Рита Навьер – Невеста по контракту (страница 3)
5
Несмотря на угрозы Влада, Саша все-таки пошла в полицию. Только зря она надеялась на хоть какую-то справедливость. Ни Викиному брату, ни его дружку ничего не было. Совсем ничего. А вот ей досталось по полной.
Парни от всего открестились. Родители Влада и Вики, которые прежде были к Саше очень добры, обвинили ее во всех смертных грехах. По их словам, она у них все время что-то подворовывала, то деньги, то украшения, то всякое по мелочи. И эту дикую историю сочинила, чтобы вымогать. А рану на голове Владик получил случайно. Упал неудачно. И этому даже нашлись какие-то свидетели.
Сосед, который приходил той ночью, теперь вдруг стал утверждать, что ничего такого не видел. Музыка играла громко, это да. Но он попросил, и ребята сделали потише. Саша была уверена, что Галкины ему заплатили.
Вика тоже наплела с три короба: заявила, что ничего не было, что Саша нагло врет и клевещет на ее брата. Зачем? Потому что она давно и безответно влюблена во Влада, сама к нему приставала, получила от ворот поворот и решила вот так отомстить. А Яна Иващук ее слова подтвердила.
В школе Вика Галкина распустила те же лживые сплетни. От Саши отвернулись все. Девчонки с подачи бывших подружек презрительно фыркали, за спиной повторяли оскорбительные гадости, а в глаза делали вид, что ее вообще нет.
Мальчишки изводили еще хуже. Особенно Макс Карепин, с которым встречалась Вика.
Все в классе считали ее подлой гадиной, которую добропорядочная Викина семья пригрела, а она их обворовала, а затем еще и оболгала несчастного Влада. И ничего никому невозможно было доказать, хоть тресни.
Впрочем, Саша лишь поначалу хотела, чтобы ей поверили и узнали правду. А потом стало плевать. На всех плевать, лишь бы не лезли. Пусть что хотят, то и думают, стадо баранов. Жаль только, что рты им не заткнешь.
Поболтают и заткнуться, утешала она себя. Однако дни шли, а травля не стихала, а набирала обороты.
И поговорить было не с кем. Даже Гарик, родной брат, ее оттолкнул, когда она подошла к нему на перемене. По делу подошла. Одноклассники куда-то спрятали Сашину куртку, где были ключи от дома. Но он грубо ее послал.
Куртка потом нашлась. Ее нацепили на перевернутую швабру и всю измазали чем-то гадким и вонючим. Швабру приставили к школьному стенду, а над курткой прикрепили распечатанное фото Саши – лицо крупным планом. Еще и на лбу маркером написали «шлюха».
А как все хохотали, стоя толпой там, перед стендом, когда она снимала свою куртку со швабры!
– Неужели она это наденет? – слышала за спиной. – Девочки, фу-у-у. Я сейчас блевану!
Саша молча сорвала свою фотографию со стенда, порвала ее под глумливые смешки и швырнула клочки в лицо Галкиной. Макс Карепин кинулся к ней со словами: «Ну всё, тварь, тебе конец».
Но тут из учительской вышла завуч. Все сразу смолкли, а Карепин отступил. Завуч, оглядев Сашину измазанную куртку, возмутилась:
– Калинина, ты совсем с ума сошла? Ты в чем ходишь? Что это за вид? Из какой канавы ты вылезла?
Сзади захохотали одноклассники. Завуч потом и на них накричала, но легче от этого не стало.
Наверное, в тот момент Сашу и «переклинило», как говорила мать.
Неделю она вообще в школе не появлялась. Гуляла по городу. Потом коротко постригла свои длинные волнистые волосы, которыми так гордилась, и выкрасила их в иссиня-черный цвет. В секонд-хэнде купила себе на остатки подарочных денег куртку – черную, кожаную с заклепками. И ботинки ей под стать. А еще черные джинсы с драными коленями.
С того дня она больше не надевала ни юбок, ни платьев.
В школе ее новый образ встретили шквалом смешков и унизительных прозвищ.
– О, Калинина теперь заделалась нефоршей?
Как только ее ни обзывали – и чучелом, и пугалом, и бичихой. И это еще самое безобидное. Больше всех выступал, как всегда, Карепин. Даже на уроках не мог успокоиться. И в конце концов терпение у нее лопнуло.
В тот день Марья Ивановна, пожилая математичка, вызвала ее к доске доказывать теорему. С геометрией у Саши никогда не было проблем. Она бодро записывала формулы, когда в затылок что-то пролетело, и все засмеялись. Это Карепин со своей первой парты кинул в нее каучуковый шарик.
– Снайпер! – сказал кто-то.
И снова по классу прокатились смешки.
А затем Саша положила мел, взяла длинную деревянную указку, развернулась к Карепину и с размаху его ударила. Все охнули, повскакивали с мест. Сам Карепин закричал. Прижал руку к месту удара. Оказывается, она рассекла ему ухо в кровь.
Был жуткий скандал. Родители Карепина выкатили какой-то безумный счет за лечение и моральный ущерб. Но Сашина мать даже слушать их не стала. Захлопнула перед ними дверь и не открывала, сколько они ни стучали.
Директриса созвала собрание, на которое мать тоже не явилась. Сашу ругали, позорили, заставляли извиниться перед Карепиным. Но Саша отказывалась: «Не буду. Он издевался надо мной весь последний месяц. В следующий раз я эту указку вообще ему в глаз воткну».
Ее поставили на учет в ПДН. Но хоть из школы не исключили, хотя родители Карепина очень на этом настаивали. Математичка и учитель информатики за нее вступились. «Она же на городской и районной олимпиаде победила! Она турнир по информатике выиграла! А Карепин что? Разгильдяй и троечник. Сам ее довел, сам виноват».
Сашу назначили ходить к школьному психологу. А в классе ее стали называть шизо. И все равно покоя не давали. Пусть уже так сильно не наглели, но исподтишка мелко гадили.
Димка же учился в параллельном классе. И был там звездой. Еще бы! Сильный, смелый, обаятельный, спортивный. Боксер, между прочим. Даже какой-то призер в легком весе. Но Саша прежде едва его замечала. Впрочем, как и он ее. До одного случая, который мог бы стать несчастным. Но стал неожиданно счастливым. Самым счастливым в ее жизни.
Карепин тогда толкнул ее на лестнице. Подло так, со спины. Она бы кубарем упала, но в тот момент навстречу поднимался Димка и поймал Сашу на лету. Задержал в руках. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, оба охваченные внезапным смятением.
Саша точно знает – именно в тот момент она в него влюбилась.
Затем Димка убрал руки и, в два прыжка поднявшись наверх, догнал Карепина. Потрепал хорошенько и, скрутив, потащил его, скулящего от боли, к Саше. Извиняться. Там же, в коридоре, на перемене, при всех Карепин просил у нее прощения и слезно клялся, что больше никогда не будет ее обижать.
6
Новость о том, что Димка Купцов побил Макса Карепина и, что еще удивительнее, заставил извиниться перед Сашей, мгновенно облетела всю школу.
С того дня от нее отстали. Больше не было ни пакостей исподтишка, ни тычков, ни оскорблений. Во всяком случае, в глаза. Еще бы! С Димкой считались, а некоторые даже его побаивались.
Следующие четыре с половиной месяца Саша тайно его любила. В школу, которую успела так люто возненавидеть, теперь рвалась всей душой. Не пропускала ни дня, даже когда болела. Высматривала его на переменах. И порой ей было достаточно мимолетного взгляда и дружеского «привет», чтобы чувствовать себя остаток дня счастливой.
Правда, так было только в первое время. Потом этого стало не хватать. Хотелось большего. Пусть не встречаться, нет. Об этом она и мечтать не смела. К тому же Димка был занят. Но хотя бы немного общаться и видеть чуть чаще, чем пара мгновений в день.
Она так завидовала его одноклассницам, которые по полдня могли запросто смотреть на него на уроках. А уж Димкину девушку Саша всерьез считала самым счастливым человеком на земле. Ведь она могла говорить с ним обо всем, могла быть рядом, могла видеть его практически в любое время.
У Саши же были только его фотографии в контакте и инсте. Она все глаза о них стёрла. И конечно, нашла про него всё-всё, что только можно найти в сети. На этой волне заинтересовалась вдруг боксом, рэпом и компьютерной игрой – какой-то военной стратегией, в которую рубился Димка под громким ником Зевс.
Прежде Саша ничем подобным не увлекалась, но тут освоилась быстро и даже втянулась. С математической точностью она просчитывала свои действия и вероятные ходы противника на несколько шагов вперед и выстраивала безошибочную тактику. В итоге – в ее списке были сплошные победы, ну и с полдюжины ничьих.
А Димка играл плохо. Напористо, смело, бездумно и только впустую терял ресурсы.
В игре был общий чат для участников и личные сообщения. Не смея выдать себя, Саша под ником Черная Стрела написала Димке первой. И то долго собиралась, никак не могла отважиться. Печатала буквы, и руки дрожали. Десять раз набрала, удалила и снова набрала:
В тот вечер они переписывались до поздней ночи. Димка все-таки внял ее советам и разгромил армию противника. Довольный, он писал ей такие чудесные слова, от которых сердце радостно трепетало.