Роберт Ханс – Убийство в цветочной лодке (страница 17)

— Советник имел обыкновение гулять здесь, когда был в добром здравии?

Лян Фэн быстро взглянул на судью и ответил:

— Нет, ваша честь, ведь это просто небольшой палисадничек за домом. Вот та калитка ведет в небольшую аллею. А главный сад находится с другой стороны. Я очень надеюсь, что ваша честь не поверит недостойным слухам обо мне. Я даже не могу представить, кто бы мог...

— Это не имеет значения! — прервал его судья Ди. — Я изучу на досуге ваш список и дам вам знать о принятом мной решении.

Молодой человек рассыпался в благодарностях, провел судью в первый двор и помог подняться в ожидавший его паланкин.

Вернувшись в здание суда, судья Ди нашел в своем кабинете советника Хуна и Цзяо Тая. Хун взволнованно заявил:

— Цзяо Тай сделал важное открытие в доме доктора Цзяна, ваша честь!

— Хорошая новость, — заметил судья, занимая место за рабочим столом. — Рассказывай, Цзяо Тай, что ты обнаружил?

— На самом деле не так уж много, — возразил Цзяо Тай. — Боюсь, что в главном мы не продвинулись. Я опять обыскал все в поисках того странного типа, что следил за вами в окно, ваша честь, в комнате новобрачных. И Ма Жун помогал мне в поисках, когда вернулся из буддийского храма. Но мы не нашли ничего, что привело бы нас к этому типу. И ничего особенного не узнали об этом плотнике, Мао Юане. Домоправитель вызывал его за два дня до свадьбы. В первый день он сооружал деревянный помост для оркестра и спал в сторожке. На второй день он чинил мебель и крышу в комнате молодых — крыша там протекала. Он опять спал у сторожа, а наутро отремонтировал большой обеденный стол. Потом он помогал на кухне, а когда начался свадебный пир, допивал вместе со слугами остававшееся вино. Ушел спать мертвецки пьяным. На следующее утро было обнаружено тело невесты. Мао остался из любопытства, пока не вернулся ученый после безрезультатных поисков своего сына. Домоправитель видел, как Мао разговаривал на улице с рыбаком, тем, что нашел пояс кандидата Цзяна. А потом он ушел, забрав свой ящик с инструментами и топором. За все эти дни доктор Цзян ни разу не разговаривал с Мао, давал указания и платил ему домоправитель.

Тут Цзяо Тай подергал свои короткие усики.

— Сегодня днем, пока ученый отдыхал, — продолжил он, — я просмотрел его книги и нашел прекрасный иллюстрированный труд по стрельбе из лука, который очень меня заинтересовал. Когда я ставил трактат на место, то увидел старинную книгу, лежавшую в глубине полки. Это был учебник по вэйци. Я пролистал его и на последней странице обнаружил ту самую задачу, которую вы нашли в рукаве у танцовщицы.

— Прекрасно! — воскликнул судья Ди. — Ты принес книгу?

— Нет, ваша честь, я подумал, что ученый может заподозрить что-нибудь, если обнаружит пропажу. Я оставил там Ма Жуна и пошел в книжную лавку напротив храма Конфуция. Когда я назвал книгу, хозяин лавки сказал, что у него только один экземпляр, и сразу заговорил о последней задаче. Он сказал, что книга была издана семьдесят лет назад и ее написал дед Хань Юнханя, старый чудак, которого люди называли отшельник Хань. Он был известен как знаток вэйци, и до сих пор его книга служит хорошим подспорьем для изучающих эту игру. Два поколения любителей вэйци ломали голову над последней задачей, но никто не смог понять ее смысла. Поэтому решили, что издатель добавил последнюю страницу по ошибке. Отшельника Ханя постигла внезапная смерть, когда книга еще не была издана, — он не видел оттисков. Я купил эту книгу, ваша честь, посмотрите сами, — закончил Цзяо Тай свой рассказ.

Он протянул судье том с пожелтевшими загнутыми страницами.

— Какая интересная история! — воскликнул судья Ди.

Он осторожно открыл книгу и быстро просмотрел предисловие.

— Предок Ханя был большим ученым! Это предисловие написано очень самобытным, но весьма изысканным стилем.

Судья пролистал книгу до конца, потом достал из ящика стола листок с задачей и приложил ее к книге.

— Да, — продолжил он, — Цветок Миндаля вырвала этот листок из точно такой же книги. Но с какой целью? Каким образом задача по вэйци, напечатанная семьдесят лет назад, может быть связана с заговором, который замышляется в этом городе? Очень странно.

Покачав головой, Ди сунул книгу и листок в ящик стола и спросил советника:

— Ты разузнал еще что-нибудь о Лю Фэйпо, Хун?

— Ничего, напрямую связанного с нашими делами, ваша честь, — ответил Хун. — Конечно, внезапная смерть его дочери и исчезновение ее тела развязали языки в округе. Говорят, что у Лю было предчувствие, что брак окажется несчастливым, поэтому он противился ему. Я выпил чарку вина с одним из носильщиков паланкина Лю в винной лавке рядом с его домом. Парень рассказал мне, что все слуги любят своего хозяина — хоть он довольно строг в обращении, но поскольку постоянно в разъездах, то у слуг работы немного. Однако он поведал мне один странный факт. Иной раз этот Лю способен внезапно исчезнуть с того места, где только что находился.

— Исчезнуть? — изумился судья. — Что он имел в виду?

— Ну, кажется, это случалось всего несколько раз, — сообщил Хун. — Лю уединялся в своей библиотеке, а когда домоправитель приходил туда, чтобы получить необходимые распоряжения, комната бывала пуста. Тогда он начинал искать хозяина по всему дому, но нигде его не находил, и никто не видел, чтобы Лю отправлялся куда-нибудь по делам. А потом, поближе к обеду, домоправитель вдруг встречал его в коридоре или в саду. Когда это случилось впервые, домоправитель сказал Лю, что повсюду искал его, но не нашел. Тут Лю разъярился и обругал его слабоумным стариком, слепым, как летучая мышь. Он сказал, что все это время провел в павильоне в саду. Потом, когда подобное явление повторилось, домоправитель уже не осмелился расспрашивать хозяина.

— Боюсь, твой носильщик хватил лишку, — сказал судья Ди. — Расскажу об итогах двух визитов, нанесенных мной сегодня днем. Хань Юнхань сообщил мне, что доктор Цзян покинул свой пост раньше времени, потому что одна из его студенток обвинила его в безнравственном поведении. Хань утверждал, что ученый был невиновен, — по его мнению, все знатные жители Ханьюаня высокоморальны и благородны. Полагаю, обвинение Лю в том, что доктор Цзян мог изнасиловать его дочь, не кажется таким уж невероятным. Кроме того, у советника Ляна имеется племянник, который живет вместе с ним; почерк племянника показался мне похожим на почерк нашего неуловимого Студента из Бамбуковой рощи. Дайте-ка мне одно из его писем!

Судья Ди вытащил из рукава список, переданный ему Лян Фэном, и сравнил его с письмом, адресованным куртизанке, которое Хун положил перед ним на стол. Через некоторое время он стукнул кулаком по столу.

— Опять та же история, с которой мы уже сталкивались в этом дурацком расследовании! — с досадой проворчал он. — Почерк не совпадает! Посмотрите: та же каллиграфическая школа, тот же сорт туши и такая же кисточка! Но пользуется он ею совсем по-другому! — Покачав головой, судья продолжил: — И все-таки почерки могли бы совпасть! Старый советник выжил из ума, и кроме четы старых слуг во всем огромном доме нет больше никого. Этот парень, Лян Фэн, занимает покои в маленьком заднем дворике, в стене которого имеется дверь, ведущая наружу. Таким образом, для тайных свиданий с подружкой у него есть все условия. Возможно, именно там и бывала убитая куртизанка! Он мог познакомиться с ней в какой-нибудь лавке. Он утверждает, что не знаком с кандидатом Цзяном, но ведь ему прекрасно известно, что мы не имеем возможности это проверить — кандидат мертв! Имеется ли имя Ляна в том списке, который составил ученый?

Советник покачал головой.

— Вряд ли у Лян Фэна был роман с Цветком Миндаля, ваша честь, — вставил Цзяо Тай. — Не мог он и прикончить ее, потому что его не было на лодке. То же относится и к доктору Цзяну.

Судья Ди скрестил руки на груди. Некоторое время он сидел, глубоко задумавшись и упершись в грудь подбородком.

— Должен откровенно признаться, что ничего не могу понять во всей этой истории! — наконец сказал он. — Вы оба можете сейчас идти пообедать. Потом Цзяо Тай вернется в дом доктора Цзяна, чтобы сменить Ма Жуна. Когда будешь уходить, Хун, прикажи писцу подать мне вечерний рис сюда, в кабинет. Вечером я еще раз изучу все документы, имеющие отношение к двум расследуемым нами делам, — может быть, мне удастся напасть на след.

Судья сердито подергал себя за усы.

— На данный момент все наши версии не выглядят особо многообещающими. Дело первое: убийство в цветочной лодке. Танцовщица убита, чтобы предотвратить разоблачение преступного заговора. Четыре человека могли сделать это: Хань, Лю, Су и Ван. Заговор имеет некую связь с задачей по вэйци, которой как минимум семьдесят лет! У танцовщицы был тайный роман, что, может быть, не имеет никакого отношения к убийству. Ее любовником был доктор Цзян, который знал псевдоним, употреблявшийся в обнаруженных письмах, или Лю Фэйпо, по той же причине, плюс еще сходство почерков, или Лян Фэн, у которого почерк также похож — плюс тот факт, что у него имеются прекрасные условия для тайных свиданий.

Дело второе: ученый, обладающий прекрасными знаниями, но сомнительной моралью, оскорбляет свою невестку, в результате чего она кончает с собой. Муж также накладывает на себя руки. Ученый пытается похоронить тело без освидетельствования, но плотник заподозрил правду, почему и попробовал расспросить рыбака — заметь, мы старались найти его, Хун, но безуспешно. И этот плотник вскоре зарублен и, похоже, собственным топором! А ученый позаботился о том, чтобы тело невестки исчезло бесследно... Ну, теперь вам понятно? Все так ясно и прозаично в этом тихом и сонном городке, в котором, по словам Хань Юнханя, никогда ничего не происходит! Ну спокойной вам ночи.