Роберт Ханс – Убийство в цветочной лодке (страница 30)

— Но где же была госпожа Цзян, когда Мао Лу зарывал инструменты? — спросил Хун. — Можно быть уверенным в том, что монах обыскал весь храм, а ведь он ее не обнаружил.

— Мы все узнаем, когда изловим Мао Лу, — ответил судья. — Но уже известно, где Мао Лу прятал несчастную женщину последние дни, а именно в притоне за рыбным базаром. « Девчонка» Мао Лу, о которой говорил одноглазый, это не кто иная, как госпожа Цзян.

В кабинет вошел слуга и принес поднос с обедом для судьи Ди. Пока он накрывал на стол, судья закончил свою речь:

— Мы можем легко проверить нашу версию по поводу госпожи Цзян. Сейчас вы все тоже пообедаете, потом Цзяо Тай сходит в дом свиданий за рыбным базаром за хозяйкой. Та даст нам описание женщины, которую приводил Мао Лу.

Ди взял в руки палочки для еды, а трое его помощников удалились.

Судья Ди ел и не чувствовал вкуса пищи. Он пытался сопоставить все полученные сведения. Вряд ли могли возникнуть какие-нибудь сомнения в том, что дело «Лю против Цзяна» расследовано, недоставало лишь нескольких деталей. Теперь надо было установить связь между этим делом и убийством куртизанки. Сейчас стало ясно, что ученый ни в чем не виновен, но все это дело бросало зловещую тень на Лю Фэйпо.

Когда слуга убрал пустую посуду и налил судье чая, Ди вынул из стола документы по делу об убийстве в цветочной лодке и начал перечитывать их, неторопливо поглаживая свои бакенбарды.

За этим занятием его и застали четверо помощников.

Ма Жун сообщил:

— Ну наконец-то я увидел ученого по-настоящему взволнованным. Как он был рад увидеть своего сына!

— Тебе, наверное, уже рассказали, что у нас есть веские основания считать, что его молодая жена тоже жива. Ты привел сюда хозяйку дома свиданий, Цзяо Тай?

— Да, — ответил Ма Жун за друга, — я видел эту красотку в коридоре.

— Приведите ее! — приказал судья Ди.

Цзяо Тай вышел из кабинета и тотчас вернулся, сопровождаемый костлявой женщиной с вульгарным плоским лицом. Женщина низко поклонилась и сразу же затараторила хнычущим голосом:

— Он даже не дал мне времени переодеться, ваша честь! Как я могу предстать перед вашим превосходительством в таком виде! Я сказала ему...

— Замолчи и слушай меня! — прервал ее судья. — Ты ведь знаешь, что я могу в любой момент прикрыть твое заведение, так что соберись с мыслями и отвечай мне чистую правду. Кто была та женщина, которую приводил к тебе Мао Лу?

Содержательница дома свиданий упала на колени.

— Я так и знала, что этот мошенник втянет меня в какую-нибудь историю, — запричитала она. — Но что может поделать слабая женщина, ваше превосходительство! Простите меня, ваша милость!

Громко вскрикивая, она ударила несколько раз лбом об пол.

— Прекрати завывать! — сердито приказал судья Ди. — Отвечай, кто была эта женщина?

— Откуда мне знать! — воскликнула женщина. — Мао Лу привел ее в мой дом поздно ночью, и клянусь, что я никогда ее раньше не видела! На ней было какое-то странное, совсем не нарядное платье, и она выглядела очень испуганной. Брат Мао сказал: «Эта цыпочка не понимает, что для нее хорошо, а что — нет. Представляешь, она отказывается от такого прекрасного мужа, как я! Но я преподам ей урок!» Я заметила, что девушка как будто больна, поэтому сказала Мао Лу, чтобы он оставил ее на ночь одну. Да, я такая, ваша честь, я всегда стою за доброе отношение к людям. Я поместила ее в симпатичной комнатке, дала ей рисовой каши и чашку чая. Я прекрасно помню, как сказала ей, ваша честь: «Отправляйся спатиньки, мой цыпленочек! И не волнуйся! Увидишь, что завтра все будет в порядке!»

Женщина глубоко вздохнула.

— Ох, но вы не знаете этих девиц, ваша честь! Можно было ожидать, что на следующее утро она, по крайней мере, скажет мне спасибо. Но она разбудила весь дом, стуча в свою дверь, и еще кричала что есть мочи. А когда я поднялась к ней, она прокляла и меня, и брата Мао и болтала всякие глупости о том, что ее похитили, что она из хорошей семьи, — подобные истории они плетут постоянно. Что же, единственный способ вразумления для шлюх — это дать им почувствовать несколько хороших ударов веревкой. Веревка заставила ее замолчать, и когда пришел братец Мао, она как миленькая пошла за ним. Я клянусь, это все, ваша честь!

Судья Ди презрительно посмотрел на женщину. В какой-то момент он хотел ее арестовать за плохое обращение с девушкой, но потом он решил, что она поступила вполне в соответствии со своими умственными способностями.

Эти веселые дома для бедноты были неизбежным злом, и власти могли как-то присматривать за ними, чтобы предотвратить еще большие злоупотребления, но они никогда не были в состоянии пресечь традиционной жестокости в отношении их обитательниц.

Судья сурово сказал хозяйке:

— Ты прекрасно знаешь, что вам не разрешается давать приют бездомным девицам. На этот раз, так и быть, я тебя отпускаю. Но обязательно проверю, правду ли ты мне рассказала, и если ты мне солгала — горе тебе!

Женщина опять начала биться лбом об пол, выражая тем самым свою благодарность. По знаку судьи Цзяо Тай ее увел.

— Да, наше предположение оправдалось, — сказал судья Ди. — Жена кандидата Цзяна жива, хотя, может быть, ей лучше было бы умереть, чем попасть в руки Мао Лу. Мы должны схватить его как можно скорее, дабы вызволить ее из рук этого головореза. Они находятся в месте, которое называется остров Трех дубов, в уезде Шангпей. Кто-нибудь знает, где это?

В разговор вступил Дао Гань:

— Я никогда там не бывал, ваша честь, но много слышал об этом месте. Это группа островов, часть из которых заболочена, посреди Великой реки. Заболоченные острова поросли густым кустарником, полузатопленным почти весь год. Сухие места покрыты старым лесом. Только люди вне закона, которые собираются там, знают все протоки между этими островами. Разбойники взимают мзду с проходящих кораблей и часто совершают набеги на стоящие по берегам реки поселения. Ходят слухи, что гнездящаяся там шайка насчитывает более четырехсот человек.

— Почему же правительство не очистит это разбойничье гнездо? — с изумлением спросил судья.

Скривив губы, Дао Гань ответил:

— Это нелегко, ваша честь. Потребуется настоящая флотская операция, которая может стоить многих жизней. Туда ведь нельзя добраться на военных сампанах, там мелководье. Нужно использовать небольшие суда, а воины в них будут хорошей мишенью для стрел. Я слышал, что правительство установило военные посты вдоль берега и стражники патрулируют всю округу. Власти хотят блокировать эти острова и заставить шайку сдаться. Но разбойники обосновались там много лет назад, у них давние связи с местным населением, которые очень трудно проследить. До сих пор нет никаких признаков того, что разбойники нуждаются в пище или в чем-нибудь еще.

— Да, дело плохо, — сказал судья Ди.

Посмотрев на Ма Жуна и Цзяо Тая, он спросил:

— Как вы думаете, вам удастся забрать оттуда похищенную женщину и Мао Лу?

— Брат Цзяо и я как-нибудь справимся, ваша честь! — ответил Ма Жун без тени сомнения. — Эта работа как раз для нас. Мы лучше отправимся немедленно, чтобы поближе познакомиться с обстановкой.

— Хорошо, — сказал судья Ди, — я напишу рекомендательное письмо своему коллеге, судье Шангпея, и попрошу его содействовать вам.

Он взял кисточку для письма, набросал несколько иероглифов на официальном бланке, поставил на нем большую квадратную печать суда и протянул Ма Жуну со словами: «Удачи вам!»

Глава 15

Советник Хун и Дао Гань посещают весьма важную персону; делец совершает свою последнюю сделку

Когда Ма Жун и Цзяо Тай ушли, судья Ди обратился к Хуну и Дао Ганю:

— Пока наши молодцы орудуют в Шангпее, мы здесь тоже не будем бездельничать. Во время обеда я все думал о Лю Фэйпо и Хань Юнхане, двух главных подозреваемых по делу об убийстве куртизанки. Позвольте сообщить вам, что я не собираюсь спокойно сидеть и ждать следующего шага двух этих господ. Я решил арестовать Лю Фэйпо сегодня же.

— У нас нет достаточных оснований так поступить, ваша честь! — воскликнул Хун в некотором замешательстве. — Мы имеем лишь некоторые смутные подозрения, как же мы...

— Я имею полное право арестовать Лю, и я это сделаю! — оборвал советника судья. — Лю выдвинул в суде серьезное обвинение против доктора Цзяна, а ныне доказано, что это обвинение было ложным. Допускаю, что никто не имел бы ничего против, если бы я закрыл глаза на это обстоятельство, тем более что Лю был явно вне себя от горя, когда выдвигал свое обвинение, да и ученый не возбудил против него дела за клевету. Но закон гласит: «Тот, кто неверно обвинил другого в значительном преступлении, должен быть наказан, как если бы он сам совершил это преступление». Закон допускает широкое толкование этого пункта, но в данном случае я прочитаю его буквально.

Советник Хун был встревожен, но судья Ди взял в руку кисточку и составил приказ об аресте Лю Фэйпо. Затем он придвинул второй бланк и, заполняя его, сказал:

— А еще я арестую Ван Ифаня за данные им ложные показания о своей дочери и докторе Цзяне. Сейчас вы вместе пойдете с четырьмя стражниками в дом Лю и арестуете его. Хун, прикажи начальнику стражи взять двух человек и арестовать Ван Ифаня. Да, и пусть их отвезут в закрытых паланкинах и поместят в камеры, расположенные подальше одна от другой, — они не должны знать, что оба пользуются гостеприимством нашей тюрьмы. Я выслушаю обоих на вечернем заседании суда — надеюсь, мы узнаем от них что-нибудь новенькое.