Рита Навьер – Тот, кого я ненавижу (страница 3)

- А нафига ты тут мне презентацию устроила? Кто тебя просил?

- Для тебя же старалась, - обиделась Ирка. - И вообще, я же говорила - приведи себя в порядок.

- Причём тут это?

- Причём? Ты в зеркало себя видела?

- Вот ты коза! - наконец высказалась я. - В следующий раз будешь и правда один хлеб есть.

- Да я же за тебя переживаю! Ну, хочешь, я тебя сейчас по-быстренькому накрашу? И на голове что-нибудь соорудим прикольное? Твой Костик сразу клюнет, а то уже прилип, гляжу, к нашим дурам.

Это неприятно кольнуло.

- Да иди ты! Я уж сама как-нибудь.

- Ну, Эль...

- Серьёзно, отстань! Иди вон к Антошику своему, а то он тоже прилип к нашим дурам.

Ирка тотчас подобралась, как охотничья борзая, воинственно прищурилась, навострила уши. Из комнаты раздалось девичье хихиканье.

- Ладно, давай только там быстрее, - не глядя на меня, бросила она и устремилась в комнату вырывать своё счастье из рук наших дур.

6

Самое хорошее зеркало в нашей квартире висит в ванной, на двери. В нём вмещается отражение целиком, в полный рост. Поэтому ванная в нашем доме - самое популярное место. По утрам за эти три квадратных метра у нас настоящая война разворачивается. Мы тут и умываемся, и красимся, и любуемся собою. Как вот я сейчас.

Видок у меня, конечно, не особо эстетично-эротичный. Да чего уж там - просто вылитая сивка в человеческом обличии. Та самая, которую укатали крутые горки.

Я молниеносно приняла душ, горячий, почти кипяток, чтобы бледная кожа порозовела. Потом высушила феном волосы. Они, сволочи, как обычно, стали виться и пушиться.

Вообще-то, волосы у меня красивые - все так говорят, а кое-кто даже завидует. Волнистые от природы и... ну не то чтобы рыжие, нет, но такого, близкого к медному оттенка.

Однако красивые-то они красивые, только если их с умом уложить. Без укладки на голове у меня вакханалия. А на укладку времени нет. Поэтому я стянула непослушную копну в обычный хвост.

Хвост, подозреваю, там тоже метлой, но я придумала, что просто не буду ни к кому поворачиваться спиной.

Поразмыслив, подкрашивать глаза или нет, решила, что не буду.

Глаза - мой главный козырь. То есть единственный. Потому что волосы, чтобы стали козырем, требуют основательной возни, а вот глаза ничего не требуют. Они у меня большие и слегка раскосые - привет от прапрабабушки-кореянки. Притом необычного сине-зелёного цвета. Некоторые даже думают, что это цветные линзы. А когда узнают, что это моё естественное богатство, очень удивляются.

Но на этом природа решила, что всё, хватит с меня красоты, и остальное в моей внешности, скажем так, далеко от совершенства. Рот у меня довольно крупный. Нос тоже не самый изящный, мог бы быть поуже и покороче. Брови слишком светлые, а на солнце так вообще выгорают, и лицо кажется безбровым. С ресницами - та же история. Но тут хотя бы поправимо. Можно растушевать тёмно-коричневые тени, мазнуть тушью - и пожалуйста. Что я и сделала.

В дверь нетерпеливо постучали. Зеркало задрожало вместе с моим отражением.

- Эля, ты скоро? - жалобно спросила Надюша. - Ты там уже двадцать минут сидишь.

- Одну минуту! - отозвалась я.

И правда, хватит созерцать себя ненаглядную. Всё равно краше не стану. Хотя так хочется! Так хочется понравиться Косте! Это первый и, может, единственный мой шанс познакомиться с ним поближе.

Я пулей натянула бельё, капронки, платье, улыбку и гордо вышла, уступая место Надюше.

Из комнаты доносились голоса наперебой, смех и музыка. Гордая поступь как-то сдулась, улыбка тоже. Вдохнув побольше воздуха, я прошествовала к столу походкой куклы-марионетки. Не то чтобы я по жизни страдала от излишней застенчивости, но иногда, вот как сейчас, накатывало. Аж руки-ноги деревенели.

Я присела на свободную табуретку на угол, украдкой подметив, что Костя вольготно развалился на диване между Савичевой и Крюковой. И вовсю уже с ними перетирает какие-то увлекательные темы. Но не успела я заревновать, как Ирка, ненормальная, возопила:

- О! Эльчик пришла наконец. Штрафную Эльчику!

Я сделала ей страшные глаза, мысленно приказывая немедленно заткнуться, но Ирка не унималась.

- Антоша, налей Эльке штрафную! Эльчик, а с тебя тост!

Час от часу не легче!

И Антон, конечно, постарался - налил до краёв.

Впрочем, такие «штрафные» он наливал всем.

Я выдавила из себя дежурное «желаю счастья, здоровья, удачи», заполучив целых две секунды Костиного внимания. А потом он снова переключился на Савичеву и Крюкову.

Я с досады прихлопнула весь стакан с Каберне, заела вязкую терпкость салатиком, и, знаете, почувствовала себя немного лучше.

Вскоре присоединилась и Надюша, ей достались противоположный угол, очередная «штрафная» и просьба толкнуть тост. Она решительно мотнула головой - это относилось к тосту. Ну а вино намахнула очень даже охотно.

7

Вечеринка катилась по привычному маршруту: сначала общие культурные разговоры, затем - между стихийными парами.

Мне в собеседники досталась Дашка Лагутина. Просто она сидела рядом. Но я бы с удовольствием махнулась с Савичевой или Крюковой, облепивших Костю с обеих сторон. Я ещё не поняла пока, какая из них Косте понравилась больше. Они обе с ним флиртовали, и он обеим отвечал взаимностью.

Позже, когда начались танцы, Ирка утянула меня на кухню.

- Ну что ты сидишь и ничего не делаешь? Тебе выпала такая возможность, а ты ничего не делаешь! - негодовала Ирка.

- А что я должна делать? - я искренне её не понимала. - Я общаюсь с Лагутиной.

Ирка театрально закатила глаза.

- Так ты хочешь замутить с Костиком или с Лагутиной?

- С Костиком.

- Так действуй!

- В смысле?

- Да хотя бы разговор с ним начни. Спроси что-нибудь. Не по учёбе только! Что-нибудь житейское, а лучше слегка интимное. С каким-нибудь намёком... То есть начни с житейского и постепенно перейди на намёки. Чтоб ненавязчиво его завести, поняла? А то я уж и так, и сяк пытаюсь обратить его внимание на тебя, а ты... На вот, бахни для смелости.

Она сняла с сушилки кружку и плеснула вина из стратегических запасов.

Но когда мы вернулись в комнату, Костик танцевал с Савичевой, а Иркин Антон - с Лагутиной.

Я приуныла, а Шишкина, недолго думая, подскочила к ноутбуку и выключила музыку. Обе парочки распались. В кои-то веки её беспардонность пришлась мне по душе.

- Скучно, - заявила Ирка. - Давайте лучше во что-нибудь сыграем?

- В «Бутылочку»? - хихикнула Савичева.

- В карты на раздевание, - предложил Костик.

- Может, в «Мафию»?

- Не! Давайте в «Правду или действие»!

- Да нет! В карты! На раздевание! - настаивал Костя.

- Голых баб, что ли, не видел? - хмыкнула Лагутина.

- Присутствующих - не видел, - подмигнул ей Костя.

Я даже не ожидала, что затею с игрой все поддержат. Взрослые же люди, хоть и не трезвые. А тут ещё и предложений накидали, и спорят, во что играть. Или, может, это я такая скучная от расстройства из-за Костика?

Ирка, на правах именинницы, выбрала «Правду или действие». Она же и начала. И сразу с места в карьер:

- Антон, правда или действие?

- Правда, - смущённо улыбнулся Антон.