Рита Ро – Мой любимый магнат (страница 2)

На его лице появляется легкое удивление, будто перед ним пес, который внезапно заговорил человеческим языком.

– Вы смелая, – холодно произносит он. – Это хорошо и плохо одновременно. Может в один момент быть слабостью.

– А может быть силой, – бросаю я и чувствую, как щеки наливаются жаром.

Черт, зачем я это сказала? Мне надо замотать рот.

Ли Чжунхе молчит несколько секунд, но воздух в кабинете будто становится гуще. Я не отвожу взгляда, хотя внутри все дрожит. Смотрю прямо в эти темные глаза. Наконец, он поворачивается к окну, словно этот разговор уже окончен, и произносит:

– Начнете завтра. В девять утра.

Я моргаю и уточняю:

– Простите… завтра?

– Да. И вы будете работать здесь. – Он указывает на соседний стол прямо в его кабинете, как будто решает, где поставить еще один стул.

Меня будто током прошибает. В его офисе? Каждый день под этим взглядом, под этим холодным приговором?

– Но разве… у меня не будет команды?

– Команда – потом. Сначала вы должны доказать мне, что способны быть полезной лично.

Он даже не смотрит на меня, продолжая любоваться Сеулом за окном, но в его словах сквозит безапелляционность. Дискуссия закрыта.

Я вдыхаю и выдыхаю, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Секундой позже уже поднимаюсь, делаю легкий кивок, как будто это я все решила, и направляюсь к выходу. Пусть думает, что я согласна без возражений. Пусть. Но внутри я клянусь себе: я докажу этому холодному айсбергу, что эмоции – это не слабость. Это моя сила.

Дверь закрывается за моей спиной, и только тогда я позволяю себе выдохнуть так, будто пробежала марафон. Завтра. В его офисе. Вот это, Алина, ты вляпалась…

Глава 2

На следующее утро я прихожу на пятнадцать минут раньше. И это, между прочим, подвиг. С учетом того, что я вчера до ночи лежала в постели, уставившись в потолок, и пыталась успокоить бешеные мысли: «Что я делаю? Как я вообще согласилась работать у него в кабинете? А если я случайно пролью кофе на его костюм?».

Я готова встретить пустой коридор, полусонную секретаршу и хотя бы пять минут тишины, чтобы собрать себя в кучу. Но, конечно, не тут-то было.

Дверь кабинета открыта, и я вижу его.

Ли Чжунхе уже сидит за своим столом. Безупречный костюм, галстук идеально завязан, волосы уложены так, словно каждая прядь заключила контракт с дорогим стилистом. На столе перед ним лежит моя папка с проектами. И он ее листает.

Внутри все сжимается. Боже. Он смотрит мои наброски, где я рисовала идею «отеля-мечты» с фонтанами, которые должны светиться в темноте. Господи, хоть бы не тот эскиз, где я в сердцах добавила уютные пледы на креслах и нарисовала сердечки.

– Доброе утро, Волкова-сси, – произносит он, даже не поднимая взгляда.

Я замираю на пороге.

– Вы… уже здесь?

Тупее вопроса задать и нельзя было. Конечно, он здесь. Где ему еще быть?

Он медленно поднимает взгляд:

– Разве президент корпорации может опаздывать?

Ага. Это был сарказм. В смысле, глупый вопрос. Но я сделаю вид, что это не я сказала. Хватаю стул у своего нового рабочего места, аккуратно (по возможности) отодвигаю его и сажусь. Стараюсь выглядеть максимально собранной. Внутри, правда, все скачет, как лягушки в пруду после дождя.

Ли Чжунхе листает еще пару страниц, затем закрывает папку.

– У вас… интересный взгляд. Но эмоции в бизнесе могут стоить дорого.

Снова-здорово. Я уже открываю рот для возражения, но он внезапно протягивает мне тонкую стопку документов.

– Вот. Первое задание.

Я беру листы, пытаясь не выронить их. Там собраны планы по редизайну одного из отелей компании. На тридцати страницах. На корейском. Мамочки. Он издевается?

– Э-э… – Я в ужасе. – Простите, но это же…

– Перевод приложен в электронном виде, – холодно перебивает Ли Джунхе. – Ваша задача – предложить три варианта концепции для лаунж-зоны. К обеду.

Я моргаю. Дар речи просто пропадает.

– К обеду? Сегодня?

– Да, – спокойно кивает он, как будто речь идет о покупке кофе внизу в кафешке, а не о полноценном проекте.

– Но… это же тридцать страниц, господин Ли!

– И? – Его взгляд словно лезвие.

Я осекаюсь. Ага. Он проверяет меня. Специально. Сидит тут, весь такой красивый и холодный, и смотрит, выдержу ли я этот прессинг.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Ладно, Алина. Ты не из тех, кто сдается.

– Хорошо, господин Ли, – говорю я, вскидывая подбородок. – К обеду значит к обеду.

Он чуть наклоняет голову, и мне кажется, в глазах мелькает тень чего-то вроде интереса. Но, может, это просто мое воображение.

Я утыкаюсь в бумаги, лихорадочно открываю ноутбук и начинаю работать.

Но его присутствие чувствую каждой клеточкой. Он сидит в двух метрах, печатает что-то на клавиатуре, разговаривает по телефону, иногда встает к окну. Но мне кажется, что даже если он просто дышит, это каким-то образом сковывает мне руки.

Я смотрю на экран и думаю: «Ну привет, первый рабочий день. Если выживу, куплю себе улиточный крем и напишу инструкцию: «Как не сойти с ума, работая под взглядом самого красивого и самого холодного мужчины на свете». Вот Катька-то ржать будет, когда узнает.

***

Спустя часа три у нас совещание. И это совещание затягивается. В переговорной пахнет кофе и кожей дорогих кресел. На стене огромный экран, на столе – идеально выстроенный ряд маркеров для презентаций. Президент Ли сидит в самом центре длинного стола, как командир корабля, а я чуть сбоку, ближе к краю. Стараюсь выглядеть уверенно, хотя внутри все еще клокочет смесь адреналина и раздражения от его вчерашней критики.

В какой-то момент он неожиданно бросает:

– Покажите вашу концепцию здесь.

Ли Чжунхе кивает на белую доску у стены. Я поднимаюсь, чувствуя, как взгляды всех присутствующих вонзаются в мою спину. Беру маркер – только рука предательски дрожит. Маркер пустой. Черт.

Я наклоняюсь за другим, и в тот же миг Ли Чжунхе встает. Не отвести взгляда: высокий, безупречно сидящий костюм, шаги уверенные и ровные. Он протягивает руку к тому же маркеру, что и я.

Наши пальцы соприкасаются.

И в этот момент по коже будто пробегает ток. Не в переносном смысле, а реально, как будто статическое электричество ожило и решило пошутить. Я даже слегка вздрагиваю. Ли Джунхе тоже замирает, темные глаза на секунду расширяются.

– Простите, – шепчу я, хотя внутри бушует: «Что это было?!»

– Ничего, – спокойно говорит он, но слишком тихий для холодного президента.

Почти интимный.

Я быстро хватаю маркер, чтобы спрятаться за этим движением, и делаю вид, что сосредоточена на доске. Но внутри сердце бьется так, будто я пробежала марафон.

После чего излагаю свою концепцию. Как ни странно, никто не пытается оспорить, наоборот – директорат весьма заинтересован.

***

Обеденный перерыв наступает неожиданно. Я выдыхаю, когда коллеги тянут меня в столовую компании. Там все блестит и сверкает, как будто даже еда подается на подиуме. Ко мне относятся пусть настороженно, но при этом без вражды.

А кое-то из отдела маркетинга даже садится рядом.

– Ты Алина, да? – широко улыбается он, протягивая поднос. – А я Ким Сонмин. Мы виделись на совещании.

Парень явно младше меня, но держится легко и уверенно. А еще, скорее всего, учился или рос в Америке или Европе. Больно спокойно обращается к иностранке. Высокий, с мягкой улыбкой и немного взъерошенными волосами, как будто только что вышел из дорамы про обаятельного соседа. Глаза хитро прищурены, в них явно пляшет озорство.