Робби Макнивен – Красная Подать (страница 15)
— П-почему мы здесь? — простонал Долар? — Зачем мы идем вниз?
— Потому что они убивают всех, кто идет наверх, — сказал Скелл. — Просто иди за мной.
Он пошел впереди. Одним из главных путей к основным выработкам являлся нижний горизонт шахты: три колеи локорельса, которые служили магистральной дорогой к многочисленным рудникам, расходившимся от блоков тюремных камер, клеток и каменных мешков Скважины №1. Туннель был широким и высоким, усиленным крепкими балочными распорками, а также испещренным религиозными печатями и яркими встроенными осветительными сферами. Его построили первые колонисты, и он разительно отличался от запущенных и обветшалых дальних выработок Норы. Скелл провел Долара мимо пыльных локорельсовых вагонеток под управлением сервиторов, и они двинулись по рельсам, хрустя ногами по гравию. Разносившийся по скважине рев постепенно стихал, и в конечном итоге они стали слышать лишь гудение ламп, да собственные шаги и тяжелое сбивающееся дыхание.
В конце плавно изгибающегося туннеля оказалась рокритовая платформа. Скелл вскарабкался на нее и помог подняться Долару. Над входом располагалась надпись из желтых кирпичей, покрытых коркой пыли: «Подшахта 16».
— Маски, — сказал Скелл, снимая со стойки возле входа один из примитивных наборов фильтров. Микроскопическая адамантиевая пыль, заволакивающая нижние выработки, убивала — за каждый производственный цикл от «железной чахотки» гибло больше рабочих-заключенных, чем от всех аварий на машинах, обвалов и групповых убийств вместе взятых.
Скелл пристегнул маску респиратора на место и медленно втянул воздух. Обоняние заполнила вонь старой резины и чьего-то застоявшегося пота. Он кинул Долару вторую маску.
— Быстро, — произнес он. Он старался действовать уверенно, делать вид, будто знает, что делает. Притворяться, что руки не трясутся, а тело не скользкое от холодного пота. Его подташнивало. Он едва мог дышать сквозь липкую, присасывающуюся хватку маски.
Долар надел маску и последовал за Скеллом, раздвинувшим пластековые шторки и направившимся в туннель подшахты. Здесь разработки начинали становиться менее регулярными. В штреке была только одна колея, чтобы вытаскивать сырьевую адамантиевую руду к рельсовому пути. Стены и потолок подпирали балки из иззубренной пластали, а осветительные сферы попадались нечасто и светили тускло. Текстов с посвящениями и ежедневных памяток, которыми были усыпаны более обустроенные туннели, теперь стало мало, и между ними были большие промежутки. Они шагали менее уверенно, и Долар сбавил скорость.
— Надо продолжать идти, — снова поторопил его Скелл. — У нас мало времени.
И словно чтобы подчеркнуть его слова, из туннеля, откуда они пришли, раздалось эхо — вопли и стрельба.
— Они свернули налево! — крикнул Аргрим, пихая Сорана и Релли в дверь рудника. — Я видел голову бугая поверх толпы.
Шум криков и выстрелов приближался, и держаться вместе с толпой вдруг перестало казаться хорошей идеей. Аргрим сделал карьеру, прислушиваясь к своему нутру, и сейчас этот же инстинкт говорил ему отколоться от группы. Кроме того, когда это предсказания Скелла не сбывались? Куда бы тот ни шел, именно там хотел оказаться и Аргрим.
В туннеле нижнего горизонта было тихо. Заключенный-контрабандист осмотрел праздно стоящие вагонетки, мимо которых они шли, опасаясь засады. Вчера он недооценил мальчишку, причем не в первый раз. Больше он такого не повторит.
— Взял след, — произнес Релли, указывая на гравий между рельсовыми колеями. В подземный туннель уходили две пары следов, тянущиеся бок о бок. Аргрим кивнул.
— Пошли.
Кулл наблюдал за резней на неповрежденных экранах, борясь с желанием спуститься в воронку и присоединиться к неудержимому кровопролитию. Вокруг него, восстанавливая остальную часть видеоблока, усердно трудились рабы с «Последнего вздоха», повинующиеся отрывистым приказам и технопсалмам, которые декламировал один из корабельных еретехников, облаченный в одеяние с капюшоном.
— Пора мне обратиться к скоту, — сказал Кулл жрецу Темного Механикума, надзиравшему за установкой. Закутанная фигура кивнула, а ее пронизанные плотью механодендриты отпрянули от Принца Терний. Повелитель Ночи протянул руку, и существо передало ему рожок вокса. Он поднес его к шлему и сделал паузу, набирая воздуха.
— Убийцы Зартака. Воры, изменники, богохульники, вымогатели, контрабандисты и рецидивисты. Братья. Возрадуйтесь, все вы.
Голос Кулла транслировался по каналам связи Окружной Крепости на все автоматические системы Скважины №1. Резкие слова Повелителя Ночи эхом разносились по вокс-узлам, интеркомам и рабочим каналам трудовых бригад.
— Возрадуйтесь, ибо мы пришли за вами. Восьмой Легион, Повелители Ночи, сыны Конрада Керза. Мы — орудие вашего освобождения. Прямо сейчас забивают последних из молившихся трупу шавок, которые притесняли вас и помыкали вами. Вы вновь свободны и вольны делать, что пожелаете.
Он на мгновение прервался, давая эху своего голоса стихнуть в темном подземелье планеты.
— Взамен за вашу свободу мы просим лишь продемонстрировать нам ваши обильные таланты. Началась двенадцатая жатва Дома Кулл. Мы ищем лучших из вас, которые примкнут к нам в Долгой Войне против поработившего вас ложного Империума. Сила, власть, богатства, бессмертие — мы предлагаем все, и даже более того. Сейчас у настоящих убийц есть шанс шагнуть вперед. Пришла пора сильным взять то, что их по праву. Мы будем наблюдать.
Кулл кивнул, и еретехник разорвал связь. Он снова перевел взгляд на экраны. Загнанные назад устроенной Восьмым Когтем бойней, орды выбравшихся заключенных повернули прочь от лестниц и лились в шахты Норы, заполняя ее, словно море слепых и паршивых грызунов. Кулл ощутил проблеск удовлетворения — скоро придет время следующего этапа.
Его раздумья нарушил свистящий голос Шадрайта, и он скривился.
— Я ухожу, — произнес колдун. — Мальчишка где-то внизу, пытается сбежать. Я чувствую это. Его необходимо найти.
— Как пожелаешь, Бескожий Отец, — сказал Кулл, не оборачиваясь от мерцающих дисплеев. — Когда заберешь его, приведи сюда.
— Приведу, — отозвался Шадрайт, задержав свой взгляд на спине Кулла. — В этом можешь не сомневаться.
Долар не собирался идти дальше. Скелл обругал его.
— Если остановимся, они нас схватят, — зло бросил он. Сокамерник лишь затряс головой. Его глаза над герметичной кромкой респиратора были расширены. Он был напуган.
Они успели добраться до бурильной шахты 28. Вызывающий клаустрофобию коридор, прорытый в грязи и скале, был одним из сотен пластовых проходов ближней разработки — длинных низких коридоров, прорубленных за десятки лет лазерными резаками и остриями кирок. Это был край Норы. Дальше и глубже зарывались только шурфы — лазы в недра земли в поисках немногочисленных жил адамантия, оставшихся нетронутыми глубоко под поверхностью планеты.
Скелл слышал сзади звуки, причудливо отражавшиеся в узком пространстве рудника — шаги и голоса. Знакомые голоса. За ними шел Аргрим. То ли ненависть к Скеллу заслонила желание сбежать, то ли он просто понял, что, если Скелл идет в противоположную сторону, нежели все остальные, значит на то есть чертовски весомая причина.
Скелл протянул руку к Долару, но тот отпрянул и прижался к одной из деревянных опорных рам туннеля. Скелл скривился и стал пробиваться внутрь его разума. У него болела голова. Он устал. Он силился собраться с мыслями.
— Мы идем, — произнес он, указывая вглубь бурильной шахты 28.
— Н-нет, — пробормотал Долар. — Ты не слышал, что сказал голос из колонок? Они нас видят. Они наблюдают. Если попробуем сбежать, они узнают.
Скелл зарычал от раздражения и стукнул Долара кулаком в грудь. Удар не возымел никакого эффекта.
— Скелл! — раскатился по туннелю вопль. Он обернулся и увидел на фоне ярких ламп нижней шахты силуэты. Он узнал голос.
— Во имя Терры, ты куда это идешь, ведьмак? — с напором поинтересовался Аргрим, шагая к ним. Двое его прихлебателей сгрудились позади, и всем трем приходилось пригибаться в тесном туннеле. — Что там наверху творится? Говори!
— Останови их, — произнес Скелл. Долар мешкал. Скелл схватил его за горло.
— Останови их! — проорал он, вбивая слова в тугой ум Долара. Заключенный вздрогнул и закричал, отпихнув от себя Скелла. А затем разернулся и бросился на Аргрима.
— Разберитесь с его шавкой, — велел контрабандист двоим своим подчиненным. Те метнулись рядом с Аргримом и сцепились с Доларом, пытаясь прижать его к стене туннеля. Аргрим устремился мимо них. Его глаза над краем респиратора яростно горели жаждой убийства.
Скелл побежал. В бурильной шахте практически не было света. Он, спотыкаясь, пробирался в полутьме, а звук шагов Аргрима становился все ближе. Ему было слышно, как Долар рычит, сражаясь, а затем кричит, осознав, что его бросили. Скелл не оглядывался.
Аргрим поймал его, схватив Скелла за комбинезон на спине и заставив пошатнуться. Покрытые шрамами кулаки контрабандиста обрушились ему на плечи и поволокли к стене, впечатав в слежавшуюся грязь.
— Мелкий выродок-мутант, — выплюнул Аргрим и врезал кулаком Скеллу в живот. Тщедушный мальчик согнулся пополам, воздух вышибло из легких. Он истинктивно ухватился за бока Аргрима, пытась удержаться на ногах и перевести дух. Контрабандист отбросил его обратно к стене, теперь уже глумясь.