Роберт Ханс – Убийство в цветочной лодке (страница 37)
Судья Ди взглянул на серебряные значки, вскочил со стула и стал нервно расхаживать по комнате, что-то сердито бормоча себе под нос. Его помощники испуганно переглядывались — они никогда не видели судью в таком состоянии.
Вскоре судья взял себя в руки. Встав перед помощниками, он произнес со слабой улыбкой:
— Передо мной встала задача, которую я должен спокойно обдумать. А вы ступайте и развлекитесь немного — вы заслужили отдых.
Ма Жун, Цзяо Тай и Дао Гань молча пошли к дверям. Хун некоторое время стоял в нерешительности, но, увидев выражение лица своего хозяина, последовал за остальными. Верных помощников судьи оставило радостное возбуждение после удачной поездки в Шангпей, они поняли, что впереди их ждут суровые испытания.
Когда все ушли, судья Ди снова сел, скрестил руки на груди и опустил голову. Итак, его страхи оправдались. «Белый лотос» возрожден, он готовится к решительным действиям. И один из центров заговора находится в Ханьюане, уезде, вверенном ему императором, а он не смог своевременно раскрыть его.
Вот-вот разразится кровавая гражданская распря, погибнут ни в чем не повинные люди, цветущие города будут разрушены. Конечно же, он бессилен полностью предотвратить беду — тайное общество имело отделения по всей империи, и Ханьюань был всего лишь одним из его многочисленных центров.
Но Ханьюань расположен недалеко от столицы, сюда можно вызвать императорскую гвардию. А он даже не предупредил власти о том, что здесь происходит. Он не справился с самым важным делом, выпавшим ему на протяжении всей его служебной карьеры! Судья в полном отчаянии закрыл лицо руками.
Но вскоре он вновь овладел собой. Возможно, еще есть время. Сражение при Люшанге было, наверное, пробной вылазкой заговорщиков, для выяснения готовности императорских сил. Благодаря прекрасной работе Ма Жуна и Цзяо Тая заговорщики не получили подкрепления, им потребуется теперь день-другой для организации второй вылазки в каком-нибудь ином месте.
Местное командование в Люшанге известит высшие власти, и те начнут расследование. Но на это уйдет слишком много времени! Он, судья Ханьюаня, должен предупредить власти о том, что беспорядки в Люшанге не просто волнения местного значения, что это — часть разветвленного заговора, организованного возродившимся «Белым лотосом».
Он должен сообщить об этом правительству. Сделать это можно сегодня же вечером, представив неопровержимые доказательства в столицу. Но у него пока не имеется этих доказательств!
Лю Фэйпо бесследно исчез, но есть ведь еще Хань Юнхань, он может арестовать его и с пристрастием допросить. У него не имеется достаточно доказательств вины Хань Юн-ханя для того, чтобы применить к нему столь крайнюю меру, но на карту поставлена безопасность всей империи! И наличие задачи по вэйци указывает на Ханя. Без сомнения, его предок, отшельник Хань, в прежние годы совершил какое-то открытие, придумал нечто важное, а разгадку к своему изобретению зашифровал в задаче по вэйци. Да, изобретение, которое его скверный потомок использовал для своих гнусных замыслов!
Но в чем его смысл? Помимо того, что отшельник Хань был философом и знатоком вэйци, он еще знал толк в архитектуре. Буддийская часовня была возведена под его личным присмотром. Кроме того, у него были золотые руки: он сам вырезал на нефрите надпись, помещенную на алтаре.
Судья выпрямился на своем стуле и обеими руками ухватился за край стола. Прикрыв глаза, он вспоминал разговор в буддийской часовне. Перед его внутренним взором появилась красивая девушка. Стоя перед ним, она изящной ручкой указывала на надпись на алтаре. Надпись составляла правильный квадрат, он это четко помнил.
Пух Ивы сказала тогда, что каждое слово вырезано на отдельном куске нефрита. Таким образом, надпись представляла собой квадрат, состоящий из многих квадратиков. Но ведь и другая памятная вещь, оставленная старым отшельником, — задача по вэйци — тоже представляла собой квадрат, разделенный на мелкие квадратики...
Судья открыл ящик стола и стал выкидывать из него бумаги прямо на пол, торопясь найти копию надписи, которую ему подарила Пух Ивы. Свернутая трубочкой копия лежала в глубине ящика. Ди развернул ее на столе и прижал двумя пресс-папье. Затем он достал листок с задачей по вэйци, положил его рядом с текстом и стал внимательно сличать их.
Надпись состояла из шестидесяти четырех слов, расположенных в восемь столбиков по восемь слов в каждом. Она и вправду представляла собой правильный квадрат. Судья сдвинул брови. Задача по вэйци — тоже квадрат, но ее поверхность разделена на восемнадцать рядов по восемнадцать клеток в каждом. Даже если это сходство имело особенное значение — в чем же содержится связь между буддийским текстом и задачей?
Судья попытался еще раз все спокойно обдумать. Текст был приведен дословно из древней и знаменитой буддийской книги. Вряд ли он может иметь скрытый смысл без существенной перестановки слов. Поэтому разгадка, если она вообще есть, содержится в именно в задаче.
Судья подергал свои бакенбарды. Пожалуй, ясно, что эта головоломка не является задачей по вэйци в полном смысле этого слова. Цзяо Тай говорил, что белые и черные фигуры расставлены наугад, особенно бессмысленна позиция черных. Судья Ди прищурился. А что, если ключ в позиции черных, а белые фигуры добавлены для большего правдоподобия?
Ди быстро сосчитал клетки, занимаемые черными. Они были вписаны в центральный квадрат, составляющий восемь на восемь клеток! Шестьдесят четыре слова буддийского текста были расположены на такой же площади!
Судья схватил свою кисточку. Поглядывая на задачу, он обвел кружками семнадцать слов буддийского текста в соответствии с расположением семнадцати черных фигур. Закончив, он глубоко вздохнул. Вместе семнадцать слов составили фразу, которая могла иметь лишь одно значение. Загадка была разгадана!
Судья бросил кисть и утер пот со лба. Теперь стало ясно, где находится штаб «Белого лотоса»! Ди поднялся и подошел к двери. Его четыре помощника стояли в коридоре и обеспокоенно обсуждали, что же могло так огорчить их начальника. Судья жестом приказал им войти.
Войдя в его покои, помощники сразу увидели, что кризис миновал. Судья Ди стоял очень прямо, сунув руки в рукава. Устремив на помощников пламенный взор, он сказал:
— Этой же ночью я закрою дело об убийстве куртизанки. Я наконец прочитал ее последнее послание!
Глава 18
Собрав вокруг себя всех четырех помощников, судья Ди торопливым шепотом изложил им свой план.
— Будьте осторожны, — закончил он. — В суде — предатель, и даже стены имеют уши.
Когда Ма Жун и Цзяо Тай ушли, судья сказал советнику Хуну:
— Пойди в караульное помещение и следи за стражниками. Если увидишь, что к кому-нибудь из них пришел посторонний, немедленно велишь схватить обоих.
Затем судья вместе с Дао Ганем поднялся наверх и вышел на мраморную террасу. Судья Ди с тревогой посмотрел на небо. Светила луна, было безветренно, жарко и тихо. Со вздохом облегчения он сел у балюстрады.
Положив подбородок на руки, судья смотрел на темнеющий внизу город. Сменилась первая ночная стража, люди зажигали свет в домах. Дао Гань стоял за стулом судьи и напряженно вглядывался в темноту, теребя длинные волоски, росшие из родинки на щеке.
Долгое время они молчали. Снизу, с улицы, до них донесся резкий звук трещотки — ночной дозор совершал свой обход.
Судья Ди резко поднялся.
— Мы уже долго ждем!
— Дело не так быстро делается, ваша честь, — веско произнес Дао Гань. — Оно может занять больше времени, чем мы думали.
Вдруг судья схватил Дао Ганя за рукав.
— Смотри! — воскликнул он. — Началось!
С восточной стороны над крышами взвился серый столб дыма. Потом появилось пламя.
— Пойдем! — приказал судья Ди и бросился вниз по лестнице.
Когда они ступили на двор, раздался тяжелый звон большого медного гонга, висящего у ворот. Двое дюжих часовых били в него деревянными молотами. Стражники и часовые выскакивали из казарм, застегивая ремешки на шлемах.
— Все — на пожар! — приказал судья Ди. — Двое останутся здесь у ворот.
Затем он выбежал на улицу, Дао Гань последовал за ним.
Ворота усадьбы Ханя были широко распахнуты. Слуги бегали туда и обратно, вынося наспех увязанные пожитки. Пламя плясало на крыше кладовой, расположенной в глубине усадьбы. На улице собралась толпа горожан. Руководимые старостой квартала, они выстроились в цепочку и передавали ведра с водой стражникам, стоящим на стене сада.
Судья Ди остановился перед воротами и зычно прокричал:
— Двое стражников, встаньте здесь! Следите за тем, чтобы воры или мародеры не пробрались внутрь! Я пойду посмотрю, не остался ли там кто-нибудь.
Сопровождаемый Дао Ганем, он устремился в глубь опустевшей усадьбы — прямо к буддийской часовне.
Остановившись перед алтарем, судья Ди вынул копию буддийского текста из рукава и указал на семнадцать обведенных им слов.
— Смотри! — сказал он. — Эта фраза — ключ к буквенному замку на нефритовой доске: «ЕСЛИ ТЫ РАЗГАДАЕШЬ МОЕ ПОСЛАНИЕ И ПОГРУЗИШЬ ВНУТРЬ ЭТИ СЛОВА, ТЫ ВОЙДЕШЬ ВО ВРАТА И ОБРЕТЕШЬ ПОКОЙ». Это может означать только одно: нефритовая плита — дверь в потайную комнату. Подержи листок!