Роберт Ханс – Смерть под колоколом (страница 40)

Читатель, наверное, задумается над тем, как же писцы могли точно записать все, что происходило на суде, без использования стенографии. Но китайский письменный язык уже сам по себе является стенографическим. Так, фразу, состоящую более чем из двадцати слов, можно свести всего к четырем иероглифам. Кроме того, существовали несколько систем скорописи, в которых иероглифы, состоявшие из нескольких росчерков кистью, заменялись одной закорючкой. Когда я служил в Китае, то видел, как китайские клерки поразительно точно записывают длинные разговоры.

Добавлю также, что старинный письменный язык Китая, как правило, не имел знаков пунктуации и что никакой разницы между заглавными и строчными знаками в китайском нет. Подделка предсмертного письма, о которой идет речь в главе 14, была бы невозможна при алфавитной системе письма.

Судья Ди — один из величайших китайских сыщиков древности. Он был реальным историческим лицом, одним из крупнейших политических деятелей во времена династии Тан. Полное его имя — Ди Жэньцзе, он жил с 630 по 700 год. Уже в молодости, будучи в должности наместника округа, он прославился тем, что блестяще раскрывал многие преступления. Во многом благодаря его репутации талантливого детектива он стал героем нескольких криминальных романов, написанных позднее, имевших, однако, лишь отдаленное отношение к подлинным историческим событиям.

Позднее он стал министром Императорского суда и пользовался при дворе большим влиянием. Благодаря его усилиям правительница У Цзэтянь оставила планы возвести на престол своего фаворита вместо законного наследника.

В большинстве китайских детективных романов судья одновременно расследует три совершенно разных дела. Я использовал эту интересную черту в романе, написав о трех сюжетах, которые складываются в одну цельную историю. В этом отношении китайские детективные истории более реалистичны, чем западные. Округ населяло множество людей, и поэтому логично, что несколько дел совпадали по времени.

Я последовал китайской традиции помещать в конец книги некое обозрение всех этих дел нейтральными наблюдателями (глава 23), а также добавил описание наказания преступников, что отвечает чувству справедливости китайских читателей. Они также хотят, чтобы в конце заслуживающий одобрения начальник был повышен, а все прочие положительные персонажи достойно вознаграждены. Этот аспект я немного изменил: судья Ди получает официальную благодарность и подарок от императора, а девушки, которых он вовлек в расследование, — большую сумму денег.

Я позаимствовал у писателей времен династии Мин манеру описывать жизнь и людей такими, какими они были в шестнадцатом веке, хотя события могли происходить несколькими веками ранее. То же относится и к иллюстрациям, которые воспроизводят обычаи и костюмы династии Мин, а не те, что были приняты при династии Тан. Важно, что в то время китайцы не курили ни табак ни опиум, и не делали прически с хвостиком, которые появились только после маньчжурского завоевания (1644 год). Волосы у мужчин были длинными и завязывались в пучок на темени, головные уборы они носили и на улице, и в помещении.

Посмертная свадьба, упомянутая в главе 13, была обычным делом в Китае. Ее играли в строго определенных случаях. Например, двое друзей решали, что их дети поженятся, но кто-то из них умирал, не достигнув брачного возраста. Тогда проводилась церемония посмертного бракосочетания того, который дожил до нужного момента. Для жениха это было простой формальностью, потому что полигамия, принятая в Китае, позволяла ему в дальнейшем взять в жены еще несколько женщин, но по документам единственной Первой женой оставалась покойная.

В этом романе буддисты показаны не в самом лестном свете. Здесь я также последовал китайской традиции. Авторы старинных романов в большинстве своем были членами образованного сословия, то есть конфуцианцами, которые были настроены против буддистов. Очень часто в подобных историях буддийский монах оказывается главным злодеем.

Я также перенял традиции начинать книгу с краткого пролога, в котором прослеживаются аллюзии на основные события романа, и составлять названия глав из двух предложений.

Сюжет убийства на улице Полумесяца позаимствован из знаменитого дела, приписываемого Бао-гуну, «судье Бао» (полное имя Бао Чжен), известному государственному деятелю, который жил во времена династии Сун. Он родился в 999 году, а умер в 1062-м. Намного позднее, уже при династии Мин, раскрытые им преступления были описаны анонимным автором в сборнике, под названием «Lung-tu-kung-an»  («Дела, разрешенные судьей Лун-ту») или в других изданиях «Pao-kung-an». Преступление, о котором рассказывается в моем романе, называлось в оригинале «O-mi-to-fo-chiangho». Сюжет дан без подробностей, и то, как судья расследует преступление, оставляет у читателя много вопросов. Он заставляет преступника сознаться, попросив своих помощников притвориться призраками из загробного мира. Подобный ход часто используется в китайских детективных романах. Я предпочел более логичное решение, дав судье Ди проявить свои дедуктивные способности.

Сюжет тайны буддийского храма основан на книге «Wang-ta-yin huo-fen Pao-lien-ssu» («Начальник уезда Ван поджигает храм Пао-льен»). Это тридцать девятая новелла в сборнике историй о преступлениях и загадках семнадцатого века, опубликованных под заголовком «Hsing-shihheng-yen» («Верные слова, пробуждающие мир»). Этот сборник составил ученый эпохи Минь Фэн Мэнлун (умер в 1646 г.); он был плодовитым писателем, который вдобавок к двум сборникам историй также опубликовал несколько пьес, романов и научных трактатов. Я сохранил все главные составляющие сюжета, включая двух девушек легкого поведения. В оригинале, однако, судья поджигает монастырь и без промедления казнит монахов, что не могло быть осуществлено согласно китайскому уголовному кодексу. Взамен я выбрал более сложное решение, использовав реальные исторические факты — попытки буддистов доминировать в правительстве, что и происходило во времена династии Тан. Фигура судьи Ди здесь вполне уместна, поскольку он действительно закрыл много храмов, в которых процветали мошенничество и другие преступления.

Идею дела о скелете под колоколом мне подсказал знаменитый старинный китайский роман — «Chiu-tning-ch’i-yuan» («Странная вражда и девять убийств»). В основе романа лежит реальное убийство девяти человек, произошедшее в Кантоне около 1725 года. В оригинале его раскрытие не было таким трудным. Я добавил более сенсационный финал, позаимствовав мотив с колоколом, который появляется хотя бы раз в любом сборнике детективных романов династий Мин и Цин. О выколачивании соли из циновок, описанном в главе 24, я узнал из вот какой истории.

Когда Ли Хуэй из династии Поздняя Вэй (386-534 гг.) был наместником области Янчжоу, перевозчик дерева и перевозчик соли поссорились из-за руна ягненка. Каждый утверждал, что оно принадлежит ему. Ли Хуэй сказал: «Допросите руно под пыткой, и вы узнаете, кто хозяин». Чиновники были ошеломлены и не знали, что делать. Ли Хуэй приказал положить руно на циновку и бить его палкой. Крупинки соли выскочили из него, и после этого перевозчик дерева сознался, что солгал (см. мой перевод: T ’ang-yin-pi-shi, Parallel Cases from under the Pear-tree, a 13th Century Manual of Jurisprudence and Detection, — «Sinica Leidenesia», vol. X. Leiden, 1956).

Я подумал, что подробное описание вражды двух семейств, приведенное в главе 13 этого романа, будет интересно европейским читателям. По натуре китайцы очень сдержанны, и большинство конфликтов решают без суда путем компромиссов. Но иногда между семьями или кланами вспыхивает смертельная вражда, которая может привести к самым кровавым последствиям. Дело Лян против Линь — яркий пример такой вражды. Подобные случаи встречались и в сообществах китайских эмигрантов за границей. Упомяну «войны Тонг» в США, междоусобные конфликты кланов или китайские тайные общества в бывших голландских колониях — Ост-Индии — в конце девятнадцатого — начале двадцатого веков.

Роберт ван Гулик

Описание

Знаменитый судья Ди, Китайский «Шерлок Холмс» — в серии блестящих «китайских» детективов прославленного Роберта ван Гулика.

Как всегда, судье Ди приходится параллельно вести несколько расследований. Изнасилована и убита юная девушка, и подозрение падает на ее жениха, но в деле появляются новые подробности... Монахи буддийского монастыря, похоже, пользуются доверчивостью женщин, чтобы добиться от них богатых даров и не только... Уважаемого местного торговца подозревают в контрабанде, и тут выясняется, что его деньги пахнут не только обманом, но и кровью... Судья Ди со своими помощниками пытается разоблачить преступников, и при этом они сами чуть не становятся их жертвами.

Судья Ди Жэньцзе (630-700 гг. н.э.) — реальный персонаж, прославившийся как непревзойденный мастер раскрытия сложных преступлений.

Позднее он стал героем популярных в Китае детективов. Вдохновившись ими, в середине XX века голландский востоковед и писатель Роберт ван Гулик создал собственный цикл детективов с судьей Ди в главной роли.