Роберт Голд – 10 секунд… и она исчезла (страница 10)

– Я хочу быть с тобой, Дэни. Пойдем сейчас ко мне, – шепчу я.

– Я на работе.

– Когда ты заканчиваешь?

Она не отвечает. Мы молча доходим до конца сада. Дэни включает фонарь под домиком на дереве.

– Ты завтра встречаешься с дамой Элизабет Джонс?

– А, вот в чем дело.

– Так встречаешься или нет?

– Я же говорил тебе. Это моя работа.

– А это моя карьера. То, что я рассказала тебе, было всего лишь короткой репликой.

– Короткой репликой самого старшего офицера полиции Хадли, – отвечаю я, срываясь на Дэни и не скрывая своего разочарования. – Из-за которой ты так сильно встревожилась, а мы оба стали переживать, что Фримен как‐то связана с семьей Бакстеров.

Дэни закрывает глаза и выдыхает.

– Пожалуйста, давай оставим это на потом, – просит она. – Все, что я могла сказать о старшем инспекторе Фримен и Бакстерах, остается между нами. А рассказывать об этом дальше или нет – это мое и только мое решение.

Местная криминальная семья Бакстеров монополизирует поставки наркотиков в нашем районе. Отец Дэни, старший инспектор Джек Каш, всю жизнь их преследовал. Пытаясь обелить его имя, мы с Дэни узнали, что местный викарий, преподобный Эдриан Уитерс, был замешан в их преступлениях. Закончил он плачевно, и потом в одном старом картотечном шкафу викария был найден тайник с наркотиками. Из комментария Фримен Дэни поняла, что та тоже знала о тайнике. Еще большее беспокойство вызывал тот факт, что нож, которым ударили Мэта, был спрятан в том же шкафу, а после смерти викария исчез.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать, Дэни. Но твое беспокойство обосновано.

Она подходит к изгороди в задней части сада и говорит уже тише:

– У меня нет доказательств. Фримен – офицер с кучей наград. Все в участке ее уважают.

Я знаю, что Дэни просто разрывается. Она испытывает непреодолимое желание сделать так, чтобы полиция Хадли добилась успеха. Я, возможно, даже готов поверить, что в полиции процветает коррупция, а вот ей куда сложнее это принять. Полиция Хадли была константой на протяжении всей ее жизни. И в глубине души она просто не хочет верить, что в ее команде может существовать криминал. Я беспокоюсь, что она слишком охотно закрывает на это глаза.

– Дэни, кто‐то взял нож. Мы оба это прекрасно знаем.

– Дело не в ноже, Бен. Дело в доверии! Я тебе доверилась, а сейчас я прошу тебя оставить это дело. И речь сейчас о тебе и обо мне.

– Но если окажется, что ты права?

– Я знаю, ты готов на все, чтобы написать историю…

– Только если она правдива…

– Ты меня не слушаешь. Это касается нас. Если ты хотя бы намекнешь Элизабет Джонс о Фримен, я тебя никогда не прощу.

Я тянусь к руке Дэни.

– Не намекну, – говорю. – Обещаю.

Она убирает руку.

– Если ты меня предашь, Бен… Это конец.

Глава 12

Уилл Эндрюз сидел на кровати и смотрел в телефон. Час ночи. Он написал еще одно сообщение Исту. Это было третье сообщение, которое он отправил после закрытия ресторана. И не получил ни одного ответа. Со второго этажа он видел, как Ист сидит на террасе совсем один и курит. Потом он вышел на тропу у реки и исчез во тьме. Уилл так и не понял, куда тот ушел.

Он снял свитер со стула, что стоял возле кровати, и вышел на просторную лестничную площадку дома. Спустился по холодным мраморным ступеням на первый этаж. Прошел мимо витражной входной двери, бросил взгляд на огромную гравюру Хокни, что висела в конце коридора. На кухне он взял бокал из французского хрусталя, налил в него прохладную воду из крана, а потом сел за сделанный на заказ остров с кварцевой столешницей. Все, что сейчас было в его доме, выбирал Ист. Да, они все это покупали вместе, но, если посмотреть вокруг, можно понять, что весь интерьер выполнен в экстравагантном стиле Иста. Уилл знал, что ему здорово повезло жить в доме в стиле ар-деко с видом на пруд, но они были не менее счастливы в двухкомнатной квартире в Хадли, когда он еще работал в городе. Не нужны ему все эти атрибуты, которые давало богатство. Но про Иста, возможно, так не скажешь.

Телефон зажужжал. Желудок сжался, он быстро достал телефон и увидел, что это сообщение от Нейтана.

Спишь?

Нет. Ты где?

Только пришел.

Где был?

Переписывался с мамой.

Уилл видел, что Нейтан все еще пишет. Поэтому не стал отвечать.

Она предложила мне вернуться в Каубридж.

Уилл неотрывно смотрел на экран. Через пару секунд он все же ответил.

Будет здорово навестить ее.

Она не это имела в виду.

А что?

Мне нужно временно побыть вдали от Сент-Марнема.

Может, утром это обсудим?

Я уже взял билет на поезд в субботу.

Как бы ненавистна ни была ему эта мысль, а все‐таки Каубридж – настояший дом Нейтана. А Бивены – его настоящая семья.

Давай я тебя подброшу.

Ты серьезно?

Конечно. Я бы хотел познакомиться с твоей семьей.

В ответ он смог написать лишь это.

Когда он нашел Нейтана – и совсем не важно, что поначалу это было весьма болезненно, – тот наполнил его жизнь новыми удивительными красками. Уилл начал смотреть на жизнь и благосостояние иначе, понял, что может подарить сыну новые возможности. Жалел он только о том, что они не встретились раньше.

Уилл услышал, как открылась входная дверь. Ист захлопнул ее за собой, после чего прошел через коридор на кухню. Уилл молча поднял на него взгляд.

– Не смотри на меня так, – сказал Ист и врезался в угловое кресло. – Я думал, ты уже спишь.

– Мне немного любопытно, где ты был, – сказал Уилл, видя, что Ист измотан. – Очередной журналист?

Он имел в виду тот шум, который доносился до него из ресторана.

– Хуже. Пьяные женщины гуглили его фотографии. Наверняка об этом сейчас говорит весь интернет.

– “Его” – ты говоришь о Нейтане?

Ист откинул голову.

– У меня ощущение, словно я в огромном аквариуме!

– А как, по‐твоему, себя чувствует Нейтан?

Ист словно не услышал Уилла и ответил:

– Вот только это не аквариум, а мерзкая онлайн-помойка.

Он прошелся по кухне.

– Понимаешь, они изучили и обсудили каждый дюйм нашей жизни! “Далеко ли упало яблочко от яблони?”, или “Общается ли он со своей матерью?” И в каждом посте упоминают меня, шеф-повара Иста Мейлера. Я был на одном чертовом субботнем шоу и почему‐то вдруг стал каким‐то преступником!

– Тебе нужно научиться это все игнорировать.