Роберт Говард – Английский язык с Конаном-варваром (страница 4)

oath [əuƟ]

With an oath, the Cimmerian heaved himself up on his feet, his blue eyes blazing, his dark scarred face contorted. Rage shook his soul, but desire for the taunting figure before him hammered at his temples and drove his wild blood fiercely through his veins. Passion fierce as physical agony flooded his whole being, so that earth and sky swam red to his dizzy gaze. In the madness that swept upon him, weariness and faintness were swept away.

He spoke no word as he sheathed his bloody sword and drove at her (он не сказал никакого / ни слова, когда вложил в ножны свой окровавленный меч и устремился к ней), fingers spread to grip her soft flesh (пальцы растопыренные = растопырив пальцы, чтобы схватить ее нежную плоть). With a shriek of laughter she leaped back and ran, laughing at him over her white shoulder (с визгом смеха = с пронзительным / диким смехом она отпрыгнула назад и побежала, смеясь над ним через /ее/ белое плечо). With a low growl, Conan followed (с низким рычанием Конан последовал (за ней)). He had forgotten the fight, forgotten the mailed warriors who lay in their blood, forgotten Niord and the reavers who failed to reach the battle (он забыл сражение, забыл воинов в кольчугах, кто / которые лежали в /их/ крови, забыл Ниорда и грабителей, кто / которые потерпели неудачу достичь битвы = не смогли добраться до места битвы; to forget — забыть, to fail — не удаваться, не смочь, не получаться). He thought only of the slender white shape, which seemed to float rather than run before him (он думал только о стройной белой фигуре, которая казалась плыть = которая, казалось, скорее плывет, чем бежит перед ним; to think — думать). word [wə: d], shriek [ʃri: k]

He spoke no word as he sheathed his bloody sword and drove at her, fingers spread to grip her soft flesh. With a shriek of laughter she leaped back and ran, laughing at him over her white shoulder. With a low growl, Conan followed. He had forgotten the fight, forgotten the mailed warriors who lay in their blood, forgotten Niord and the reavers who failed to reach the battle. He thought only of the slender white shape, which seemed to float rather than run before him.

Out across the blinding-white plain the chase led (/наружу/ через ослепительно-белую равнину погоня вела; to lead — вести). The trampled red field fell out of sight behind him (истоптанное красное поле пропало из вида за ним; to fall out of sight — пропасть из виду), but still Conan kept on with the silent tenacity of his race (но все-таки Конан продолжал упорно безмолвное состязание в беге: «продолжал с безмолвным упорством его состязания в беге»; to keep on — продолжать). His mailed feet broke through the frozen crust (его покрытые броней ноги проламывали замерший снежный наст; to break — ломать); he sank deep in the drifts and forged through them by sheer brute strength (он погружался глубоко в сугробы и продвигался сквозь них абсолютно грубой силой; by — предлог-показатель творительного падежа — кем, чем?). But the girl danced across the snow, light as a feather floating on a pool (но девушка танцевала на снегу, легкая как перышко, плывущее на / по поверхности пруда); her naked feet barely left their imprint on the hoarfrost that overlaid the crust (ее босые ступни лишь оставляли /их/ отпечаток на инее, который покрывал наст). Despite the fire in his veins (несмотря на огонь в его венах), the cold bit through the warrior’s mail and fur-lined tunic (холод кусал сквозь кольчугу воина и тунику на меховой подкладке); but the girl in her gossamer veil ran as lightly and as gaily as if she danced through the palms and rose gardens of Poitain (но девушка в своем / ее газовом покрывале бежала так легко и так весело, как если бы она танцевала через = среди пальм и розариев Пуатена).

palm [pa: m], behind [bɪˈhaɪnd], lightly [laɪtlɪ]

Out across the blinding-white plain the chase led. The trampled red field fell out of sight behind him, but still Conan kept on with the silent tenacity of his race. His mailed feet broke through the frozen crust; he sank deep in the drifts and forged through them by sheer brute strength. But the girl danced across the snow, light as a feather floating on a pool; her naked feet barely left their imprint on the hoarfrost that overlaid the crust. Despite the fire in his veins, the cold bit through the warrior’s mail and fur-lined tunic; but the girl in her gossamer veil ran as lightly and as gaily as if she danced through the palms and rose gardens of Poitain.

On and on she led, and Conan followed (вперед и вперед: «на и на» она вела, а Конан следовал (за ней)). Black curses drooled through the Cimmerian’s parched lips (черные проклятия сочились сквозь запекшиеся губы киммерийца). The great veins in his temples swelled and throbbed, and his teeth gnashed (большие вены в его висках раздувались и пульсировали, а его зубы скрежетали).

‘You cannot escape me!’ he roared (ты не можешь сбежать (от) меня! — он рычал). ‘Lead me into a trap and I’ll pile the heads of your kinsmen at your feet! (веди меня в ловушку, и я сложу головы твоих родственников у твоих ног; to pile — складывать стопкой, кучей). Hide from me and I’ll tear the mountains apart to find you! (спрячься от меня, и я разорву / разворошу горы, чтобы найти тебя!) I’ll follow you to Hell itself!’ (я последую (за) тобой до ада самого = до самого ада!)

great [ɡreɪt],heads [hedz], find [faɪnd]

On and on she led, and Conan followed. Black curses drooled through the Cimmerian’s parched lips. The great veins in his temples swelled and throbbed, and his teeth gnashed.

‘You cannot escape me!’ he roared. ‘Lead me into a trap and I’ll pile the heads of your kinsmen at your feet! Hide from me and I’ll tear the mountains apart to find you! I’ll follow you to Hell itself!’

Foam flew from the barbarian’s lips (пена текла из губ варвара; to flow — течь) as her maddening laughter floated back to him (когда ее сводящий с ума смех проносился назад к нему = доносился до него). Farther and farther into the wastes she led him (дальше и дальше в пустоши она вела его). As the hours passed and the sun slid down its long slant to the horizon, the land changed (когда часы прошли и солнце скользнуло вниз (по) его длинному наклонному движению к горизонту = по долгой дуге к горизонту, земля изменилась); the wide plains gave way to low hills, marching upward in broken ranges (широкие равнины дали дорогу = уступили (место) низким холмам, идя вперед в ломаных цепях = поднимаясь неровными цепями; to give way — уступать, поддаваться). Far to the north he caught a glimpse of towering mountains, their eternal snows blue with distance and pink in the rays of the blood- red setting sun (далеко к северу он поймал проблеск = заметил высокие горы, их вечные снега голубые на расстоянии: «с расстоянием» и розовые в лучах кроваво-красного заходящего солнца). In the darkling skies above them shone the flaring rays of the aurora (в темнеющих небесах над ними сияли яркие лучи зари; to shine — светить, сиять). They spread fanwise into the sky — frosty blades of cold, flaming light, changing in color, growing and brightening (они распространяли, как опахало: «опахало-подобно» в небо — морозные лезвия холода, пылающий свет, изменяющийся в цвете = меняющий цвет, поднимающийся и яркий).

hours [auəz], caught [kɔ: t], brighten [braɪtn]

Foam flew from the barbarian’s lips as her maddening laughter floated back to him. Farther and farther into the wastes she led him. As the hours passed and the sun slid down its long slant to the horizon, the land changed; the wide plains gave way to low hills, marching upward in broken ranges. Far to the north he caught a glimpse of towering mountains, their eternal snows blue with distance and pink in the rays of the blood-red setting sun. In the darkling skies above them shone the flaring rays of the aurora. They spread fanwise into the sky — frosty blades of cold, flaming light, changing in color, growing and brightening.

Above him the skies glowed and crackled with strange lights and gleams (над ним небеса пылали и вспыхивали /со/ странными огнями и проблесками). The snow shone weirdly: now frosty blue, now icy crimson, now cold silver (снег сиял причудливо: то морозно синим, то ледяным малиновым, то холодным серебряным (цветом)). Through a shimmering, icy realm of enchantment Conan plunged doggedly onward (сквозь мерцающее ледяное царство волшебства / магии Конан бросился упрямо вперед), in a crystalline maze where the only reality was the white body dancing across the glittering snow beyond his reach — ever beyond his reach (в кристаллический лабиринт, где единственной реальностью было белое тело, танцующее по сверкающему снегу вне /его/ досягаемости — всегда вне /его/ досягаемости).

above [əˈbʌv], realm [relm]

Above him the skies glowed and crackled with strange lights and gleams. The snow shone weirdly: now frosty blue, now icy crimson, now cold silver. Through a shimmering, icy realm of enchantment Conan plunged doggedly onward, in a crystalline maze where the only reality was the white body dancing across the glittering snow beyond his reach — ever beyond his reach.