Роберт Голд – 12 тайн (страница 31)
– Тихоня? – говорю я.
– Ну, не то чтобы. Дурака, готового угостить ее в пабе, на раз находила.
Я предлагаю Теду заказать ему еще чаю, но он говорит, что тогда в сортир не набегаешься. Мы вместе выходим из магазина, и по дороге к парковке я спрашиваю, казалась ли Дэми – с ее-то темным прошлым – когда-нибудь испуганной.
– Вовсе нет. Она была уверена, что всегда как-то выпутается. Да, похоже, в этот раз просчиталась.
Глава 38
Проход позади магазинов центральной улицы Фарсли пустынен. Лишь у задней двери углового паба мы видим мусорщика, который собирает выброшенные бутылки. Из прачечной самообслуживания валит пар; возле салона «У Грейси» парикмахер закуривает первую утреннюю сигарету. Два верхних этажа каждого дома – жилые. В квартиры ведут наружные лестницы. Ворота во двор ресторана восточной кухни открыты, там полно пустых коробок и синих пакетов, готовых к сдаче в переработку.
Дэни трогает меня за руку и взглядом указывает на констебля в форме, клюющего носом у перил возле задней двери одной из квартир. Голова его упала на грудь, глаза закрыты.
– Должно быть, это ее квартира, – говорит Дэни.
Я без колебаний ускоряю шаг, жестом приглашая Дэни следовать за мной.
– Бен, не надо… – пытается она остановить меня, но я уже поднялся по ступенькам.
– Констебль! – произношу я отрывисто.
Повернувшись ко мне, он одергивает китель, изо всех сил стараясь держаться прямо.
– Детектив-сержант Лесли Барнздейл, столичная полиция. А это констебль Дэни Каш. Прошу прощения, если мы вас разбудили.
– Нет, сэр, простите, сэр, – бормочет констебль. – Я просто…
– Давали отдохнуть ногам? – подсказываю я с улыбкой. – Вас можно понять.
– Да, сэр, – с благодарностью откликается он. – Давал отдохнуть ногам.
– Вы ведь знаете, что мы работаем над этим делом вместе с полицией Западного Йоркшира? Паршивая история.
– Да, сэр. Приехали из Лондона, сэр?
– Можно вас на минутку, сэр, – говорит мне Дэни, делая большие глаза.
– Не сейчас, констебль, – отвечаю я.
– Мы приехали только на одно утро, – говорю я местному полицейскому. – Откройте дверь, пожалуйста.
Он шарит по карманам в поисках ключа от квартиры Лангдон.
– Мы пробудем там не дольше десяти-пятнадцати минут.
Я захожу внутрь, Дэни следует за мной по пятам.
– Закройте дверь, Каш, – командую я, как только мы оказываемся в квартире.
– Ты знаешь, что, выдавая себя за полицейского, можешь попасть в тюрьму… Лесли Барнздейл?
– Гендерно нейтральное имя, – отвечаю я. – Начинай искать. Все, что может рассказать о ее жизни после освобождения. Или связать с Хадли.
– Бен, ты же в курсе, что полицейские из группы по обследованию мест преступлений уже все тут облазили?
– Это те самые полицейские, которые не знали, что ее личность была раскрыта десять лет назад? – отвечаю я, распахивая дверцы и выдвигая ящики на тесной кухоньке.
– Она была на удивление аккуратной, – спустя пару секунд замечаю я, видя, в каком порядке находятся нехитрые пожитки Лангдон.
– Одиннадцать лет в заключении, – отвечает Дэни. – Быстро научишься класть все на место. А то, что хочешь сберечь, на ночь будешь прятать.
– Хорошо, что тюрьма приносит хоть какую-то пользу! – И я перехожу в маленькую гостиную.
– Черт, – бормочу я, отводя взгляд от светло-серого диванчика, покрытого засохшей кровью.
Дэни проходит вперед и осматривает место убийства.
– Много крови, – информирует она спокойно, – но нет особого беспорядка. На обивке отсутствуют ножевые порезы, ничто не свидетельствует о борьбе. Так что, похоже, хватило одного удара…
Я, стоя у стены, энергично растираю шею.
– Кто-то вошел через кухню, подобрался к ней сзади и, прежде чем она опомнилась, прикончил, – предполагаю я.
– Следов взлома нет, – говорит Дэни.
– Рад слышать, что ты проверила это, пока я отвлекал констебля. Думаешь, Лангдон сама пригласила убийцу в квартиру? Если так, то они, вероятно, были знакомы. Наркотики? Сделка прошла неудачно?
– Не исключено. И кто-то узнал, как были убиты Ник и Саймон, и убил ее тем же способом, чтобы запутать полицию.
– Но гораздо вероятнее, – возражаю я, – что этот «кто-то» был связан с ней и с теми убийствами. И еще с Хадли.
Часть комнаты отделена занавеской; отдернув ее, я вижу тщательно застеленную узкую тахту и одежду, аккуратно развешанную на открытой вешалке.
– Роскошью тут и не пахнет, – говорю я, вставая на колени и вытаскивая выдвижной ящик для белья. – Чистые полотенца и запасная подушка.
– Жизнь на грани выживания, – говорит Дэни.
Я поднимаю на нее взгляд.
– У Ника не было и такой.
Я переползаю к изголовью тахты и дергаю второй ящик. Его загораживает тумбочка. Я заглядываю в нее, но там нет ничего, кроме романа Э. Л. Джеймс. Я отодвигаю тумбочку в сторону и вытаскиваю второй ящик. Он пропах заплесневелыми газетами. Я сразу узнаю их. Общенациональные издания десятилетней давности. Перебирая их, я снова и снова натыкаюсь взглядом на все ту же фотографию: моя мама тем вечером на берегу Темзы.
Это сообщения о маминой смерти.
– Я кое-что нашел, – и я раскладываю газеты на тахте.
Дэни внимательно всматривается в мамино лицо. Перевернув страницу таблоида, я снова вижу печально известный снимок: улыбающиеся Ник и Саймон стоят в обнимку со своими убийцами. День триумфа, который теперь вызывает только ужас.
Я отворачиваюсь, и Дэни гладит меня по спине.
– Как ты? – спрашивает она.
– Видеть ребят здесь, в этой комнате… – отвечаю я, едва сдерживая дрожь в голосе. – С ней. Как будто она все еще имеет над ними власть.
Раздается стук в кухонную дверь, и, услышав, как она открывается, я принимаюсь быстро закидывать газеты обратно в ящик.
– Извините, сэр, – окликает меня констебль.
– Одну минуту, – отвечаю я.
Дэни торопливо выходит из гостиной в кухню.
До меня доносятся ее слова:
– Мы уже почти закончили.
Когда я заталкиваю в ящик последние газеты, из «Таймс» выпадает конверт. Я сразу узнаю мамин почерк. Сунув письмо во внутренний карман куртки, я тихо задвигаю ящик и возвращаю на место тумбочку.
– Все в порядке, констебль? – спрашиваю я, быстро минуя его и направляясь к задней двери квартиры.
– Да, сэр. Я просто хотел вам сказать, – говорит он, когда мы с Дэни уже начинаем спускаться по ступенькам, – что созвонился с инспектором Каваной. Он хотел бы встретиться с вами здесь, на месте преступления, через полчаса.
– Прекрасно, – отвечаю я уже снизу. – Сейчас только кофе купим – и сразу назад.
– И еще одно, сэр: после вашего вчерашнего звонка у него создалось впечатление, будто вы – женщина.