней, где правит убежденный англоман султан Брунея. 750 служащих британских ВС – многие из них гуркхи – находятся здесь для защиты границ султана. После парада и визита в Верховный комиссариат Великобритании принц с супругой прибыл во дворец султана Брунея Истана Нурул Иман с золотым куполом. Гости проследовали через ряд внутренних двориков с журчащими фонтанами в застланное великолепными коврами помещение – нечто среднее между роскошным отелем и университетским кампусом. Внизу в обширных подземных гаражах находится знаменитая коллекция автомобилей султана. Две королевские семьи – давние друзья.

– Вы выглядите так, словно ни на день не стали старше! – замечает принц, когда султан приветствует его.

Герцогиня удаляется на отдельные переговоры с королевой Салехой, супругой султана. Позже все встречаются с остальными членами правящей семьи для трапезы, которая в программе визита обозначена как «чай», но на деле напоминает государственный банкет. В восьмиугольной столовой, стены которой увешаны эклектичным собранием произведений искусства, включая работы Пикассо, пятьдесят гостей сидят за круглыми столами. Султанская прислуга хорошо поработала с линейками, старательно измеряя расстояние ровно в 25 сантиметров между подлокотниками кресел для гостей. На золотых тарелках появляется бесконечная череда блюд, включая клецки с омарами, русонг[325] и бананы в кокосовых сливках. Для остальных членов британской делегации – вплоть до носильщиков багажа и членов съемочных групп – султан распорядился подать столь же обильное угощение в примыкающем к столовой дворике. Когда все снова оказываются на борту Voyager Королевских ВВС и направляются в Куала-Лумпур, желающих отведать поданный к чаю данди-кейк[326] находится немного.

Малайзия – важная для экономики Содружества страна, да к тому же и монархия, в которой принц до этого ни разу не бывал, отчасти из-за неустойчивых отношений страны с Великобританией. Однако репутация принца опередила его в Музее исламского искусства. Всем хорошо известно о его долгом послужном списке в продвижении связей между исламом и Западом, он даже привез с собой маститого ученого доктора Афифи аль-Акити из Оксфордского центра исламских исследований, которому принц покровительствует. Когда принц открывает свою подпись на арабском языке (ради чего он тренировался весь вечер накануне), звучат громкие аплодисменты. Затем он произносит речь о вкладе исламских ученых в геометрическое постижение мира. От вечных истин о космических закономерностях он быстро переходит к водосточным трубам и строительству дорог на конференции по городскому планированию. Он тоже чувствует себя здесь в своей стихие и привез с собой Джереми Кросса из своего Фонда принца, хотя больше всего говорит сам принц.

– Я много лет уговариваю коммунальные службы уложить все их трубы и кабели в одну траншею, чтобы они не перекапывали дороги, – говорит он одному из градостроителей, продолжая излагать свои взгляды. – Для начала мы всегда должны поместить в центр проблемы человека-пешехода и стараться сделать район комфортным для передвижения пешком, удобным для жизни и красивым.

Вскоре принц покидает столичный Куала-Лумпур и направляется в кампус Ноттингемского университета в Малайзии. Там проходит первый в истории Молодежный саммит Содружества, и принца, когда он появляется на балконе главного здания, приветствуют как рок-звезду, после чего он пробирается в главный зал. Дальше в программе исследовательский центр и еще одно мероприятие, которое он никак не мог пропустить. Исследовательский центр управляет «Сетью забытых продуктов» и занимается созданием новых источников пищи из ныне забытых культур, которые возделывали когда-то майя, ацтеки и другие древние цивилизации. Принц, в доме которого в Хайгроуве запрещены генно-модифицированные продукты, просто в восторге. Он пробует экспериментальные блюда вроде тортеллини из питахайи с йогуртом из куркумы и чипсы со вкусом карри, сделанные из пустынных сорняков.

– Я жду взрыва, – с волнением говорит он.

Следующая остановка – чаепитие во дворце Агонга с Верховным правителем Малайзии султаном Мухаммедом V (правителя избирают из одного из девяти правящих домов страны). Им есть что обсудить. Предыдущая их встреча состоялась в 2015 году, когда султан посетил Центр исламских исследований принца в Оксфорде, и эта сторона его жизни стала довольно важной темой в данном турне. Мало кто из VIP-персон с Запада прибывает сюда, располагая такой глубиной знаний об исламской и малазийской культуре. Это помогает понять, почему столько гостей пришли на главное мероприятие турне. Великобритания организовала серию празднований, посвященных шестидесятилетию независимости бывшей Малайской Федерации. Эти шесть десятилетий прошли неспокойно – был момент, когда Малайзия объявила Великобритании торговый бойкот под лозунгом: «Покупай британские товары в последнюю очередь», однако сейчас отношения процветают. Принц дал парадный банкет для 550 ведущих представителей Малайзии, в числе которых был родившийся тут Джимми Чу[327] – легенда мира обуви, перебравшийся в Великобританию еще в непростые годы студенчества. Он никогда не забывал, что смог основать свою обувную империю лишь благодаря гранту в размере 40 фунтов в неделю от Фонда принца. Неудивительно, что он остается вечно благодарен принцу, которого он с гордостью называет своим «божественным братом».