Роберт Блох – Рассказы. Том 5. Одержимость (страница 47)

А яд есть… не обнаруживаемый. Надо взять грибы и вымочить их, отфильтровать яд и накапать его в «Том Коллинз». Просто. Никаких следов. Рик улыбнулся, приближаясь к раздутому скоплению на краю обрыва. Ты собираешь грибы… а где ты вымачиваешь их? Где сцеживаешь яд?

Только не в тепличной лаборатории. Кто угодно может войти. Нужна более пустынная часть дома, взять с собой выбранную бутылку джина и убедиться, что она окажется у предполагаемой жертвы. Рик уже придумал последний ход. Он спрячет бутылку, тайком пробираясь на кухню во время субботней вечеринки и смешает специальный напиток для Липперта. Если бы Липперт заболел немедленно, толпа обвинила бы его в чрезмерной увлечённости. Но насчет вымачивания грибов…

Он думал об этом всю дорогу до дома, в то время как оттопыренные карманы куртки касались его бедер. Затем, как это всегда бывало, вдохновение пришло внезапно, когда он вспомнил еще одну фразу. Липперт сказал ему, что поставит в подвал два дополнительных бака. Если бы он это сделал, там внизу оказались бы лабораторные приборы и химикаты. Рик мог бы размачивать грибы, отфильтровывать раствор, наполнять бутылку и возвращаться незамеченный. Вряд ли кто-то стал бы искать его в подвале.

Рик поспешил в дом. Служанка была на кухне. Шейла только что вернулась, оставила свой джин на столике в холле и пошла наверх, чтобы принять ванну. Рик услышал, как набирают воду. Бросив взгляд в коридор, он увидел, что Липперт всё ещё в своей лаборатории-теплице. Рик направился к лестнице в подвал. Он ощупью прошел по коридору, включил свет. Большая комната слева оказалась импровизированной лабораторией гидропоники. Рик заглянул в застекленную щель высоко в дубовой двери и увидел пустые стеллажи. Рядом стоял еще один лабораторный стол с запасом химикатов и посуды.

Он торопливо вошел, включил свет и принялся вываливать грибы из карманов и рыскать вокруг в поисках нужного аппарата. Затем, почти как по команде, на лестнице наверху послышались шаги. Рик услышал тяжелую поступь и узнал ее.

Не было времени втиснуть грибы обратно в карманы куртки. Он мог только закинуть их под стол. Рик пихнул на место нераспечатанную коробку с бутылками, скрывая грибы с красными шляпками, как раз в тот момент, когда в комнату вошел Липперт.

— Значит, ты все-таки осматриваешь мою новую лабораторию, — сказал Липперт. — Нравится?

— Я не знаю. В конце концов, ты еще не начал здесь работать.

— Ну, через пару дней я смогу тебе кое-что показать, — ответил Липперт. — Сегодня вечером я начну эксперименты. Не трудно заметить, что эта комната основательно изолирована. Я могу лучше контролировать жар. Есть отдельный отопительный агрегат — хочу довести здесь температуру до постоянной отметки восьмидесяти градусов. Должно хорошо сработать с некоторыми новыми методами, которые у меня в голове. Видишь ли, я следую твоему совету. Собираюсь немного побаловаться с гибридами. — Профессор Липперт взглянул на часы. — Слушай, уже почти время ужина. — Пошли отсюда.

Он вывел Рика из комнаты. Рик закусил губу, когда профессор наклонился и вставил ключ в замок. Тот закрылся с резким щелчком.

Но ему ничего не оставалось, кроме как принять храбрый вид и подняться наверх с человеком, которого он собирался убить, поужинать с будущей вдовой и весело поболтать о других вещах. Липперт, казалось, ничего не заметил. Но во время ужина Шейла была странно молчалива. Она что-то заподозрила? Как она смогла?

— Я должен оставить вас вдвоем, — объявил профессор, отодвигая чашку с кофе. — Сегодня вечером нужно начать процесс. Полагаю, вы найдёте, чем занять своё время.

Скрытая усмешка в его глазах заставила Рика поморщиться. Но у него не было времени на размышления. Шейла схватила его за руку и потащила на крыльцо.

— Рик, — сказала она. — Сегодня днем — я кое-что сделала.

— О чем ты?

— Иди сюда.

Она подтащила его к краю крыльца, наклонилась и отгребла кучу листьев в кустах. Рик уставился на горсть красных грибов. Потом посмотрел на Шейлу. После этого говорить больше было не нужно. Любое прерывание акта творения — мучение для писателя. Следующие несколько дней показались Рику кошмарными. Ибо идеальный сюжет был подвешен в воздухе. Его акт созидания, точнее, акт разрушения, был не завершён.

Вот он, вечер пятницы, а он так и не смог спуститься в подвал. По утрам дверь была заперта. Днем и вечером Липперт работал в новой лаборатории. Рик пребывал в агонии неизвестности. Неужели Липперт нашел грибы?

Видимо, нет. И даже если бы он это сделал, он никогда бы не раскрыл планы Рика. К счастью, он выбросил грибы Шейлы. Липперт ничего не заподозрил, и это было хорошо. Но другой проблемой, настоящей проблемой, по-прежнему Рик все еще мучился. Как попасть в нижнюю лабораторию, приготовить яд и смешать его с джином? Он перепробовал все. Он разговаривал с Шейлой. Неужели она не могла придумать предлог, чтобы заставить Липперта поехать в город? Может быть, звонили из университета? Разве она не могла заболеть, заставить его пойти за врачом?

— Ничего не выйдет, дорогой, — вздохнула она. — Он договорился о полной свободе до конца этой недели. Он работает над этим новым проектом, и будет работать вплоть до коктейльной вечеринки завтра днем.

В пятницу вечером, расхаживая взад и вперед по солнечной веранде, Рик чувствовал себя так, словно достиг предела своих возможностей.

Всё шло так гладко до сих пор. Идеальное преступление, идеальная обстановка, и теперь он был бессилен довести свой сюжет до логического завершения. Он должен зависеть от того, что все писатели отказываются рассматривать как составную часть сюжета — совпадения. Кривая улыбка исказила его губы, когда он вспомнил, как Липперт описывал писателей-фантастов. Самые опасные люди в мире, да? Как хитро толстяк профессор обставил дело! И вот он здесь, сбитый с толку усердием, настойчивой преданностью этого человека бесстрастному изучению гидропоники. Рик пробормотал проклятия и остановился, когда Шейла присоединилась к нему. Девушка была бледна и потрясена.

— Ты нашел способ? — прошептала она. — Скажи мне, Рик — я больше не могу терпеть неизвестность. Ты не знаешь, что значит для меня сейчас просто видеть его, чувствовать его рядом со мной. Это его жирное, глупое лицо — то, как он топчется — я сама убью его, если мы не…

Рик крепко прижал ее к себе, когда навернулись слезы.

— Держись, — прошептал он.

— Я знаю. Но когда я думаю о том, как такой идиот, как он, может встать между нами — не потому, что он умный, а потому, что он такой глупый, — я не могу этого вынести.

— Подожди, — пробормотал Рик. — А вот и он.

Тяжелая поступь Липперта возвестила о его приближении. Но сегодня шаг был не таким уж тяжелым. Громоздкое тело быстро пересекло гостиную, добралось до входа на крыльцо.

— Вот вы где.

Профессор зевнул, потом улыбнулся.

— Извините. Наверное, я слишком долго этим занимаюсь.

— Закончил на эту ночь? — Рик ткнул Шейлу локтем, когда она говорила. Она уловила намек.

— Ты выглядишь усталым, дорогой. Почему бы тебе не подняться и не лечь спать? Завтра нам предстоит вечеринка.

— Я сделаю это через минуту. — Липперт закурил сигарету и протянул пачку Рику. — Подожди, пока я успокоюсь. Рик, я должен извиниться перед тобой.

— За что?

— За то, как я пренебрегал тобой последние три дня. Ты приходишь ко мне в гости, а я хороню себя в подвале. Но я думаю, что оно того стоило.

— Есть что-нибудь, а?

— Да, — кивнул Липперт. — Я думаю, что это действительно так. Я собираюсь сделать объявление завтра на вечеринке. Кое-кто из сотрудников университета заинтересуется. Моя работа приняла удивительно продуктивный оборот.

— И что же ты всё-таки задумал?

Липперт пожал плечами.

— Это секрет. Расскажу завтра.

На Рика снизошло озарение.

— Подожди-ка минутку, приятель, — сказал он. — В конце концов, ты только что признался, что чувствовал себя полным идиотом, из-за того, что пренебрегал мной всю неделю. Самое меньшее, что ты можешь сделать, чтобы загладить свою вину, это показать мне, что ты сделал.

— Ты действительно хочешь это увидеть?

— Конечно. На самом деле, я настаиваю.

— Ладно, тогда пошли.

Липперт повернулся и пошел обратно в гостиную. Рик оставался на пороге, пока не смог прошептать на ухо Шейле, когда проходил мимо:

— Теперь у нас есть шанс. Мы спускаемся вниз. Когда мы войдем, я притворюсь, что в восторге от его проклятых растений или чего там ещё. Ты же придумай предлог, чтобы он поднялся наверх. Скажи, что надо отметить событие — смешай для нас напиток, чтобы мы подняли тост. Потом ты ускользнёшь и, пока он не пришёл, принесёшь бутылку джина. А я меж тем останусь и подготовлю грибы.

— Чего же ты ждешь? — позвал Липперт.

— Как раз докуриваю сигарету, — ответил Рик. — Мы уже идем.

Когда они спускались, на лестнице раздавался топот их ног. Рик заметил, что его сердце странно колотилось в такт. Вот и все. Через некоторое время Липперт отпер дверь, впустил их и включил свет.

— Посмотрите, — сказал он. Рик вытаращил глаза. Два резервуара у дальней стены больше не были пусты. Стойки были на месте, и в обоих резервуарах содержалась зеленоватая жидкость, которая заметно пузырилась.

Но центр притяжения состоял из объектов, возвышающихся из резервуаров вдоль металлического каркаса, поднимающегося к потолку. Огромные паутинообразные капли медленно покачивались в воздухе; капли фантастических размеров.