реклама
Бургер менюБургер меню

Роб Сандерс – Отряд Искупления (страница 54)

18

Внезапно решетчатая башня телепорта качнулась. Это не был один из толчков, характерных для погружавшейся скалы, к которым уже привык Мортенсен. Конструкция надстройки, хотя и была направлена в небо, но не являлась ровно выпрямленной. И теперь вся надстройка кренилась, угрожая упасть в бурлящее химическое болото. Вцепившись в металл, майор сумел удержаться на балке. Башня рушилась, и, хотя конструкция еще держалась, благодаря своей жесткости, ее вершина сильно раскачивалась, набирая смертоносную инерцию

Ассассин вернулась. Она быстро взбиралась по одной из центральных балок, используя ноги и уцелевшие пальцы рук. Ее разрезанная штык-ножом рука была вооружена светящимся клинком, рассекавшим тросы и кабели.

Мортенсен прекратил подниматься. Надстройка издавала пугающий треск и кренилась к пенившемуся химическому болоту, бурлившему внизу. Самые высокие волны уже задевали конструкцию антенны, заставляя Мортенсена и ассассина уворачиваться, чтобы избежать мгновенного окаменения. Теперь убийца шла к нему, небрежно рассекая острием клинка тросы и цепи, удерживавшие секцию надстройки, на которой находился Мортенсен.

- Договориться у нас, наверное, не получится, - язвительно произнес майор, напрягая голос, чтобы перекричать шум бурлящего болота. Ассассин приближалась к нему еще быстрее, держа наизготовку светящийся клинок, готовясь выполнить некий экзотический смертоносный прием.

- Спросить-то стоило, - пояснил майор, приготовившись встретить неизбежный удар таинственного клинка. Крепко держась и закрыв глаза, Мортенсен отрешился от окружающего мира, ожидая быстрой и чистой смерти. Он не сомневался, что ассассин убьет его именно так.

Неожиданно над головой раздался знакомый оглушительный рев двигателей, заставив Мортенсена открыть глаза и вернуться в реальность. Все, что ему нужно было знать, отражалось на оскаленном изуродованном лице ассассина. «Вертиго». Повернувшись, майор быстро преодолел оставшуюся часть балки до вершины антенны. Поднявшаяся высокая волна окатила надстройку позади него. Мортенсен увидел «Призрак», зависший над бурлящим хаосом. Рампа грузового отсека была открыта, и несколько человек оттуда отчаянно махали ему руками. Среди них был комиссар Кулик Криг.

Мортенсен не осмелился оглянуться назад. Стрелки «Вертиго» поливали ассассина ураганом огня тяжелых болтеров, но майор видел, что дьявольское порождение храмов Оффицио Ассассинорум проходило и через худшее. Прыгнув с вершины антенны телепорта, Мортенсен пролетел над потоками химической смерти, бурлившей внизу.

Он допрыгнул до рампы, хотя приземлился не вполне удачно, ударившись грудью о ее край, и был уверен, что сломал пару ребер. Его ноги пытались упереться в скользкий от изморози корпус самолета, пальцы лихорадочно старались ухватиться за рампу. Множество рук в перчатках потянулись к нему, вцепившись в панцирную броню и втащив его внутрь.

- Рампа закрывается, - объявил Эскобар, нажимая на кнопку. Группа штурмовиков ввалилась в центр грузового отсека, держа Мортенсена, словно некий трофей. Болтерные стрелки продолжали выпускать очереди по теням снаружи, самолет тяжело разворачивался над бурлящим болотом.

- Сэр, вы в порядке? – встревоженно спросил Лайджа Микс, оказавшись рядом с Мортенсеном. Майор ответил не сразу, и сержант обеспокоенно встряхнул его за плечо, пытаясь привести в чувство. – Вы ранены?

Не дожидаясь ответа, Микс просто подтащил к Мортенсену измученную Саломэ Дюбуа, оторвав ее от Крига и лежавшего без сознания Квиста. Были и другие тяжелораненые: до сих пор лежавший без сознания Мингелла и Саракота с пробитым легким. В другом конце отсека сидел Хаузер в луже собственной крови, издавая стоны от не прекращавшейся боли. Гарбарский дрожал под маской из бинтов и трубок, покрывавшей его лицо. Тул и еще два вольскианца из другого взвода получили ранения в голову и конечности. Даже Раск был ранен в живот.

- Вы его подобрали? – раздался в вокс-динамике резкий голос Конклина.

- Подобрали, - подтвердил Эскобар.

Мортенсен отмахнулся от Дюбуа и Микса. Он чувствовал себя так, словно сейчас рухнет без сознания, но прежде чем вернуться на «Избавление», было необходимо сделать кое-что еще.

Он выхватил вокс у отеганца.

- Розенкранц! – приказал майор. – Сбросить высоту до предельно малой. Пусть самолет заденет брюхом лес.

- Какого фрага… ?

- Просто выполняй.

После секундного промедления «Призрак» выполнил разворот, унося их с затопленной долины. Внезапно самолет резко встряхнуло, и всех в отсеке швырнуло вперед. Силикатные заросли царапали фюзеляж «Вертиго», Розенкранц вела самолет так низко, что его раздутое брюхо задевало бритвенно-острые кроны деревьев. Листья и ветви раскалывались, погружая фюзеляж в поток кристаллических осколков.

Все услышали, как чье-то тело ударилось о корпус самолета, а затем – жуткий вопль женщины, мгновенно разрезанной на полоски. Кровь хлынула в бойницы тяжелых болтеров и полилась по бортам.

Мортенсен устало сел, прислонившись к переборке – дело сделано. Командир штурмовиков не стал недооценивать ассассина, и был вознагражден за свою бдительность: он не мог допустить такого риска, чтобы это воплощение смерти бродило по коридорам «Избавления».

Он только сейчас начал осознавать всю чудовищность происходящего. Смерть была постоянным спутником на заданиях «Отряда Искупления», но персонально за ним послали убийцу Оффицио Ассассинорум. Кто-то очень могущественный хотел его смерти. Голова кружилась от множества предположений.

Розенкранц повела самолет в небо, прочь от силикатного леса. В отсеке снова воцарилась тишина. Настроение было унылым. Кровь, боль и мрачные лица не позволяли ощутить радость от победы или хотя бы от того, что они выжили.

- Приказы, босс? – спросил Конклин, спустившись по трапу из пилотской кабины и нарушив скорбную тишину. Мортенсен молчал, погрузившись в размышления.

- Нам нужно срочно вернуться на «Избавление» и сообщить командованию флота о ситуации здесь, - сказал Криг.

- Сэр? – настойчиво спросил Конклин, словно комиссар ничего не говорил.

- Судьба этой системы может зависеть от того, что мы предпримем сейчас, - обратился Криг к Мортенсену.

Конклин угрожающе шагнул к комиссару.

- Делай что он говорит, - сказал Мортенсен.

- Но босс, огрины… наше задание…

- Ловушка, - ответил капитан Раск. Он выглядел охваченным скорбью и опустошенным.

- Но то, что мы его выполнили, способно помочь спасти систему от когтей ксеносов, - заявил Мортенсен, и повернулся к Кригу. – Да?

Между ними мелькнуло что-то вроде холодного согласия.

- Да, - наконец ответил комиссар.

- Говори же, проклятье! – прошипела канонисса, ударив руками в бронированных перчатках по столу.

Глаза Мортенсена остекленели, его лицо – как и тело – казалось безжизненным. Он не говорил ничего уже, казалось, целую вечность. Он просто сидел и смотрел, как Диаманта Сантонакс шагает туда-сюда по камере и изливает на него свою ярость. Пару раз он видел, как она смотрит на свой хронометр или тянется к вокс-микрофону. Вероятно, было уже слишком поздно для того, чтобы успеть покинуть планету, и канонисса это знала.

Хотя Мортенсен был эмоционально опустошен и физически измучен, он чувствовал неодолимое желание что-то сказать.

- Все эти люди умерли…

- Да, - подтвердила канонисса с необычным чувством, спеша использовать возможность. – Но не за тебя и не из-за тебя. Среди воинов Империума есть и такие, кто мог использовать эту ложь и отравить твою веру своими еретическими идеями. Но в смерти Гоморры такие как ты обрели новую жизнь. Ты не стал бы тем, кто ты есть, если бы бедствие не изменило тебя, создав заново.

- Что, проклятым калекой? – усмехнулся Мортенсен.

Сантонакс отодвинулась от стола и опустилась на колени рядом с Мортенсеном.

- Разве ты не видишь? Это не проклятие, это дар!

Она провела кончиками пальцев в бронированной перчатке по его покрытой шрамами груди.

- Возможно, это не было божественно предопределено, но что бы ты ни потерял в катастрофе своего мира, ты получил способность совершать невозможное. Ты добивался успеха там, где другие терпели неудачу. Ты прошел там, где другие гибли. Ты выживал тогда, когда должен был умереть. Бедствие дало тебе это.

- Ассассин?

Сантонакс медленно кивнула.

- Криг?

Она и это подтвердило.

- А тот охотник за головами на Таргретте Прайм?

- Этот не мой, - призналась канонисса, прищурив глаза и подходя ближе. – Но принцип тот же.

- И зачем это было? Ересь? Тогда почему бы просто не арестовать меня?

- Есть и те, - с сожалением сказала Сантонакс, - кто не разделяет наши взгляды.

- Правда? – усмехнулся Мортенсен.

Сестра Битвы невозмутимо продолжала:

- У них не хватает твердости души, чтобы делать то, что необходимо. Они не понимают нас и считают наши идеи опасными. Нас самих обвиняют в ереси. Ты, конечно, можешь это понять, Мортенсен?

- Открою тебе один маленький секрет: я действительно считаю, что ваши идеи опасны, - откровенно заявил Мортенсен. – И с тех пор, как ты включила меня в них, я никогда не был дальше чем в двух решениях от ужасной смерти.

- Легче избежать внимания твоих обвинителей, если притвориться одним из них, - сказала канонисса. – Видишь, бедствие и меня заставило стать сильнее. Мое притворство – часть бедствия, в котором ты находишься прямо сейчас, но со временем, я надеюсь, что ты не будешь нуждаться в моей защите.