Роб Сандерс – Отряд Искупления (страница 56)
Криг увидел, что адамантиевые броненосцы и мониторы храбро повернули навстречу каменному гиганту, врезавшемуся в доки орбитальной торговой станции «Казначейство». Орочья скала оставляла за собой массу кружившихся в космосе обломков. По покалеченной станции прокатилась волна взрывов. К кораблям обороны системы вскоре присоединился один из кораблей конвоя, фрегат «Орфей». Добавив свои пушки к их огневой мощи, фрегат типа «Огненный Шторм» встретил орочью скалу огнем носового лэнс-орудия, глубоко пробивавшего поверхность астероида. Один из тяжело вооруженных мониторов добился удачного попадания в двигатель корабля-астероида, цепная реакция взрывов заставила орочью скалу рыскнуть вправо. Каменная поверхность астероида слегка задела борт «Орфея», сорвав кусок брони и подставляя тысячи членов экипажа фрегата, работавших на палубах, смертельному холоду космоса.
Древний огромный гарнизонный корабль «Станг Драак» оторвался от станции «Казначейство» и оказался в отличной позиции для бортового залпа по орочьей скале из своих устаревших орудий. Но неопытный экипаж гранд-крейсера раньше стрелял лишь на редких учениях и производя салют высокопоставленным имперским чиновникам и адмиралам, посещавшим систему. Они стреляли медленно и неэффективно, многие выстрелы шли мимо цели, что было странно, учитывая ее размер.
Всех на мостике авианосца охватило потрясение, когда гранд-крейсер погиб прямо у них на глазах. В одно мгновение перед ними был древний прекрасный корабль, а в другое его сменило зрелище страшного разрушения.
Из обломков гарнизонного корабля вдруг появился огромный таран. За ним стали видны бесчисленные тысячи тонн астероидных скал и сваренных вместе обломков кораблей, мчавшихся сквозь безмолвие космоса. Космический скиталец был невероятно огромным, похожим на летающий горный хребет. Неостановимое чудовище с одинаковым равнодушием отбрасывало со своего пути и орочьи скалы и имперские корабли. Ужасный флагман ксеносов, словно сделанный из чистой ненависти.
«Вотивидад», «Алгонкин Ройяль», «Утренняя Звезда», «Графиня Скарбра»… Пузатые войсковые транспорты бросились прочь на полной скорости, пытаясь уйти от скитальца, но чудовищный корабль обогнал их и открыл огонь из своих магна-пушек, истребляя все в приливе пламени и ярости. Криг изумленно смотрел, как жизни на борту транспортов гасли, словно свечи под порывом ветра. От своего бессилия комиссар испытывал глубокое отвращение, доходившее до тошноты.
На мгновение его сердце воспрянуло от чувства гордости – несомненно, глупой – за храбрость, проявляемую людьми. Гигантское днище скитальца внезапно осветилось пламенем от взрывов торпед. Но когда пламя померкло, оказалось, что суперкорабль зеленокожих невредим. «Пургаторио» развернулся к нему, причудливо украшенный нос крейсера типа «Диктатор» появился из темных глубин космоса, словно некий левиафан. Крейсер открыл огонь по неуязвимому орочьему гиганту, залпы «Пургаторио» были точными и дисциплинированными, но не смогли остановить врага. Космический скиталец прорвался сквозь огонь, и его таран врезался в корпус крейсера.
Криг сжал кулаки так, что кости пальцев хрустнули.
Словно буксир, пытавшийся подтащить к доку тяжелый гигатанкер, «Пургаторио» пытался развернуть скиталец к планете. Башни и бортовые надстройки крейсера сцепились с надстройками скитальца, заставив чудовищный корабль немного повернуться. Наконец, надстройки верхней палубы «Диктатора» врезались в корпус космического хищника, последнее усилие умирающих плазменных двигателей крейсера довершило остальное. Словно борец полулегкого веса, пытающийся свалить более тяжелого соперника, «Пургаторио» заставил противника потерять равновесие, и вместе со скитальцем, кувыркаясь, полетел к верхним слоям атмосферы Спецгаста.
Мортенсен первым нарушил мрачную тишину, повисшую на мостике и словно парализовавшую всех, кто наблюдал за гибелью мира.
- Как мы могли не знать… об этом? – спросил он.
Ему ответил Вальдемар, аристократический акцент в голосе командира авианосца на этот раз звучал менее резко:
- Связи нет. Все каналы молчат. Я предположил, что это техническая проблема и приказал технопровидцам провести соответствующую проверку систем и умилостивить машинных духов.
- А что с астропатической связью? – спросил Раск. – Несомненно, астропаты на Спецгасте или на других кораблях…
- Полное молчание, - сурово ответил Вальдемар. – Мои псайкеры не получают никаких сообщений, и сами не могут ни с кем связаться.
- Но как такое возможно? – мрачно спросил майор.
- Телепорты, - произнес Криг. Это была скорбная констатация факта.
- Эта технология зеленокожих выводит из строя наши системы связи, - подтвердил Засс.
- Особенно когда их задействуют одновременно во многих пунктах системы колец, - добавил Криг. – У нас есть все основания полагать, что вся система захвачена орками. Для такой дерзкой и решительной операции нужно очень много войск.
Засс недоверчиво покачал головой.
- Но астропаты все же должны иметь возможность связи…
Криг воспользовался опытом своей службы в рядах инквизиторских штурмовиков:
- Зеленокожие, когда их достаточно много, генерируют коллективное психическое поле. Возможно, оно достаточно сильное, чтобы блокировать астропатическую связь. Психические помехи, так сказать.
- Никогда еще оно не было настолько сильным, чтобы мешать астропатам, - возразил Вальдемар, явно не убежденный.
Мортенсен кивнул.
- Он прав, - прорычал майор. – Я сражался с зеленокожими на десятках миров, а такое встречаю в первый раз.
Криг обдумал возникавшие у него подозрения и предположения. Он думал о мятежниках на Иллиуме, о прежде столь верных Империуму огринах на луне Иштар, и о культистах, на которых он охотился на Спецгасте. О том, как Сестры Ордена Непорочного Пламени не смогли найти псайкера среди еретиков – только странную психическую пустоту, которая, казалось, связывала их всех.
- Значит, это что-то другое, - настаивал Криг. Пока он не мог в точности сформулировать, как все это относилось одно к другому и что могло связывать эти детали. Все, что у него было – лишь предчувствия и призрачные, параноидальные предположения.
Мортенсен снова повернулся к происходившему на экране бою, внимательно глядя на зрелище разрушения. Ему не давала покоя одна мысль, и наконец, он нашел слова, чтобы выразить ее грубую простоту:
- Сколько времени нам понадобится, чтобы добраться до поверхности планеты?
Вальдемар не сумел скрыть своего изумления:
- Вы это серьезно?!
- Я всегда говорю серьезно, - сообщил ему Мортенсен, отвернувшись от экрана и заметив встревоженный взгляд Раска. – За исключением тех случаев, когда я говорю не серьезно.
- Спецгасту конец, - заявил командир авианосца. – Что вы собираетесь там делать: спасать мир?
- Нет, - ответил Мортенсен, явно погруженный в воспоминания о гибели своего родного мира. – Спасти этот мир мы не сможем. Но мы можем попытаться спасти выживших с «Пургаторио», прежде чем до них доберутся орки. В любой другой день бригадный генерал Восков и офицеры его штаба – надутые шпилерожденные засранцы – могли бы отправиться ко всем чертям. Честно говоря, я их терпеть не могу. Но сейчас прямо у нас под носом открывается новый фронт против орков, и нам понадобится эта их вольскианская методичность, чтобы сформулировать адекватный ответ на эту угрозу. Иначе могут пройти месяцы, прежде чем будут заново сформированы структуры тактического командования – и подумайте, насколько далеко за это время смогут продвинуться зеленокожие.
Лейтенант-коммандер Вальдемар не был трусом, но сейчас, переводя взгляд то на каменное лицо майора, то на ужас, творившийся на экране, то на своих офицеров, он был похож на труса. На мгновение его взгляд задержался на Криге. Было уже общеизвестно, что комиссар на ножах с Мортенсеном. Криг поднял взгляд на командира авианосца. Вальдемар был компетентным и инициативным офицером, и попытался привести последние доводы, прежде чем события могли принять катастрофический оборот:
- Майор, мне кажется, вы переоцениваете возможности этого корабля. «Избавление» - маленький авианосец. Он не продержится и десяти секунд против огневой мощи орков. Вы хотите, чтобы я рискнул жизнями всех, кто находится на борту, включая всех ваших штурмовиков, ради безрассудной и тщетной попытки высадиться на планету?
Криг смотрел, как майор обдумывает эти слова.
- Сейчас «Избавление» остался одним из немногих сохранивших боеспособность кораблей Имперского Флота в системе, - продолжал Вальдемар, - и по инструкции должен направиться к Аурелиусу и предупредить близлежащие системы, чтобы они могли подготовиться к войне.
Мортенсен оглядел безмолвный мостик.
- Вы не понимаете, что я говорю? «Отряд Искупления» не бежит. Аурелиус? Предупредить флот? Оставьте это какому-нибудь транспорту. Это военный корабль. Я говорю, что мы останемся и сделаем все, что можем. А сейчас мы можем погрузить моих штурмовиков и оставшихся вольскианцев на все летательные аппараты, которые есть у вас на борту, и высадить их на поверхность Спецгаста, чтобы они могли делать свою работу.
Вальдемар прищурил глаза, и шрам в форме монеты на его щеке ярко покраснел.
- Сожалею, но это невозможно.