Риз Терент – Сила павших (страница 5)

В девять лет, да и не только, многие пытаются ввязаться в мелкие неприятности, в попытках узнать что-то новое, так однажды приятели со школы предложили сходить и глянуть на барьер. Тогда я боялся леса, из-за возвышающихся старинных зданий в нем, которые словно гневные одинокие великаны взирали на современные дома. Потом узнал, что у элиты не поднялась рука снести культурные достояния, и они укрыли их барьером от вандалов и бродяг, тем самым сделав еще одну ловушку для нежеланных гостей. Однако тогда, сидя за партой и окидывая взглядом озорные и воодушевленные лица окруживших одноклассников, я отказался, за что получил кучу неприятных комплиментов в свой адрес. Они ушли без меня и на следующий день не появились. Все в классе гадали, куда парни группой могли резко пропасть: многие указывали на гуляющий осенью грипп, другие говорили, что те просто сбежали, а кто-то выкрикнул, что их сожрал барьерный монстр, погрузив класс в тишину. Через пару дней меня вызвали в кабинет директора, в котором находились родители и представители полиции – они долго допрашивали, и после моего детального рассказа о затее приятелей, воздух наполнился всхлипываниями и отчаяньем. Тогда я не понимал, что происходит, что элита считала жителей округов своей собственностью - лишь начал сильнее страшиться баек о пропавших людях, желающих удостовериться в наличии купола или попасть в заборьерье.

Со временем узнал, что существуют жесткие законы, нисходящие от элиты, которые не жалуют даже детей. Приближение к барьеру, был один из таких запретов, карающийся смертью, поэтому у хакеров не было возможности изучить вблизи программу барьера для будущего взлома. Конечно, некоторые пытались сделать это дистанционно, однако они вскоре бесследно исчезали.

- Это только на первый взгляд похоже на безумие, - лукаво ухмыльнулся Коул. – У нас есть хакер, который успешно проник за барьер пару раз. Мы собрали отряд профессионалов, не хватает только тебя.

Странно слышать такое середнячку, у которого даже нет уникального навыка - слегка криво улыбнулся.

- И зачем вам все это? - поинтересовался я, отпив немного кофе.

- Около границы есть база ТиНСи.

Чуть не подавившись, звонко поставил чашку на стеклянную поверхность и тихо возмутился:

- Ты серьезно? Обокрасть самую могущественную корпорацию в мире? Это точно самоубийство!

- Да брось, - невозмутимо протянул Коул, откидываясь на спинку дивана, отчего половина лица от освещения окрасилась в красный. – Ты думаешь, они поставят лучшую защиту на базу, которая находится на отшибе?

В его словах был смысл: такие места менее охраняемы, только если там не производят секретные разработки, что маловероятно из-за нахождения вблизи границы.

– Тем более на базе уже побывал наш хакер - любит он такие места.

- И что вы хотите найти?

- По данным, на той базе хранятся инъекции для подготовки, предназначенные для нашего района. Ты же помнишь, как проходил инициацию?

- Да, такое не забудешь, - в памяти возник образ мистера Грига с наполненным презрения взором. - И что вы собрались с ними делать?

- Нее, не с ними. Нужно нечто другое - капсулы улучшения, - взмахнув руками, разъяснял Коул, словно мальчишка, рассказывающий о фиче в видеоигре. – Ты осознаешь, сколько денег мы получим? Да мы будем богаты! Небольшое количество капсул улучшения держат на складе для персонала. Однако, нам и этого хватит - можно даже оставить парочку себе. О, еще слышал, что там есть капсула, которая повышает уровень жизни.

- Уровень жизни? – ошарашено спросил я.

- Да, лечит все болезни, - он вновь нагнулся, отчего по лицу мимолетно пронеслись разноцветные блики от неоновых ламп. – Даже врожденные патологии. Слышал, препарат как-то программируют под определенного пациента – представляешь, сколько за него бабла отгрохают?

- Какие расценки?

- Пятьдесят на пятьдесят от улова, что принесешь.

- Хорошее предложение, - заключил я, взяв пальцами за ушко чашки.

- Ну что? Ты в деле? – Коул протянул причудливый бокал с коктейлем, в ожидании согласия.

Однако я не мог решиться, хоть неистовое желание, пытаясь вырваться, жгло изнутри: в случае провала потеря слишком велика, что погубит не только меня, но и всю мою семью - лучше зарабатывать понемногу, чем идти на такой риск.

- Нет, - звонко чокнулся своей чашкой о бокал и начал вставать. – Как-нибудь в следующий раз.

- Нет? – изумился он. – Да ладно тебе. Такой шанс выпадает лишь раз в жизни.

Пока одним глотком допивал кофе, покосился на Коула – улыбка не дрогнула, но в глазах читалось жуткое недовольство - поставил чашку и похлопал его по плечу, направляясь к выходу:

- Мне пора.

Он молчаливо провожал меня взглядом, возможно, ждал, что одумаюсь, однако, когда прислонил ладонь к прохладной панели открывающую дверь, напоследок услышал за спиной заманчивый голос:

- Подумай о моем предложении, Майк.

На улице около входа стояла моя машина, не та, о которой я солгал Коулу - эта была современнее, хоть и устаревшей модели, как и многие другие здесь. Потертый серебристый корпус обтекающей формы, украшенный наполовину не горевшей подсветкой, благо, под капотом все работало исправно. Питалась машина электричеством, а слегка выпирающие по бокам пыльные былые белые колеса, синей жидкостью, которую периодически нужно вставлять внутрь для восстановления стертого протектора.

Я погрузился внутрь и приложил ладонь к панели, которая, считав мою личность, немного приподнялась и загорелась синим - основное управление происходит через нее, а дополнительные функции срабатывают с помощью определенных жестов рукой или голосовых команд.

- Поехали домой, - дал команду, и машина завелась и плавно двинулась, а внизу справа появился экран с красной изломанной нитью, тянувшейся меж квадратов и прямоугольников. Сделал пару движений пальцами, отчего кресло откинулось, и из колонок зазвучала спокойная музыка, родом из заборьерья. Расположившись поудобнее, я повернул голову набок: невзирая на невыносимую июльскую жару и влажность, многие торопились по делам, выделяющаяся гурьба прогуливающихся и заливающихся смехом подростков, словно большой скат, медленно плыла, сквозь стаю суетящихся рыбешек; из подъезда выбежал испуганный парень и что-то кричавшая и бьющая его ладонями по спине девушка – оба явно не в себе – однако окружающие проходили мимо, будто разругавшейся пары не существовало.

Разрисованные, неизвестно откуда бравшимися баллончиками, обветшалые дома из красного уже крошащегося кирпича, дома, которые больше подходили для сноса, чем для ремонта и поэтому окруженные желтой лентой безопасности по бокам, словно трупы, потухшим зраком провожали машины. Между ними редко высоко торчали новые чистенькие здания с зеркальной или стеклянной поверхностью, созданные по старым технологиям и построенные руками людей облаченных в железо экзоскелета. Роботы были дорогим удовольствием, и организации часто их использовали до последней рабочей детали – простые люди и строительные компании, сотрудники которых подвергались риску, не могли позволить их. Бескупольный город имел значительных размеров заветный от былых времен штат роботов разного функционала, который со временем непрерывно редел, отчего улицы кишели мусором и крысами – по сей день президент района не нанимал людей, полагаясь на жестянки: экономил средства, бережно складывая их в свой карман.

Машину сильно тряхнуло на очередной яме – модель не обладала способностью сканирования и объезда ухабов – и я перевел взгляд вперед на бездонное голубое небо, по которому, блеснув, пронесся летательный аппарат угольного цвета, каплевидной формы и с небольшими турбинами в виде изогнутых труб по краям крыши. Этой птичкой владела одна шишка Бруклина, руководящая организацией подобной нашей.

Прохожие часто засматривались на нее и восхищенно провожали взглядом, ведая, что та не принесет невзгоды, в отличие от купольных, однако мне начищенный угольный корпус всегда казался густо заляпанным кровью. Птичка своим существованием убила много владельцев, пока не попала к последнему: сначала руками спецслужбы барьера превратила в компанию-призрак одну крупную организацию Куинса, которая, расстреляв сотрудников ТиНСи, украла ее, а после, за оставленную одинокую “красавицу” началась война между большими группировками, в которую средние и мелкие не смели даже влезать – понимали, что этот лакомый кусок не достаточно только завоевать, его еще требовалось удержать.

Поговаривали, летательный аппарат работал на водородном топливе. Не знаю, как они его добывали: по стране рассеянно множество заводов, снабжающих необходимым барьеры, однако они находятся под строгим надзором и крепкой защитой, да и почти все сотрудники роботы.

Впереди справа показалась родная обшарпанная красная шестиэтажка, и вскоре машина, отыскав свободный промежуток, угнездилась у тротуара и подняла металлическое крыло. Ступив на бетон, нога смяла брошенную жестяную банку, и та злобно протрещала. Я обогнул туго набитые черные мешки мусора, поднялся по лестнице и зашел в сумеречный тамбур. Вновь камера была сбита, а на массивной двери красная надпись угрожающе предупреждала Стива Джонсона, паренька въехавшего пару месяцев назад, что его из-под земли достанут. Справа старинный сенсорный экран с номерами квартир и с часто пустующими или вымышленными именами их владельцев лагал, мерцая. Я прислонил ладонь к панели под ним, однако дверь не подала сигнал открытия – похоже, парень задолжал мелкой кредитной компании, которая не имела достаточно связей, чтобы позаимствовать мастер-ключ у государственной службы, и те взломали домофон. Потянул за ручку податливой двери, прошел внутрь и медленно миновал вновь сломанный лифт, у которого стояла покоробившиеся грязно-желтая табличка.