Роб Сандерс – Отряд Искупления (страница 28)

К сожалению, лабиринт улиц Корпора Монс не позволял в полной мере использовать достоинства «Кентавров». Сначала скорость продвижения колонны была впечатляющей – кадет-комиссар был должен это признать. «Кентавры» мчались по безлюдным площадям и пустым проспектам.

Только когда Мортенсен перенаправил колонну Делеваля к месту падения «Белого Грома», вольскианцы встретили серьезное сопротивление. Место падения самолета находилось не так далеко от основного маршрута колонны. Огромный «Мортис Максимус» был по-прежнему виден с бронированных крыш «Кентавров». Но «Призрак» упал в районе складского комплекса к югу от собора, в самом центре камнебетонных джунглей складских зданий и гига-контейнеров. Узкие переулки между ними, словно сосуды, забитые холестерином, были завалены обломками и брошенными грузами, сформировав кошмарный лабиринт тупиков и огневых мешков. В них было настолько тесно, что даже компактные «Кентавры» не могли развернуться.

Здесь повстанцы атаковали колонну снова и снова, каждый раз выжидая, когда препятствия замедлят ее продвижение почти до остановки, и после этого открывали огонь из лазганов и гранатометов, метали сверху ручные гранаты. Пока Делеваль был занят, отдавая приказы и стреляя из тяжелого стаббера с ленточным питанием, Криг поддерживал связь с «Искателем-3», единственным самолетом, оказывавшим им поддержку с воздуха, давая пилоту указания провести штурмовку крыш строений и контейнеров, занятых повстанцами. Пилот выполнял приказы, но весьма неохотно, заявляя, что по нему стреляют не меньше, чем по колонне.

«Кентавр» резко дернулся, внезапно остановившись. Делеваль свирепо нахмурился, но его механик-водитель Круз просто указал вперед и заработал рычагами, давая задний ход. Лейтенант посмотрел в потрескавшийся и заляпанный кровью прибор наблюдения и сразу же схватил вокс-микрофон:

- Колонна, стоп!

- Что там? – спросил Криг, склонившись через плечо Круза, чтобы лучше видеть дорогу впереди.

- «Искатель-1», это «Железный Огонь». Если я не ошибаюсь, прямо поперек нашего пути лежит фрагов поезд, - угрожающе произнес лейтенант.

Делеваль не ошибался. Криг увидел, что впереди действительно огромный репульсорный поезд, горящий и явно сброшенный со своих магнитных рельсов. Автоматический грузовой поезд насчитывал, вероятно, около тысячи вагонов, и перекрывал путь колонне, возможно, на несколько километров в оба направления. И это было еще не самое худшее. Когда колонна остановилась и медленно стала выходить из тупика задним ходом, мятежники атаковали ее с новой силой и настойчивостью. Криг обнаружил, что непроизвольно пригибает голову, несмотря на усиленное бронирование этой модификации «Кентавра». Боевое отделение наполнилось какофонией лазерных попаданий и рикошетов пуль.

Стрелок Делеваля мешком свалился в люк, его лицо и форма, сожженные огнем лазганов, являли собой дымящееся месиво обугленной плоти и ткани.

- К пушке! – приказал Криг, но его приказ был встречен злобными взглядами людей Делеваля.

- Да ты с ума сошел? – прошипел Снайдер, склонившись над убитым гвардейцем. Высунув руку в сверкающее снаружи световое шоу, он захлопнул люк. Теркл начал обшаривать труп стрелка, забирая у него боеприпасы и, вероятно, ценные вещи.

Делеваль все еще изрыгал ругательства и угрозы в вокс, когда в его приборе наблюдения мелькнула тень, заставив лейтенанта отпрянуть и схватиться за тяжелый стаббер. Оружие извергло яростную очередь, окатив улицу градом свинца, но Делеваль не знал, попал ли он в кого-нибудь.

- Ты что-то видел? – спросил он водителя.

Круз повернул свое заостренное лицо к прибору наблюдения.

- Ничего.

- Кренна? – окликнул Делеваль стрелка.

- Убит, - отозвался Снайдер, не отводя злобного взгляда от столь же яростных глаз Крига.

Все услышали, как по лобовой броне что-то лязгнуло, и даже Криг был вынужден оторвать гневный взгляд от Снайдера. Судя по тому, что Круз лихорадочно бросился расстегивать ремни своего сиденья, это «что-то» попало на броню прямо перед ним.

- Лейтенант… - прохрипел он в панике, но лейтенант успел только закричать:

- Граната!

Взрыв был оглушительным, особенно в тесном боевом отделении маленького «Кентавра». Когда Криг попытался поднять голову, то к своему ужасу понял, что не может этого сделать. Это мгновенно привело его к страшному выводу, что он придавлен, или еще хуже – парализован. Но оказалось, что это Голлиант навалился на него, защищая от взрыва.

Теркл, Снайдер и Гойнц сумели выбраться через кормовую дверь, в которую понемногу выдувало едкий дым, наполнивший боевое отделение. Когда дым, наконец, рассеялся, Криг увидел Делеваля, казавшегося совершенно невредимым. Лейтенант пытался оживить выведенный из строя вокс и дергал мертвые рычаги «Кентавра».

Крузу не повезло так легко отделаться. Магнитный подрывной заряд был небольшим, но достаточно мощным, чтобы вывести из строя гусеницы и пробить броню «Кентавра». Система управления была полностью разбита, и злополучному мехводу вывернуло кишки прямо на голову.

Лейтенант Делеваль надел свой шлем с вокс-линком и перебрался из отделения управления в боевое.

- Пора уходить, - сказал он комиссару.

После этого он произнес в вокс:

- Это Делеваль. «Железный Огонь» подбит. Отступаем к «Крещению».

Делеваль, Криг и Голлиант к своему изумлению увидели, что Снайдер, Теркл и Гойнц лезут обратно в «Кентавр». Теркл что-то кричал, но спустя мгновение его крик был заглушен взрывом следовавшего за ними «Крещения». От взрыва кормовую дверь «Железного Огня» захлопнуло, но Делеваль пинком открыл ее снова. Второй «Кентавр» превратился в охваченный пламенем остов.

Криг и Делеваль выскочили наружу, хеллпистолет комиссара гудел, готовый к стрельбе. Голлиант последовал за ними, с телами Круза и стрелка на могучих плечах, и положил оба трупа к ближайшей стене.

Как и с «Железным Огнем», мятежники пытались вывести из строя гусеницы второго «Кентавра», на этот раз ракетой из одноразового гранатомета. Лейтенант направил своих людей помочь выбраться выжившим, и снова включил вокс-линк:

- Штаб-сержант Бронстед, организуйте оборонительный периметр, и прикройте нас огнем. Мы погрузим трупы.

Выстрелы лазганов испещряли грязную дорогу вокруг них, заставив Крига и Делеваля бежать вдоль колонны. Голлиант спокойно следовал за ними. Они прошли мимо Гойнца с остекленевшими глазами, который, прижавшись спиной к одному из огромных контейнеров, время от времени стрелял из дробовика по крыше склада над ними, чтобы не позволить повстанцам занять позиции на ее краю. Теркл и Снайдер пытались помочь одному из экипажа «Крещения», катавшемуся по земле, его бронежилет и форма горели. Остальные вольскианцы выбирались из кормовой двери подбитого «Кентавра», с виду невредимые. Снова не повезло только механику-водителю.

Штаб-сержант «Крокодил» Бронстед подошел лениво-небрежной походкой. Его шлем был сдвинут набок, а дробовик висел на плече, словно из него и не собирались стрелять. Массивное кольцо в носу и выдающийся живот добавляли колоритности его образу. Картину дополняла полоса чешуйчатой кожи на толстой шее – последствие какой-то подульевой заразы и причина его прозвища. Хотя Бронстед и Криг до того не встречались, сержант, как и остальные ульевики, немедленно вперил в комиссара враждебный взгляд.

За сержантом топал настоящий человек-гора, толщиной превосходивший самого Бронстеда, а ростом – даже Голлианта. Криг догадался, что это и был архиерей Прид. Одетый в просторные одеяния из простой белой ткани и несущий на широком кожаном поясе множество священных реликвий и церковных книг, священник, казалось, изо всех сил пытался спрятать свое громадное тело за машинами Теневой Бригады. Он был настоящим воплощением легкой мишени.

Офицеры собрались в кружок в тени «Стального Святилища», а солдаты, высадившись из «Кентавров», образовали оборонительный периметр вокруг колонны. Воздух звенел от лучей лазганов, но гвардейцев, казалось, это не беспокоило. Похоже, только Криг и архиерей Прид были встревожены своим уязвимым положением: кадет-комиссар с тактической точки зрения, а Прид чисто из самосохранения.

- Значит так, - авторитетно начал Делеваль. – Собрать трупы и снять оружие с подбитых «Кентавров». Я не хочу, чтобы повстанцы использовали наше оружие и снаряжение против нас. Отступаем к главному проспекту, и дальше продвигаемся по первоначальному плану.

- А как же экипаж «Призрака»? – спросил Криг.

- Им придется выбираться самим. Мы честно пытались помочь.

- Это неприемлемо, лейтенант, - заявил кадет-комиссар.

- Я не знаю, может, вы не заметили, комиссар, - прошипел Делеваль, явно разозленный. – Но у нас на пути лежит чертов поезд. И что нам с этим делать? Нам было приказано отклониться от первоначального маршрута, что мы и пытались сделать. Все складывается так, что если эти несчастные летуны не погибли при падении, то скоро они об этом пожалеют – судя по тому, как эти ублюдки набросились на нас.

- Если бы был другой обходной путь, флотские бы послали самолеты разведать его для нас, не так ли? – спросил Прид.

Криг обнаружил, что удивленно кивает. Можно было этого и не делать. Огромный Прид был похож на некое гигантское травоядное, не боявшееся хищников. Он перерос опасности окружающей его среды, и мог не бояться ульевиков. Кроме того, все знали, что к нему прислушивается капитан Раск. Он мог позволить себе не соглашаться с Делевалем.