Роберт Блох – Рассказы (страница 403)
Гитлер облизнул потрескавшиеся губы.
— Что вы собираетесь делать? — прошептал он.
Наполеон коротко махнул рукой.
— Охрана, верните этого человека в машину.
Гренадеры потащили фюрера по полу. Его лицо было пепельно-серым, а голос сделался умоляющим.
— Что вы собираетесь делать?
Наполеон пожал плечами.
— В моем мире нет места для таких, как вы. Для таких как вы нет места в любом времени — ни в 1939-м, ни в 1942-м году. Там не место для людей с вашими низменными мечтами! Мне известна только одна эпоха, когда мир приветствовал бы ваши гнусные идеи. Вот туда вы и отправитесь — в мир, где слабые погибают и выживают только сильные. И я желаю вам радости!
Теперь они были внутри камеры. Руки Наполеона двигались над пультом управления. Звенящий звук разорвал тишину.
— Что это было?
Наполеон обернулся.
— Я разбил регулировочные диски, — объявил он. — Вы отправитесь в путешествие в один конец.
Охранники попятились из кабины. Наполеон последовал за ними. На мгновение он задержался в металлическом дверном проеме, прежде чем закрыть дверь.
— Прощайте, Адольф Гитлер, — пробормотал он. — Наконец-то вы получите по заслугам.
Гитлер с рычанием поднялся и бросился вперед. Но железная дверь кабины в машине времени глухо лязгнула у него перед носом. И жужжание смешалось с мучительным криком Гитлера.
Жужжание машины нарастало. Оно заполнило голову Гитлера пульсацией. Это был темный гул, наполнявший его мозг черным бормотанием обреченности. Гитлер лежал в темноте, и страх пульсировал в его теле. Лежал там бесконечные эоны, целую вечность — так же как мчался сквозь эоны и вечность.
Но когда жужжание наконец утихло, он победил свой страх. Он резко сел, когда почувствовал странное ощущение балансировки, которое означало, что машина времени прибыла. Гитлер глубоко вздохнул.
Он оказался в пункте назначения. Это сделал Наполеон, сломав управление. Итак, Гитлер был здесь и без страха смотрел в будущее. Да, Наполеон перехитрил его. Но нет смысла плакать над пролитым молоком. Император был хитер — но глуп, несмотря на все! Он снова вернулся в 1807 год, расхаживая по исторической сцене, играя роль тирана — но Гитлер знал то, чего не знал Наполеон. Знал, что через восемь коротких лет императору предстоит Ватерлоо. Какая сладкая месть! Впереди только изгнание!
И он, Гитлер, тоже был изгнан. Но он все еще мог заново формировать свое будущее, в каком бы времени он ни оказался.
Гитлер мрачно улыбнулся. Да. Наполеон забыл, что он, Адольф Гитлер, может сам определять свою судьбу. Разве он не прошел путь от скромного маляра до могущественного военачальника в сложном современном мире? Ну, с его умом и видением, его знанием людей и будущего, он мог начать все сначала.
Интересно, куда его послал Наполеон?
Там, где погибают слабые и выживают только сильные. Это может быть Древний Рим. Варварские времена. Ну, вряд ли это так уж плохо. Он научится. Он внесет коррективы. Он знал людей и знал историю. Где бы он ни был, Адольф Гитлер всегда мог править в мире, где сила господствовала над слабостью. Он встал и шагнул к выходу. Медленно отодвинул засов и открыл дверь.
Он снова глубоко вздохнул. Свежий воздух был сладким и чистым. Улыбаясь, Адольф Гитлер вышел на травянистый луг.
Его глаза моргали в солнечном свете.
Он стоял на склоне холма, который поднимался подобно травянистому острову среди моря пышной растительности. Это было похоже на тропический лес. Снова моргнув, он пошел по траве. Земля под ногами была мягкой, почти дымящейся от влаги. Где же он был? В какое время он попал? Где города Германии, люди?
Гитлер покачал головой. Его зрение прояснилось.
Затем он увидел, как из леса справа от него вышли они. Они шли быстро. Он в панике обернулся. Слишком поздно! Остальные подкрадывались к нему сзади, отрезая путь к двери машины времени. Адольф Гитлер стоял, окруженный кольцом приближающихся фигур. Он смотрел на фигуры и наконец понял суть напутственных слов императора.
Он уставился на группу обезьяноподобных сутулых людей, имевших только человеческие лица. Их мохнатые тела были покрыты длинной желтоватой шерстью. Они были сильны и ухмылялись от осознания своей силы. И их глубокий, хихикающий смех был наполнен ненавистью — презрением сильного к слабому.
Сильные. Белокурые. Бестии, живущие во время, когда он мог обрести свою законную судьбу. Когда монстры приблизились вплотную, с небольшого лесного холма раздались крики Адольфа Гитлера.
Он попал в каменный век.
Сказка
— В дальнем конце моего сада водятся феи, — сказал парень.
— Что вы несете, черт возьми! — крикнул Тим Букер.
— Нет. Я не сказал «черти», я утверждаю, что в моем саду живут феи.
Тим Букер взорвался и чуть не выронил телефон из рук. Это было последней каплей. В течение пяти лет Букер сидел у телефона в своем офисе арендного агентства, слушая оскорбления от арендаторов. Такой была его работа в агентстве — принимать претензии, записывать их и отсылать к боссу. Его делом было не рассуждать, а слушать и лгать. За прошедшие пять лет Тим Букер гордился тем, что наслушался всего. Он наизусть знал историю протекающего водопровода; в рассказах о шумных радиаторах, отсутствии тепла, капающих кранах и громких соседях для мистера Букера тоже не было ничего нового. Он мог справиться с чем угодно, от вопля о потолке арендной платы до мольбы о ремонте ванной комнаты. Но теперь его нервы сдали.
Когда громкий голос по телефону сказал «в моем саду есть феи», Тим Букер просто не мог больше этого выносить. Он вышел из себя. Кто-то его разыгрывал. Феи в глубине сада?
— И что мне с этим делать? — прорычал мистер Букер. — Вы хотите, чтобы я спустился и помахал им волшебной палочкой? Ты пьяны — освободите линию!
— Я не пьян, — настаивал мягкий голос на другом конце провода.
— Я Том Роланд из дома № 711 по улице Жимолости. И если вы сейчас же не приедете сюда, я расскажу о вас Совету по аренде.
Тим Букер почувствовал, как по спине пробежал ледяной холодок.
— Нет, — выдохнул он. — Только не это — ничего, кроме этого! Я приеду сейчас же, мистер Роланд.
Он повесил трубку, дрожа всем телом. Вернулась его естественная покорность. В силу привычки он снова стал слугой агентства по аренде и, как хороший слуга, съежился при одном упоминании о Совете по аренде. Даже с одурманенными феями пьяницами было легче справиться. Тим Букер вздохнул, взял шляпу и вышел из кабинета. Вздрогнув от вибрирующей стрелки на датчике уровня бензина, мистер Букер вывернул машину на проезжую часть и направил ее скрипучее шасси к дому № 711 по улице Жимолости и ждущему его мистеру Томасу Роланду. Дом № 711 оказался весьма внушительным особняком, расположенным на широкой, окаймленной деревьями лужайке. За домом простирался просторный сад, и Томас Роланд растянулся прямо на нем.
По крайней мере, Букер догадался, что это мистер Роланд лежит на лужайке за домом с бутылкой под подбородком. Когда Тим Букер свернул на подъездную дорожку, лежащий джентльмен откатился в сторону и приветливо помахал бутылкой.
— Добро пожаловать на улицу Жимолости, — сказал он, неуверенно поднимаясь на ноги. — Хотите выпить? Садитесь, присаживайтесь, где хотите! Приятель, вы мой настоящий спаситель! — Он остановился и принял мрачный воинственный вид. — Скажите, кто вы такой, черт возьми?
Тим Букер вылез из машины.
— Я сотрудник агентства. Приехал посмотреть на тех фей в конце вашего сада.
Усмешка мистера Роланда стала еще шире.
— Кто вам сказал? — свирепо спросил он. — Кто сказал это?
— Но вы же это сделали!
— О! — улыбка вернулась на раскрасневшееся лицо Роланда. — Тогда вы мой друг навечно. Теперь я вспомнил.
Тим Букер вздохнул. Он был прав. Маленький мистер Роланд был очень пьян. И это дело было просто еще одной рутиной разборкой.
Мистер Роланд размахивал руками, как дикий гусь, ведя Тима Букера по дорожке к саду за домом. Там действительно был сад — большой и красивый участок с решетками и качелями, а также галечная дорожка, ведущая к Саду камней в задней части дома. В роскошном изобилии распустились цветы. Тим Букер заметил, что трава очень нуждалась в стрижке.
— Вы не подстригаете газон? — спросил он.
Мистер Роланд обернулся и смущенно заморгал.
— Его косил О'Дрисколл, все время.
— О'Дрисколл? Кто он такой?
— Эммет О'Дрисколл. Он был моим садовником. Его призвали в прошлом месяце. Сейчас у меня нет времени косить газон.
— Плохо.
— Он привел с собой фей, видите? Они должны были приехать вместе с его семьей, сказал он. А теперь его призвали. Они забрали его и оставили меня наедине с феями. Навсегда в одиночестве.
Роланд всхлипнул.
— Хотел бы я, чтобы армия тоже вовремя их призывала. То, что происходит со мной, даже Гитлеру не пожелаешь!
Он ткнул Тима Букера в грудь дрожащим пальцем.
— Вы когда-нибудь видели змей? — спросил он. — Розовых слонов?