Роберт Говард – Джентльмен с Медвежьей Речки (страница 38)
– Не собираюсь я отнекиваться, – говорю. – У дядюшки Джейкоба больше прав на это, чем у вас у всех вместе взятых. Это мы-то, говоришь, нечестно играем? Врешь ты все.
– Все ясно! – процедил он. – Где твое оружие?
– Я не собираюсь в тебя стрелять, – прорычал я.
– И я не очень-то хочу отправлять тебя на тот свет, – признался он. – Но, хоть Призрачная гора и велика, нам двоим на ней будет тесно. Бросай оружие, и я вышибу из тебя весь дух.
Я отстегнул ремень и повесил кобуру на ветку, он проделал то же самое и начал колотить меня то в живот, то в ухо, то в нос, а потом так врезал мне в челюсть, что выбил зуб. От этого я так взбесился, что схватил его за горло и со всего маху швырнул на землю, так что у него весь воздух из легких вышибло. Затем я уселся сверху и принялся молотить его головой об удобно подвернувшийся булыжник, выслушивая при этом такие ругательства, что повторять тошно.
– А вот если б вы повели себя как белые люди, – скрипел я зубами, – то мы бы
– Что за чертовщина, о чем это ты? – пробулькал он, не оставляя попыток вытащить нож из сапога, хотя я прижал его коленом.
– О Призрачной золотой жиле, а ты о чем? – рявкнул я, ухватившись поудобнее за его уши.
– Стой! – запротестовал он. – Так ты говоришь, вы просто искали золото? В этом все дело?
Я так ошалел, что даже перестал стучать его черепом о камень.
– Да, а в чем же еще? – требовательно спросил я. – А вы разве не за тем нас преследовали, чтобы заполучить дядюшкину карту, где отмечена пещера?
– Слезай с меня! – с отвращением фыркнул он и воспользовался моим недоумением, чтобы высвободиться. – Я мог бы и догадаться, что этот городской чистоплюй просто струсил. Когда мы с вами вчера повстречались и ты сказал про Ягуаров каньон, он подумал, что ты нас преследуешь. Сказал, что вы соврали, будто просто решили прогуляться. Сказал, что вы наверняка пришли сюда по наводке каких-то там его научных соперников, чтобы опередить нас и самим поймать того дикаря.
– Чего? – переспросил я. – Это что, значит, он говорил чистую правду про дикаря?
– Ну, насколько нам известно, да, – подтвердил Билл. – Многие золотоискатели рассказывали всякие странные истории про этот Ягуаров каньон. Ну, я-то сперва не верил и смеялся, но он такими словечками сыплет, что сражают на убой почище пуль, так что я подумал, что всякое может быть. Да и вообще, раз уж я согласился охранять этого городского дохляка на дикой тропе, то с чего бы мне думать, что ты или твой дядя Джейкоб Граймс оказались умнее? Так вот, сегодня утром я увидал, что Джейкоб глядит на нас из кустов, и подумал, что Ван Брок прав. Ни на какой пик Антилопы вы не собирались. Чем больше я над этим думал, тем сильней убеждался, что вы преследовали нас, чтобы первыми сцапать дикаря, вот потому-то я к тебе и пошел.
– Ясно, – сказал я. – Мы не так друг друга поняли. Значит, вам не нужна наша пещера, а нам уж и подавно не нужен ваш дикарь. У меня на Медвежьей речке всяких дикарей среди родни навалом. Давай тогда найдем Ван Брока, приведем его к нам в лагерь и объясним все ему, а заодно и моему бестолковому дядюшке.
– Ладно, – сказал Глантон, убирая оружие. – Эй, а это что такое?
Внизу в каньоне кто-то закричал:
– Помогите! Спасите! На помощь!
– Это же Ван Брок! – вскрикнул Глантон. – Он решил спуститься в каньон один! Пошли!
Как раз возле их лагеря вниз на дно каньона спускалась тропинка. Мы пулей бросились туда и вскоре оказались окружены высокими скалами. Неподалеку мы заметили черный вход в пещеру внутри какой-то расщелины, и вот в этой-то расщелине и оказался Ван Брок – он шатался, подвывая, как гончий пес, которому дверью прищемили хвост.
Его пробковая шляпа уже валялась под ногами, вся помятая, а рядом лежали очки. На голове у Ван Брока красовалась огромная шишка размером с репу, и он скакал вокруг, как пляшущий призрак.
Похоже, без очков он видел плохо, потому что, едва мы подошли, он взвизгнул и попытался вскарабкаться вверх по стене каньона; похоже, принял нас за врагов. Бегать по такой жаре не хотелось, потому Билл отстрелил каблук с сапога Ван Брока, и тот повалился на землю, вереща благим матом.
– На помощь! – визжал он. – Мистер Глантон! Спасите! На меня напали! Помогите!
– Да не шуми ты, – фыркнул Билл. – Тут я, Глантон. Все с тобой в порядке. Дай-ка ему очки, Брек. Ну, чего стряслось?
Тот, задыхаясь, нацепил очки, с трудом поднялся на ноги, обвел нас диким взглядом, а затем показал на пещеру и заорал:
– Дикарь! Я его видел, когда спустился в каньон для проведения частной экспедиции! Гигант с повязанной вокруг пояса шкурой пантеры и с дубинкой в руке. Когда я попытался остановить его, он нанес мне чудовищный удар своей дубиной и скрылся в пещере. Его следует арестовать!
Я заглянул в пещеру. Было слишком темно, и я ничего не видел, только слышал крики совы.
– Похоже, он и впрямь что-то видел, Брек, – сказал Глантон, доставая оружие из кобуры. –
– Нет-нет-нет! – запротестовал Ван Брок. – Мы должны поймать его живым!
– Что тут у вас происходит? – раздался чей-то голос; мы обернулись и увидели, как на нас с винчестером наперевес шагает дядюшка Джейкоб.
– Все в порядке, дядюшка Джейкоб, – говорю. – Оказывается, твоя пещера им не нужна. Они охотятся на дикаря, как они и сказали, и вот мы как раз загнали его внутрь.
– В порядке, говоришь? – переспросил дядюшка Джейкоб. – Значит, таков у тебя порядок: тратить тут время на черт знает какую чепуху вместо того, чтобы помогать мне искать золотую жилу. Хорош помощник, нечего сказать!
– А куда это ты подевался, пока я разбирался там с Биллом? – сурово спросил я.
– Я знал, что ты и без меня справишься, потому начал исследовать каньон в одиночку, – сказал он. – Давай, пора приниматься за дело.
– Но как же дикарь? – вскрикнул Ван Брок. – Ваш племянник окажет неоценимую помощь в поимке образца. Подумайте о науке! Подумайте о прогрессе! Подумайте о…
– О полосатом скунсе! – перебил его дядюшка Джейкоб. – Брекенридж, ты идешь или нет?
– Да помолчи ты, – с отвращением отмахнулся я. – Вы мне оба надоели. Я пойду внутрь и выгоню этого вашего дикаря наружу, а ты, Билл, стреляй ему в ногу, едва он появится, так мы его изловим и свяжем.
– Так ведь твои револьверы так и остались висеть на ветке там, наверху, – сказал Глантон.
– Не нужны они мне, – говорю. – Ты что, не слышал? Ван Брок же сказал: нужно взять его живьем. А если я начну палить впотьмах, то могу его нечаянно убить.
– Понятно, – сказал Билл, поигрывая револьверами. – Тогда иди. Ты-то, думаю, с любым дикарем справишься.
Так вот, я вошел в расщелину и заглянул в пещеру, а там темнота, хоть глаз выколи. Я на ощупь пошел вперед, но оказалось, что туннель разделяется надвое, и тогда я решил проверить тот проход, что пошире. Чем дальше я шел, тем плотнее становилась темнота, и вскоре я наткнулся на что-то большое и волосатое, а оно тут же вскочило, сказало: «Ум-м-м!» – и схватило меня.
Ну, думаю, вот он – дикарь, и он в ярости. Я вцепился в него, а он – в меня, и мы покатились по каменистому полу в полной темноте, кусаясь, молотя по чему ни попадя и таская за что придется. Медвежья речка славится ловкими драчунами, и я уж не буду повторять, что я лучший из всех, но этот чертов дикарь оказался хорошим соперником. Это был самый большой, самый волосатый противник, с которым я дрался, а уж зубов и когтей у него было столько, сколько у людей не бывает. Он яростно и с воодушевлением впивался в меня зубами, тряс меня во все стороны и швырял на пол, пока меня не зашатало, будто пьяного.
Мне даже показалось, что я вот-вот отдам концы, и я с отчаянием подумал, как обидится моя родня на Медвежьей речке, когда узнает, что их лучшего борца разодрал какой-то пещерный дикарь.
Эта мысль меня так разозлила, что я с двойным усердием принялся бороться; от моих ударов любой уже давно бы свалился без чувств – дикий ли, домашний ли, – и это я уж молчу о том, как бил его ногами в живот и бодался так, что он едва мог перевести дух. У меня во рту как-то оказалось его ухо, и я принялся его жевать, и, видать, это стало последней каплей, потому что он заорал, как раненый зверь, вырвался и поскакал к выходу.
Я вскочил и, шатаясь, побрел следом, а снаружи уже доносились вопли, но отчего-то не было слышно выстрелов. Я вышел на свет, весь ободранный и в крови.
– Где он? – рявкнул я. – Вы что, дали ему уйти?
– Кому? – удивился Глантон, выглядывая из-за камня, и тут же из-за растущих неподалеку деревьев высунулись головы Ван Брока и дядюшки Джейкоба.
– Дикарю, черт возьми, кому еще! – взревел я.
– Не было тут никакого дикаря, – сказал Глантон.
– Ну, а кого я только что выгнал из пещеры? – завопил я.
– Так это был гризли, – сказал Глантон.
– Да, – ухмыльнулся дядюшка Джейкоб. – Вот, значит, что за
– Нет, нет! – закричал Ван Брок, так и подпрыгивая на месте. – Несомненно, это был человек, он напал на меня и спрятался в пещере. Не медведь! Он все еще где-то там, если только из этой пещеры нет иного выхода.