Роберт Блох – Рассказы (страница 424)

— Как… как вы сюда попали?

Это был глупый вопрос. Но кто здраво мыслит в присутствии дьявола? Ответ Убийцы оказался еще глупее — для всех, кроме меня. Он просто указал на пишущую машинку!

— Вы хотите сказать…

— Давай, говори. Ты же не дурак.

Голос был глубоким, будто раздавался из самого ада. Я уже слышал подобное раньше, когда представлял себе.

— Ты не дурак, — повторил Убийца. Он прошел в свою комнату, закрыв за собой дверь. — То есть не настолько глуп, чтобы не понимать, что ты сделал, хотя, возможно, и не использовал при этом разум.

Твоя творческая энергия породила твои книги. Как? Чистая бумага и чернила от ленты пишущей машинки? Нет — из твоего разума. Творческая энергия — вот реальная сила. Так же, как и воображение. Воображение можно воплотить в реальность. Кто-то должен был вообразить небоскреб, прежде чем была построена первая высотка, или гамбургер, если уж на то пошло.

Точно также может существовать творческая энергия.

Подумай об этом. Ты жил со мной несколько месяцев. Ты сидишь за столом, не замечая свою жену и слуг — думаешь обо мне. Ты сидишь на работе и думаешь о том, что я делаю, а не о том, что делают твои издатели, секретарша или Лора. Другими словами, вот уже несколько месяцев я для тебя более реален, чем большинство настоящих людей. А теперь ты перешел черту.

Тобой было израсходовано так много творческой энергии, что я обрел плоть.

— Вы имеете в виду — ожил? — прошептал я.

Рыжебородый кивнул.

— Я существую. Ты создал меня на бумаге. Фильмы создали бы меня в сознании актера и на пленке. Но твоя собственная психическая сила, энергия воображения привела меня к реальному существованию. Теперь я — Убийца!

— Но… но…

Лицо уставилось на меня. И я прочитал там то, что написал. Все зло, всю хитрость.

— Конечно, — кивнул Убийца. — Я знаю, о чем ты думаешь. Тебе некого винить, кроме самого себя. Ты сделал меня злым. Ты наделил меня темными желаниями — и силой, чтобы исполнить их. Теперь ты задаешься вопросом, буду ли я их исполнять. Будь уверен — так я и сделаю.

Это лицо — этот голос! Убийца и гений — что я создал с его помощью? У этого существа, порожденного моим разумом, тоже было оружие? Или деньги? Или тайная организация, о которой я писал? Какие планы созревали в костлявом черепе этого монстра? Я могу это выяснить. Возможно. Но я жаждал только действия. Моя рука уже какое-то время тянулась к пресс-папье.

Вдруг я схватил его и кинул. Убийца склонил лысую голову.

Снаряд врезался в лампу. Свет погас, и когда это случилось, я прыгнул.

Мои пальцы потянулись прямо к бородатому горлу. Я надеялся — Боже, как я надеялся! — что рука моя схватит пустоту. Лучше безумие, чем эта реальность! Но мои пальцы наткнулись на горло и сжали его. А тем временем обезьяньи лапы свирепо хлестали меня по груди. Я сделал Убийцу сильным, и он стал таким!

Я снова стиснул его шею, но сокрушительный удар отбросил мою голову назад и заставил разжать пальцы. А потом в ушах засвистело резкое, горячее дыхание Убийцы. Я почувствовал его руки на своем горле, ощутил, как поднимается красная пелена…

Голос Лоры за дверью. Лора!

Я вырвался, задыхаясь.

— Берегись! — закричал я. — Спасайся, Лора!

В темноте послышался шорох. Когда Лора вошла в комнату, я снова выбросил вперед кулаки. Зажегся свет из боковых светильников. Я стоял в центре комнаты с красным лицом и тяжело дышал. Моя одежда была растрепана, осколки стекла от разбитой лампы застряли в брючных манжетах. Окно было открыто, и я увидел, как исчез Убийца. Или все-таки его не было?

Существовал ли он вообще? Люди могут чувствовать вещи так же хорошо, как и видеть их, когда безумны. И то, как Лора посмотрела на меня — ее голубые глаза были наполнены каким-то недоверием и жалостью, что я не выдержал.

Когда она не стала задавать никаких вопросов, я понял, что она думает. Но мне было уже все равно. Я размышлял об этом, потерянный и готовый убивать. Поэтому, когда Лора сказала:

«Боб, тебе не кажется, что я должна позвонить доктору Келси?», я не стал возражать.

Я просто стоял, сжав кулаки. И когда она отвела взгляд, я разжал дрожащую руку и уставился на клочок рыжих волос, вырванных из бороды Убийцы.

— Боб, ты устал и переутомился.

Лора была словно ожившая картина. Приятно, когда кто-то гладит тебя по волосам, не так ли?

Но я так не думал. Я смотрел на ее кудряшки в белокуром плаще и увидел — лысый череп. Я смотрел на ее подбородок с ямочкой и увидел рыжую бороду. Ее руки на моем лбу были слишком тонкими, как и руки Убийцы. Я выглянул в кабинет и увидел, что каждая тень несет в себе угрозу. Возможно, что-то скрывается там прямо сейчас. Вещи, которые каким-то образом выползли из моего разума и обрели свою собственную ужасную жизнь. Вот что я сказал доктору Келси, когда он приехал. Толстый маленький невропатолог улыбнулся, как снисходительный отец-исповедник, каковым он и был. Раньше я всегда обращался к нему со своими проблемами, и его улыбка успокаивала меня. На этот раз ничего не вышло.

— Вы сказали, что видели этого Убийцу…

Я вскочил. Руки сами потянулись к голове.

— Не начинайте так, ради всего святого, — пробормотал я. — Я не говорил, что видел его. Я действительно видел его! Вы должны поверить в это.

Улыбка доктора Келси осталась неизменной. Но его глаза моргнули только один раз, как будто скрывая то же самое выражение, которое я заметил на лице Лоры. Взгляд, полный жалости…

— Хорошо, скажите это, — продолжал я. — Скажите, что я сошел с ума, что мне все это только показалось. Скажем, я сам открыл окно, сидел здесь и общался с галлюцинацией, потом выключил свет, опрокинул лампу и подрался с невидимым плодом собственного воображения. Но позвольте мне сказать вам вот что — плод воображения весил около двухсот фунтов, и у него была рыжая борода!

Я протянул ему жесткую щетину, которую сорвал с бороды Убийцы. На этот раз глаза доктора Келси моргнули быстрее. А когда он снова посмотрел на меня, то уже не улыбался.

— Расскажите еще раз свою историю, — попросил он. — Медленно.

Так я и сделал. Рассказал все, включая признание убийцы, что мой собственный разум создал его силой воображения и дал ему тело и жизнь. Я встал и показал Келси свою историю.

— Господи Боже мой! — взорвался маленький доктор. — Если то, что вы говорите, правда, то сегодня ночью здесь бродит чудовище. Мы должны что-то сделать!

Лора вздрогнула и придвинулась ко мне. Но она не встала и не позвонила в полицию. Как и Келси. Тогда я понял: они мне не поверили. Думали, что я сошел с ума и пытались мне подыграть.

— Но подумайте вот о чем, — сказал Келси. — По вашим собственным словам, вы бродили весь день в каком-то оцепенении. Вы никого не видели и не можете дать точных сведений о том, куда вы ходили и что делали. Вы вернулись сюда один. Никто, кроме вас, не видел этого существа.

— Разве ты не слышала этот смех? — в отчаянии спросил я Лору.

— Я… я включила радио, — сказала она, отводя глаза.

— А как насчет клочка бороды? — я повернулся к доктору.

— Да, это настоящие волосы. Но действительно ли они выдраны из бороды, и так, как вы себе это представили?

Он пожал плечами. Я задрожал. Неужели я действительно схожу с ума? Случались ли такие вещи? И тут я кое-что вспомнил.

— Коббс, — сказал я. — Я послал Коббса на его поиски. Он еще не вернулся?

— Ваша секретарь?

— Да. Давайте посмотрим.

Я направился к двери, Лора со мной. Доктор последовал за нами. Я чувствовал его взгляд на своей спине и мог представить, о чем он думал. «Подыграй этому парню и жди шанса позвать на помощь».

Но я пошел прямо по темному коридору. Это требовало силы воли, потому что я боялся темноты. Из этой ситуации может что-то получиться — так, как я представлял себе в книге. Убийцы, дьяволопоклонники. Люди в красных одеждах, жаждущие совершить убийство в честь Сатаны. Но мы уже стояли перед комнатой Коббса.

Я постучал. Нет ответа. Я обернулся.

— Ну вот, — сказал я. — Он еще не вернулся. Все еще гоняется за Убийцей. Может быть, он поймал его — или вызвал полицию. Во всяком случае, когда он вернется, то подтвердит мою историю.

Доктор Келси тихонько оттеснил меня в сторону и открыл дверь.

Его рука нащупала свет. Мы заглянули в комнату Коббса.

— Вот, — воскликнул я. — Здесь нет ни одной живой души.

— Вы правы, — прошептал доктор Келси, уставившись на что-то.

И тут я увидел. На полу, с лицом, смотрящим в потолок, лежало тело Коббса. Его глаза были открыты — как и его горло. На кинжале, воткнутом в искусно перерезанное горло, блестел свет.

— Это убийство, — прошептал доктор Келси.

— Да, — сказал я. — Это — Убийца!

Лора молча упала в мои объятия.

— Отнесем ее в комнату, — попросил я. Вместе с доктором Келси мы подняли Лору и понесли по коридору в спальню.

— Дадим ей отдохнуть, — сказал он. — Теперь будет много волнений.