Рита Навьер – Обмани, но останься... - Рита Навьер (страница 42)
– Боже мой… – прошептала Марина.
– Да… Мать его в ужасном состоянии, вообще никакая… Моя мама с ней сейчас… Я обзваниваю наших. Завтра утром поеду в ритуальное агентство. Марин, мы тут скидываемся, кто сколько может ему на похороны. Если…
– Да, да, конечно, сейчас переведу тебе. А когда… когда будет прощание?
– Скорее всего, во вторник. Я завтра узнаю и всем сообщу…
47
Родной город встречал Олега проливным дождем. Спускаясь с трапа, он с жадностью вдыхал свежий воздух. Остальные пассажиры, да и Ника, его спутница, втянув головы в плечи, поспешно вбегали в стоящий рядом с самолетом автобус. А он, наоборот, замедлил шаг, еще и голову чуть запрокинул, подставив лицо крупным каплям. Решил, что как только устроиться в отеле, пойдет гулять по городу. Без плаща, без зонта, без Ники.
– Надо же, как не повезло с погодой, – проворчала Ника, когда автобус медленно покатил к зданию аэровокзала.
Олег же наслаждался. За три минувших года он так и не привык к дубайскому зною, не спадавшему и ночью. Не мог продержаться на улице дольше получаса, даже в тени.
В Дубае тоже, конечно, случались дожди, но они не приносили ни прохлады, ни свежести. После них не было этого одуряющего родного запаха.
Олег всегда скучал по дому, но именно сейчас с особой остротой ощутил, какой тяжелой была его тоска и каким сладким стало возвращение.
От эйфории даже голова закружилась. Хотя, возможно, это всего лишь побочный эффект препаратов, которые приходилось принимать ежедневно. За этим, как и за многим другим в его жизни, следила Ника. У нее даже специальный бокс имелся с разложенными в определённом порядке упаковками и блистерами, с которым она не расставалась и выдавала Олегу нужные таблетки строго по часам. И ни разу не пропустила, не опоздала, не перепутала. Впрочем, такой она была во всём. Скрупулезной, ответственной и надежной.
Познакомился он с ней в Питере, куда сбежал без малого четыре года назад. Не сразу, конечно. Первые дни Олег слонялся по городу неприкаянный, ночевал в жуткого вида хостеле, где в одной тесной комнатушке кроме него ютились еще пятеро работяг. Что-то поприличнее позволить себе не мог – приехал он практически с пустыми карманами. Почти все деньги перед отъездом Олег перевел хозяйке, у которой они с Мариной снимали квартиру, оплатив аренду сразу на год вперед.
Работяги звали его с собой, на стройку. Но Олег сразу же замахнулся на «Ноосферу» – молодую пока компанию, занимающуюся разработкой всевозможных приложений. Прежде, конечно, он досконально изучил рынок, благо в Питере кафе с бесплатным вай-фаем были на каждом шагу.
И выбор свой он остановил на «Ноосфере» – компания стремительно росла и развивалась, открывая подразделения по всему миру. Акции ее котировались довольно высоко, средний оборот тоже впечатлял, а каждый новый продукт показывал, что компания не стоит на месте, а активно ищет новые пути. Текучки кадров тоже не наблюдалось.
Правда, на собеседование к ним он попал с приключениями. На звонки и письма ему отвечали: вакансий нет, новые сотрудники не требуются. Можно было, конечно, заморочиться, влезть в базу и показать, что новый сотрудник им все же нужен. Но не хотелось начинать по-плохому.
Штаб-квартира «Ноосферы» располагалась на верхних этажах высотного бизнес-центра, и пробиться туда сквозь глухие двери было весьма проблематично. Впрочем, электронный замок Олег разблокировал с помощью телефона и сразу попал в самое сердце компании – в приемную.
Но Олег и осмотреться не успел, как паренек на ресепшене тотчас поднял тревогу. С дальнего конца холла, где стоял кофейный аппарат, к ним тут же устремился охранник. Олег хотел уже, было, ретироваться, как следом за ним в приемную вошли двое. Один из них был постарше, солидный, в дорогом костюме, в галстуке. Второй – выглядел как типичный дворовый пацан, молодой, отвязный, в драных джинсах, растоптанных кедах, с кожаными шнурками и фенечками на запястье.
Олег узнал обоих сразу. Закрытую информацию о компании он тоже изучил. Тот, что постарше, работал здесь финансовым директором. А вот пацан в джинсах был основателем «Ноосферы» Арсением Стоцким.
– Что за кипеш? – спросил Арсений, едва удостоив Олега вниманием.
Что было дальше, Олег не помнил. Точнее, и не видел. Вероятно, от волнения с ним вновь случился приступ. В себя пришел в просторном кабинете, лежа на мягком кожаном диване. Над ним хлопотал, по всей вероятности, медик. А затем в поле зрения снова возник Арсений.
– Ну что, док? Пациент жить будет? Эй, Олег Арнольдович Хоржан, ты кто такой и зачем здесь?
– Альбертович, – на автомате поправил его Олег.
– Ну да, это существенно, – кивнул хозяин «Ноосферы». – Так зачем ты здесь?
– Хочу у вас работать, – проговорил Олег негромко, борясь с головокружением.
– Видать, очень сильно хочешь, раз даже замки взломал, – хмыкнул Арсений.
– Может, вызовем полицию… – подал голос кто-то за пределами видимости.
Но Арсений не отреагировал на предложение, продолжая разглядывать Олега теперь уже с явным интересом.
– А что ты умеешь?
– Многое.
– Немного конкретики, плиз.
Олег около минуты собирался с мыслями. После этих чертовых приступов в голове всегда каша. Арсений, не дождашись, снова хмыкнул, но уже в духе: всё с тобой ясно.
– Ты меня, конечно, позабавил, но этого мало, чтобы у нас работать, – покачал он головой, утратив интерес. – Иди домой, чувак. Проспись. А лучше наведайся к врачу.
Сглотнув, Олег глухо произнес:
– Ваше новое приложение… InTime… могу прямо с ходу назвать с десяток багов…
– В смысле? – вновь повернулся к нему Арсений и озадаченно нахмурился: – Ты о чем? Оно только тестируется, релиз будет не раньше осени. И тесты, кстати, все… Стоп, откуда ты вообще про него знаешь?
Этот вопрос Олег проигнорировал и принялся перечислять баги и, навскидку, как их можно пропатчить, наблюдая, как в глазах Арсения озадаченность постепенно сменяется восхищением…
***
Хозяин «Ноосферы» вцепился в Олега мертвой хваткой. Выжимал из него по максимуму. Правда, и платил за работу очень щедро, и двигал вперед. Так что спустя всего лишь месяц Олег обзавелся собственной командой, отдельным просторным кабинетом и личным ассистентом – это и была Ника. А спустя девять месяцев его отправили в Дубай возглавить местное подразделение. Ника, конечно же, поехала с ним.
В то время она – единственная, кто знал про его диагноз. Она вообще о нем многое знала. Даже про Марину в конце концов он ей рассказал.
Не хотел, не собирался. Эту боль он носил в себе. Не пытался заглушить, не стремился забыться, даже наоборот – ночами перебирал все моменты прошлого, как будто намеренно истязая себя. И отсчитывал в уме: сорок дней без нее, пятьдесят пять, сто, двести…
Лишь в Дубае понемногу стал отходить. Не забыл ее, конечно, но ведь любая рана, даже самая глубокая, со временем затягивается. Да и работы было много. Интересной работы, в которую он нырял с головой. Правда, его увлекал только сам процесс. Добившись результата, он сразу терял интерес и успеху не радовался.
К комфорту тоже был равнодушен. Хотя Арсений не поскупился – купил ему роскошные апартаменты с видом на море. А Ника – она всегда была рядом. Раньше она его немного раздражала. Но потом, когда болезнь перешла в агрессивную фазу, Ника стала для него просто спасением.
Олегу все сложнее становилось выполнять самые обыденные вещи – чистить зубы, завязывать шнурки, печатать на клавиатуре. А бывали дни, когда он даже голову поднять с подушки не мог. Она поила его как маленького, ухаживала, и при этом держала на контроле весь рабочий процесс, пока ему не становилось легче.
А еще искала врачей, писала в разные клиники по всему миру, рассылала снимки. Но отовсюду ответ приходил один: операция, скорее всего, его убьет – слишком неудачно расположена ангиома. Единственное – ему составили схему лечения, чтобы замедлить рост опухоли и хоть немного убрать симптомы. Приходилось таблетки глотать горстями, синие, белые, красные, какие-то – утром, какие-то – вечером, одни – до еды, другие – после, но и за этим четко следила Ника.
А во время одного из приступов у них случился первый раз.
Олег тогда лежал в кровати вторые или третьи сутки в темноте наглухо зашторенной комнаты. Голова болела невыносимо. И от света эта боль усиливалась в разы.
Несмотря на кондиционированную прохладу, обнаженное тело горело и покрывалось испариной. Ника давала ему по ложечке свежевыжатый сок, обтирала, делала какие-то компрессы, втирала в виски пахучие масла и мази. И не отходила, пока не наступило облегчение.
Как у них дело дошло до секса, Олег помнил плохо. Зато помнил, как Ника двигалась, сидя на нем, а он вдруг назвал ее Мариной. И даже в какой-то миг поверил, что это она.
– Ты до сих пор ее любишь? – спросила Ника чуть позже, когда Олег признался ей во всем. Она лежала рядом и жалась к его боку.
– Да, – не сразу ответил ей. Не хотелось больше говорить.
– Это шизо, – заключила Ника, к счастью, ничуть не обидевшись.
– Возможно, – не стал спорить Олег.
– А она… Марина эта… как она сейчас?
– Не знаю.
– В смысле? Ты не следишь за ее жизнью, что ли? Соцсети там, общие знакомые, не?
– Уже не слежу.
– Хм… Ну, тогда еще не всё потеряно. Забираю свои слова про шизо обратно. А почему, если не секрет, не следишь, если до сих пор любишь?